Последняя тайна Гипербореи. Часть Вторая.

Глава 8 - 10

Глава 8. Битва за сокровища народа Ра. Штурм замка Драгганвангар. Ещё одна тайна кинжала гипербореев. - Да, таким ты мне больше нравишься, дорогой дядюшка, - повторил эрл Рингвальд. - Если будешь меня слушаться, то возможно с твоими девочками всё будет хорошо. – Затем он подошёл к алтарю и протянул руку за «Трезубцем Изначальных». - Сейчас надо вставить эту большую золотую вилку в специальное отверстие в плите, и наш «Лабиринт снов» спустя тысячелетия ожидания вновь будет готов к работе. А потом, дядюшка, ты ею же переместишь в наш мир тот остров. И тут мне снова угораздило совершить ошибку. Даже после того как этот остроухий убийца совершил на моих глазах чудовищное преступление, я не смог хладнокровно выстрелить в него. Отцепив от пояса эльфийский парализатор, я наставил его на злобного эльфа и нажал кнопку. Остроухого отбросило футов на пять. Не сумев удержаться на ногах он рухнул на пол и сильно перемазался в крови мёртвого юноши. - Что это?! – взревел он. – Меня ударило электрическим разрядом! - Украденные тобой древние артефакты не хотят чтобы к ним прикасался такой мерзавец, - скривив губы процедил Элеринд. - Замолчи, старый болван! – прокричал эрл. - Артефакты тут ни причём, в меня выстрелили из парализатора! Вот значит как… Так здесь крысы?! Крысы пробрались сюда! Выхватив из ножен тонкий церемониальный меч, он принялся рубить им воздух медленно надвигаясь на нас. «Боже мой, и здесь не обошлось без Шекспира» - не весело подумал я и выхватил револьвер. Один из его ударов чуть было не задел голову Дитриха. Следующий я отбил своим штурмовым ножом и тутже выстрелил прямо в грудь эрлу. Одновременно со мной в остроухого выстрелил и Фергюсон. Эрл Рингвальд пошатнулся но устоял на ногах. - Проклятье, время уходит! – скрипнул он зубами и с невероятной скоростью взбежав но ступенькам бросился к двери. По-видимому наши револьверные пули не принесли ему никакого вреда. – Сюда! Сюда! – принялся он истошно кричать выскочив в подземный зал. – Здесь враги! Они убили сына эрла Эмиральда молодого Иттиреля! Сюда, Лантеор! – Пожилой эльф Элеринд повернулся в нашу сторону и равнодушно произнёс: - Неужели вы думали, что такой негодяй как он забудет поддеть непробиваемую кольчугу? Увы, но все мерзавцы очень трепетно относятся к собственной жизни. В голову надо было стрелять. – В этот момент из раскрытой двери ударило несколько очередей. Во все стороны брызнули осколки белоснежного мрамора а струи раскалённого воздуха опалили нам лица. - Не стреляйте, идиоты! Вы повредите «Алмазную плиту»! – раздался испуганный голос эрла. – Она же уязвима! Используйте только высокоточное оружие. – Затем за дверью произошло какое-то замешательство и дверь наглухо захлопнулась. - Давай-давай, - усмехнулся Элеринд. – Только дураков не найдётся! Сторожевая система которую он здесь установил должна была пропускать в эту комнату только нас троих. У любого другого кто попробует проникнуть сюда, система немедленно остановит сердце. Я совершенно не понимаю как вам-то удалось через неё пробраться? Струэнзе молча снял шлем, и перед глазами эльфа, прямо в воздухе, возникла его белобрысая голова с растрёпанными волосами. - А… назгал… тогда понятно, - равнодушно кивнул пожилой эльф. – Значит Лоттрайен серьёзно отнёсся к пророчеству. - Мы всё видели, и слышали ваш разговор, - продолжил Струэнзе по-французски. – Думаю, что единственный способ спасти ваших дочерей, эре Элеринд, это помочь нам. - А вот я так не думаю, - мрачно пробурчал эльф на том же языке. – В отличие от вас, господа, я знаю этого мерзавца с первого дня его рождения. Он редко совершал хорошие и благородные поступки, но если кому пообещал отомстить, или совершить какую-нибудь другую мерзость, можете быть уверены что он это обязательно выполнит. Поэтому я не буду вам помогать, назгалы, выбирайтесь сами. - Господа, я предлагаю рассредоточиться по всей этой большой комнате, и взять на прицел алтарь с лежащими на нём артефактами, - предложил Даванцати. – Так им гораздо труднее будет зацепить нас. Мы же, в свою очередь, сможем открывать по ним огонь всякий раз как только они попробуют приблизиться к этим магическим предметам. - Тот юноша, чей молодой голос я только что слышал, предложил вам чистое самоубийство, - снова заговорил эльф. – У вас осталось примерно девятьсот налей… то есть не более пяти ваших минут. После этого он отключит сторожевую систему и сюда ворвутся солдаты. Но сначала они осветят эту комнату специальными красными фонарями и сразу увидят где каждый из вас находится. И никакие невидимые костюмы вам не помогут, назгалы. - Благодарю вас, эре Элеринд, - сказал я. – А ещё говорили что не станете нам помогать. Да, Рафаэлло, ваш план никуда не годится. Так мы не продержимся и минуты. - И что же вы предлагаете? - Кажется наш хозяин очень дорожит этой плитой, - показал я на залитый кровью базальтовый блок. «Алмазная плита» по-прежнему слегка светилась, а знаки на ней полыхали алым пламенем. – Мы можем использовать её как прикрытие. Мигом взявшись за дело, мы подняли эту тяжёлую плиту и установив на ребро прислонили к каменному алтарю. Она оказалась очень горячей и словно электрическим током покалывала наши ладони. Особенно неприятным было то, что плита была липкой от крови несчастного юноши. Зато, несмотря на неудобную восьмиугольную форму, из неё получилось неплохое укрытие. В длину она имела примерно семь футов, и немногим больше трёх в ширину. Так что сильно сжавшись почти все мы смогли за ней укрыться. И вовремя! Едва мы с Вороновым как лучшие стрелки разместились с карабинами по краям, как дверь распахнулась. * * * - Дорогой дядюшка, вижу что ты ещё жив, - послышался ехидный голос эрла Рингвальда. – Так ты ещё со мной, или уже с ними? Может быть мне уже пора отдать распоряжение насчёт твоих девочек? Армия Лоттрайена пошла на штурм, так что у меня нет времени с тобой болтать! - Что ты хочешь? – глухо спросил Элеринд. -Иди сюда, дядюшка, ты мне ещё понадобишься. – Сохраняя полную невозмутимость пожилой эльф прошёл мимо нас, и поднявшись по ступеням исчез в проёме. Тут же наступила полная темнота и буквально через долю секунды всё пространство нашей комнаты залил довольно яркий красный свет. Если-бы не специальные очки которые крепились к нашим боевым шлемам, то этот свет оказался бы совершенно непереносим для глаз. В дверном проёме показалось несколько фигур которые тутже открыли по нам огонь. К счастью они стреляли не из знакомых нам автоматических карабинов типа Грантраллес 16, иначе ни нам, ни нашему жалкому укрытию было бы несдобровать. Нет, в руках у нападавших были какие-то длинные и тонкие ружья стрелявшие единичными зарядами. Два выстрела ударили перед нами в пол, один слегка чиркнул по торцу плиты. Видимо стрелки ещё не успели нас толком рассмотреть в этом агрессивном свете. - Прекратите! – снова раздался взволнованный крик эрла Рингвальда. – Не стрелять! Нельзя повредить артефакт! Я их вижу. Кажется семеро. Крысы спрятались прямо за плитой. Убейте их мечами, только мечами. Жалкое оружие назгалов не сможет повредить вам. Тут Воронов отцепив от своего пояса гранату, швырнул её в сторону двери. Раздался громкий взрыв и ослепительная вспышка света. Послышались крики, чей-то стон и проклятья. Один из эльфийских воинов облачённых в тяжёлые доспехи такие же как мы видели на охранниках замка, вдруг упал на колено и схватился за бедро. Скорее всего он был только ранен, но от неожиданности и боли выронил свой автоматический карабин. Это смертоносное эльфийское оружие, с которым все мы уже изрядно научились обращаться, громыхнув по ступенькам и отполированным плитам пола заскользило в нашу сторону. Теперь оно лежало всего в каких-то четырёх футах от нашего укрытия. Пользуясь лёгкой заминкой нашего противника я ринулся вперёд и сумел дотянуться до него. - Превосходно, вот и карабинчиком разжились! – прокоментировал это Воронов. В туже секунду сразу несколько выстрелов ударило ровно в то место где лежало оружие, но было уже поздно. Теперь у нас было кое-что посерьёзнее обычных карабинов и револьверов. Увы, но эти новейшие образцы наших военных заводов были лишь детскими игрушками в сравнении с оружием эльфов. Пуля выпущенная Фергюсоном в эльфийского стрелка, угодила тому точно в шлем, но он, кажется, даже не заметил такого пустяка. Да… мы как нельзя вовремя обзавелись Грантраллесом 16! - Обнажить мечи! Вперёд! Изрубите этих крыс на куски! – надрывался эрл Рингвальд. Прицелившись я выстрелил на его голос из трофейного карабина. Кажется никого не зацепил, но эльфы отпрянули в сторону. - Вперёд! Время уходит!– продолжал гнать в бой своих воинов эрл. - Убейте мерзких крыс! – Те, выхватив мечи устремились было на нас… Но, во-первых – дверной проём оказался не достаточно широким для атаки сразу несколькими воинами. А во-вторых даже один эльфийский автоматический карабин представлял собой уже достаточно большую огневую мощь. Заняв позицию у самого края базальтовой плиты я выпустил несколько коротких очередей по нападавшим. Кто-то из эльфов вскрикнул, и с проклятьями исчез за дверью. Другой поскользнулся на ступенях и рухнул вниз. С молниеносной скоростью воин откатился в сторону, и, встав на четвереньки благополучно ретировался. А вот его карабин снова достался нам, и на этот раз им завладел Воронов. Вот теперь наши шансы заметно возросли! Особенно, учитывая то, что нашим противникам было разрешено использовать только холодное оружие. - Немедленно назад! – донёсся из-за двери разгневанный голос хозяина замка. – Вы что испугались назгалов?! - Вы требуете невозможного, эре Рингвальд, - спокойно отвечал ему Лантеор. – Атаковать только холодным оружием когда у них уже два армейских скорострельника – это чистое безумие. К тому же назгалы плохо различимы и прячутся за вашей драгоценной плитой которую нельзя повредить. Так мы потеряем одного, или даже двух наших воинов, а это для меня абсолютно неприемлемо. Нас атакуют солдаты Артрандира, и мои люди с трудом их сдерживают. Сейчас я позову ребят Тианорэля, они мастера для таких дел. Но это последние воины что я ещё могу снять с периметра. Подождите ещё четверть хора. – «Двадцать минут» - перевёл мой невидимый переводчик. - Четверть хора?!! – эрл поперхнулся от ярости. – Вы с ума сошли, Лантеор! Наш замок штурмуют воины Лоттрайена, а благоприятное астрономическое время истекает с каждым налем. У нас уже на всё – про всё осталось меньше хороса. А дальше эксперимент потеряет всякий смысл! Переговариваясь таким образом их голоса немного удалились, а ведущие в нашу комнату двери плотно захлопнулись. Кажется у нас появилось немного времени чтобы перевести дух. - Сейчас снова пойдут, - процедил сквозь зубы Фергюсон. – Что ж, умирать так с музыкой! - Не каркайте, Шон, может быть поживём ещё! – осадил его Владимир. – Не знаю как вам, друзья, но мне от всех этих дел что-то даже жениться захотелось. – Мы все дружно рассмеялись и настроение в нашем маленьком отряде заметно улучшилось. Но уже в следующее мгновение послышался чей-то хрип. Гельмут полулежал прислонившись к каменному алтарю и из его шеи торчал небольшой, слегка изогнутый метательный нож. Он вонзился почти по самую рукоятку найдя небольшой, наверно шириной меньше дюйма зазор, между воротником кирасы и непробиваемым стеклом шлема. Несомненно что нож швырнули за секунды до того как закрылась дверь, и рука сделавшая это принадлежала очень искусному воину. Кровь хлестала ручьём, и Дитрих тщетно пытался зажать своей рукой рану друга. Но сразу было понятно что Гельмут обречён. Нож зацепил Сонную артерию и у него не было ни единого шанса. Удивительно, но он всё ещё продолжал жить, и даже что-то едва слышно бормотал. Кажется он бредил. - Здравствуй милая Ирма… Вот я и дома. Какой ты испекла прекрасный праздничный пирог, дорогая… - С кем это он разговаривает? Кто эта Ирма? – совершенно ни к месту полюбопытствовал Струэнзе. Он вынул тонкий, эластичный бинт, что входил в наше снаряжение и попытался перебинтовать им шею обмякшего Гельмута. - Оставьте его, Олав, - вздохнул я, - бедняге уже ничем не поможешь. Он уже переступил порог лучшего мира и теперь воссоединился со своей семьёй. Ирма – это его умершая в прошлом году жена. Гримаса боли последний раз исказившая лицо нашего товарища сменилась блаженной улыбкой, после чего он закрыл глаза и затих окончательно. Всё это время мы вынуждены были ни на секунду не выпускать из вида входную дверь зала. * * * И эта дверь очень скоро отворилась… Сначала в нас полетели ослепляющие и оглушающие гранаты, а затем новый отряд эльфов ринулся на штурм. Если-бы на нас не было этих, во истину чудесных шлемов, что полностью закрывали глаза специальными очками-масками и гасили громкие звуки наша участь была-бы незавидной. Но и эльфийские шлемы не защетили нас полностью. Ослеплённые и оглушённые мы на мгновение застыли на месте и этим непременули воспользоваться наши противники. Проникнув через распахнутую дверь семь или восемь их элитных воинов устремились на нас. Одетые в глухие доспехи, они, сверх того, имели большие, закрывающие их в полный рост щиты из неизвестного прозрачного материала. Мы встретили этих щитоносцев сокрушительным огнём из всего что имелось в нашем арсенале… и сразу поняли что это бесполезно. Бесполезны были не только пули наших револьверов, но даже очереди из эльфийских карабинов не причиняли этим неуязвимым воинам никакого вреда. Смертоносные взрывающиеся капсулы попадая в те самые прозрачные щиты отскакивали от них как горох, и срикошетив разрывались в воздухе. А ведь эти заряды по утверждению эльфов должны были насквозь пробивать любую броню и в куски разносить кирпичные стены. - Ах чтоб вас! – выкрикнул Даванцати и бросил под ноги нападавшим гранату. Один из неуязвимых воинов пошатнулся и слегка опустил щит. И тут же мой выстрел достиг цели. Эльф рухнул на колени и издав стон схватился за грудь. Что ж, значит и у этих Ахиллесов есть своё слабое место! Нам ещё очень повезло что нападавшим было запрещено стрелять в нас. Дабы случайно не повредить драгоценную «Алмазную плиту» они намеревались расправиться с нами только при помощи мечей. Впрочем, и укороченные карабины неизвестного нам образца при них тоже были. Они находились в специальных чехлах на боку, и совершенно не мешали им при движении. - Убейте этих тварей! – снова крикнул эрл Рингвальд. С обнажённым мечом он показался за спинами своих воинов. В другой руке злобный эльф держал такой же прозрачный щит. - Получай! – прорычал Фергюсон и швырнул в него гранату. Раздался оглушительный взрыв, но злобный эльф снова не пострадал. Зато заслонивший его воин отлетел назад и упал возле лестницы. Но и он кажется был только оглушон. В этот момент удар эльфийского меча обрушился на шлем ирландца, и бедняга безмолвно рухнул на пол. - Кажется один готов, - послышался механический голос. – Вижу ещё двоих… вернее троих. Прибавьте света! – Слегка приподнявшись над спасительной плитой, я выстрелил в сразившего Фергюсона воина. Тот лишь слегка отшатнулся и выкрикнул проклятье. - Барон, что у вас происходит?! – раздался у меня в ушах голос эрла Артрандира. – Вы ещё живы?! – Я собирался было ответить ему какой-нибудь колкостью, но внезапно ощутил удар и жгучую боль в левом предплечье. Повернувшись я увидел что в бой вступило ещё несколько облачённых в тяжёлые доспехи эльфов, и один из них стоя за дверью целится в меня из какого-то ружья с длинным и тонким стволом. Укрывшись за плитой я был настолько взбешён, что даже перестал ощущать боль. Это ж надо! Снова получить ранение в левую руку! Ведь именно сюда, два с половиной года назад в начале той чёртовой и совершенно бесславной для нас войны я и схлопотал пулю от наших «друзей» пруссаков. В тот раз полковые хирурги едва спасли мне руку, и вот опять! - Что там, барон?! Почему вы молчите?! – настойчиво вопрошал эльфийский командующий. - Всё в порядке, эре даарданас, мы героически умираем, - ответил я. – Уже потеряли двоих. - Священные артефакты на месте?! Они не успели их перепрятать?! – голос главнокомандующего дрожал от волнения. - Они на месте, эре Артрандир. Если вы поспешите то найдёте их в подвале замка. Рядом с нашими ещё тёплыми трупами. - Держитесь, мы уже на подходе! Они вот-вот капитулируют! – и с этими словами связь прекратилась. Между тем, эрл Рингвальд целенаправленно двинулся к алтарю на котором покоились вожделенные для всех магические предметы. Струэнзе выстрелил в него два раза из револьвера, но снова безуспешно. Одна пуля прошла возле головы эльфа, а другая попала точно в грудь, но отскочила не причинив ему никакого вреда. - Мерзкая крыса! – произнёс хозяин замка и ударил мечом по голове датчанина. Следующим колющим ударом он пронзил его нагрудную кирасу. Хвалёный эльфийский доспех, в непробиваемости которого нас всячески уверяли и интендант Арнар, и сам эрл Артрандир, не смог сопротивляться эльфийскому же клинку. Тот, пробив слои металла и искусственного камня на несколько дюймов вонзился в грудь Струэнзе. Датчанин был ещё жив но лежал без сознания. Находясь по другую сторону алтаря, Воронов, швырнул две гранаты и беспрерывно поливая огнём наших противников смог несколько приостановил их натиск. Сдвинув щиты и укрывшись за ними они медленно но неотвратимо надвигались. Катарина вырвав из рук упавшего мужа револьвер, несколько раз почти в упор выстрелила в эрла Рингвальда. Внезапно злодей вскрикнул, и схватился за голову. Выпущенная девушкой пуля, словно бритвой срезала верхнюю, заострённую часть его правого уха. Гримаса дикой ярости исказила лицо владельца Драгганвангара. Подняв выроненный им тонкий церемониальный меч, он бросился на девушку, с твёрдым намерением изрубить её на куски. Стрелять я не мог, так как в моём карабине закончились заряды. Ещё одна, полная боевых капсул кассета была прикреплена сбоку, но чтобы перезарядить карабин необходимо было несколько секунд. А вот их-то у меня и не было! Плечо горело словно в огне. Превозмогая запредельную боль, я опёрся на раненую руку, и, перевернувшись ударил эльфа ногой под колено. Эрл Рингвальд споткнулся, и без всякого изящества упал вниз. При этом он чуть было не ударился подбородком о Алмазную плиту. Но поднявшись на ноги, злобный как смерть эльф поступил совершенно неожиданно. Вместо того чтобы извергая проклятья изрубить нас в венегред, он вдруг убрал меч в ножны и схватив с алтаря Золотой венец и Трезубец Изначальных начал отступать к двери. При этом он продолжал прикрываться прозрачным щитом. А вот этого допустить было никак нельзя! Подобный исход мог означать только провал всего предприятия! - Добейте их, и заберите Плиту! – приказал он своим воинам. Схватив штурмовой клинок, Катарина зашипела как кошка и набросилась на него. И вот здесь я в полной мере смог познакомиться с искусством эльфийского фехтования! Прорычав проклятье, эрл Рингвальд засунул подмышку Трезубец, и одновременно держа в другой руке щит и Золотой венец выхватил меч. Он решил дать бой разгневанной девушке и проучить её. Но, собственно говоря никакого боя и не было. Всего несколькими движениями он обезоружил Катарину, и отшвырнув в сторону сильно ударил её головой об алтарь. Следующим ударом он несомненно снёс бы нашей прекрасной вампирше голову если бы сам не получил неожиданный и довольно подлый удар. Не знаю как это получилось, ведь к тому времени я уже успел перезарядить трофейный карабин, но вместо того чтобы стрелять я снова пнул эрла Рингвальда ногой. Удар был не очень сильным, но пришёлся ему по лодыжке. Эльф снова растянулся на полу и при этом выронил Священные артефакты. Трезубец залетел под каменный алтарь, а золотой шлем откатился почти в центр комнаты и теперь лежал подле мёртвого тела эльфийского юноши. Зарычав как зверь, эрл начал подниматься, но первым оказаться на ногах удалось всё же мне. И вновь, совершенно не по-джентльменски, я с силой ударил своего противника сапогом в лицо. Он вскрикнул и с проклятьями схватился за сломанный нос. Между пальцами эльфа заструилась кровь, а его рычание сменилось рёвом. Тем не менее он быстро вскочил на ноги и подобрав меч бросился на меня. Почему-то в тот момент я даже не вспомнил о лежащем рядом заряженном карабине. Наверное сказалось старое аристократическое правило – если противник вызывает тебя на бой al,arme blanche,1 то в него нельзя стрелять. Поэтому, схватив штурмовой клинок я сделал несколько выпадов. Бушевавшее вокруг сражение сразу прекратилось. И эльфы, и мои уцелевшие товарищи, молча и с несомненным интересом, наблюдали за нашим поединком. Мой длинный штурмовой нож был значительно короче меча эрла Рингвальда, и к тому же страшно болело раненое предплечье. Примерно так должны были звучать мои отговорки, но я воздержусь от них. Будь я даже в прекрасной форме и обладай самым удобным и подходящим оружием, это ничего бы не изменило. В своё время я был чемпионом Терезианской военной академии по фехтованию и не раз брал призы. Но всего моего искусства хватило очень не на долго. Если я когда-то был чемпионом, то этот остроухий злодей был богом над всеми чемпионами. Не знаю как в мире эльфов, но думаю, что среди людей вообще никогда не рождалось достойного его _________________________________________________________________________________ 1. С холодным оружием (франц.) _________________________________________________________________________________ противника. Однако мне удалось отбить несколько его выпадов! Я даже попытался атаковать, но вскоре получил укол в уже и без того раненую левую руку. Превозмогая резкую боль я отбил ещё пару его выпадов после чего получил режущий удар по бедру и почти сразу укол в грудь. С хищной улыбкой эрл выбил клинок из моей руки. Да… техника фехтования у моего противника достигала наивысших высот. Чтобы не упасть, я облокотился на алтарь, а перед моими глазами поплыли радужные круги. - Вы сорвали мой великий эксперимент, крысы! – прохрипел по-немецки рассвирепевший эльф. – Если-бы у меня было время, я медленно срезал этим мечом с тебя всё мясо, назгал! Но я тебя просто убью. Без всяких изысков, как шелудивую собаку. Но тут Воронов швырнул свою последнюю гранату и выпустил очередь из карабина. Один из эльфов стоявших за эрлом Рингвальдом рухнул. Затем раздался выстрел, и пуля расположившегося за дверью стрелка попала русскому прямо в шлем. Владимир упал рядом со Струэнзе и я не знал был ли он мёртв или просто потерял сознание. Затем услышал скрежет его зубов и несколько ужасающих слов на русском. Он был ещё жив, но на долго ли? Возле головы храброго русского растекалась кровавая лужа что совсем не обнадёживало. Мой верный Дитрих лежал раскинув руки под каменным алтарём и тоже не подавал признаков жизни. Только раненый в грудь Даванцати всё ещё продолжал героически отстреливаться, да рядом стонала Катарина. Вот кажется и всё что осталось от нашего маленького отряда. Где же, чёрт возьми, воины Артрандира?! Между тем и у юного итальянца закончились в револьвере патроны, и отшвырнув его он обречённо привалился к стене. Молодой эльф по имени Лантеор, приблизившись к нему нанёс резкий удар по голове рукоятью своего меча. - Эре Рингвальд, надо срочно уходить! Замок вот-вот падёт! – произнёс он. – Оставьте жизнь этим людям. К чему бессмысленные жертвы? - Ну уж нет! – прорычал злодей. – Они испортили мне всё, и за это подохнут! – Молодой эльф лишь равнодушно пожал плечами. - Делайте как считаете нужным, только быстрее. Мои люди не продержатся и четверти хора. Я уже распорядился погрузить раненых и уничтожить всю вашу тайную переписку. - Сначала необходимо эвакуировать эти бесценные артефакты! Мы переместим их на западную базу и через полцикла повторим эксперимент. Надеюсь что уж там нам никто не помешает! – в сердцах остроухий пнул ногой безжизненное тело Струэнзе. – Надо же, всё ещё не сдох, - процедил эрл сквозь зубы. – Берите эту плиту, и ради Крылатой Девы будьте с ней предельно аккуратны! – махнул он своим людям. – Её создавали не Великие Ушедшие а всего лишь Спящие Мудрецы. Поэтому она уязвима. «Где же, где же воины Артрандира?» - повторял я про себя уже теряя сознание. Единственное, что я смог сделать – это затолкнуть «Трезубец Изначальных» ещё дальше под алтарь. Даже находясь в таком состоянии, я подивился необычной, отлитой из чистого золота рукояти этого артефакта. Она представляла собой какую-то невозможно-тончайшую, ажурную работу созданную словно бы из множества тонких как паутина золотых нитей. Эрл больно ударил меня в раненое бедро и прошипел: - Не смей даже прикасаться к этим сокровищам, назгал! – С этими словами он сорвал с меня шлем и приставил остриё меча к моему горлу. Затем его губы исказила садистская улыбка и он приблизил заточенную сталь к глазу. – Сначала я выколю тебе глаза. Затем отрежу уши… А потом перережу горло и продёрну сквозь разрез твой язык, назгал. Ты будешь очень забавно выглядеть когда тебя найдут воины Лоттрайена. Не стоило тебе вставать между мной и моими замыслами. Увы, обороняться мне было уже нечем. Мой штурмовой нож лежал очень далеко, а автоматический карабин подобрали эльфы… Кинжал!!! – вспышкой боли пронеслось у меня в голове. Я забыл про свой кинжал! Поморщившись от боли, я потянулся рукой под кирасу, к намокшему от крови нагрудному карману боевого костюма. Затем открыв клапан нащупал его рукоятку. С презрительной усмешкой эрл Рингвальд наблюдал за моими действиями, а остриё меча почти коснулось глазного яблока. С большим трудом мне удалось достать кинжал, и извлечь его из ножен. Левая рука совершенно не действовала а в голове у меня уже клубился плотный туман. В любой момент я мог потерять сознание. Но тут лезвие кинжала вспыхнуло ярко-голубым светом и в глазах эльфа я увидел удивление и испуг. - Проклятье! Откуда это у тебя, назгал?! – прошептал он отшатнувшись и широко открыв глаза. - Жена снабдила в дорогу. Так… на всякий случай. – В этот момент я увидел, что нашего полку прибыло! Что-то грузное упало скатившись со ступеней, и в зал стремительно ворвалась маленькая фигурка. В стандартном боевом костюмчике и с развивающимися льняными волосами, этой маленькой валькирией конечно могла быть только Солнышко! Она выстрелила из своего карабина в пытавшихся поднять «Алмазную плиту» эльфов, и те прикрывшись щитами отскочили в сторону. После этого, девчонка, кувырком через голову перепрыгнула алтарь и приземлилась между мной, и лишившийся сознания Катариной. - Где дядя Володя? – первым делом спросила Солнышко, - он ещё жив? – Одновременно она несколько раз выстрелила в эрла Рингвальда который впрочем успел заслониться непробиваемым прозрачным щитом. - Кажется да, но сильно ранен в голову, - ответил я. – Где остальные? - Наверху. Пока не могут пробиться. – Отцепив от пояса гранату, она швырнула её в сгрудившихся за щитами эльфов. Кто-то громко вскрикнул от боли и повалился на бок. Остальные мгновенно рассыпались и залегли вжавшись в пол. - Идиотка! Здесь же артефакты Великих! – завопил эрл Рингвальд по-прежнему скорчившись за щитом. - Ничего, это полицейская граната малой мощности, - засмеялась девочка. – К тому же она последняя. Где то, за чем вас сюда послали, господин барон? – спросила она. Положив голову русского себе на колени, Солнышко принялась перевязывать бинтом кровоточащую рану своего друга. - Трезубец под этим алтарём, а где-то там «Золотой шлем». – Но в тот момент «Золотой шлем» уже был в руках эрла Рингвальда. Он подобрал его и, под прикрытием своего щита пробирался к двери. - Нельзя дать ему уйти! – прокричала мне девочка в самое ухо. - Так стреляй в него. - Нечем, господин барон, - она отбросила бесполезный карабин. – Гранат тоже нет. – Затем она слегка потрясла за воротник Воронова. – Дядя Володя! Ты меня слышишь?! Дядя Володя! – Когда русский издал стон Солнышко облегчённо вздохнула. – Думаю, он выживет. Поняв что произошло, уцелевшие эльфы вместе с главным злодеем окружили нас. В дверях снова появился Лантеор и с ним ещё пять облачённых в тяжёлые доспехи охранника. - Они скоро будут здесь, эре Рингвальд, - с присущим ему спокойствием произнёс молодой эльф. – Счёт времени идёт уже на нали. Воины противника всего двумя этажами выше, и мы не можем больше их сдерживать. К тому же, ими командует мой двоюродный брат Таурель. Он один из лучших воинов, и занесён в «Серебряную книгу». Ни я, ни кто либо из моих воинов не поднимет против него оружие. Нам надо срочно уходить в туннель, и двигаться к побережью. Диеран тоже не сможет долго нас ждать. Ведь его подводный фрегат могут быстро обнаружить. - Я никуда не уйду без моих артефактов! Возьмите «Алмазную плиту» и «Трезубец»! Что вы медлите?! – обрушился эрл на застывших в нерешительности воинов. - Там только полудохлый назгал и ребёнок из военного интерната. У них закончился боезапас! Убейте же их! – Эльфы подняли свои щиты и медленно, с большой осторожностью стали надвигаться на нас. - Знаем мы на что способны эти сироты из Закатного Мыса, - процедил Лантеор. – Они и голыми руками могут такого натворить… А у этой есть нож. «Всё кончено» - подумал я, но Солнышко была совершенно спокойна. Нахлобучив мне на голову шлем она сказала: - Держитесь, барон, ещё не всё потерено. Наши уже близко. – Вдруг она пристально посмотрела на мой кинжал. Он по-прежнему продолжал светится голубоватым светом и на его лезвии горели древние руны. - Откуда это? – спросила девочка. - Сейчас не до этого, Солнышко, - отмахнулся я. – Потом расскажу… если конечно… - Я почувствовал что теряю силы и вмести с ними сознание. Смерть была очень близка. Двое эльфов стали осторожно приподнимать плиту за которой мы прятались, а ещё четверо стояли рядом, направив на нас карабины. Видимо они собирались расстрелять нас как только их драгоценная «Алмазная плита» будет убрана в сторону. - Господин барон! Господин барон! – донёсся до меня голос девочки. – Соберитесь, господин барон! Пожалуйста, ни о чём сейчас не спрашивайте и не думайте. Просто если хотите жить, делайте всё так, как я вам скажу. Кивните головой если поняли. - Сделав над собой усилие я выполнил просимое. - Прекрасно! А теперь выставите вперёд эту штуку и повторяйте за мной! – Из последних сил я словно вынырнул из вязкого серого тумана и вытянул руку с кинжалом. - АР, - громко произнесла девочка. - АР, - послушно повторил я за ней. Ничего не произошло, но туман в голове кажется немного рассеялся. Да и боль от полученных ран словно бы притупилась. - ЭХ, - снова повторил я за девочкой и сразу почувствовал значительный прилив сил. - ИС, - прилив сил стал нарастать как прорвавший плотину мощный водяной поток. - ОС, - произнесла Солнышко, и повторив за ней, я вдруг почувствовал себя очень сильным. Просто невероятно сильным! Да я был сильнее всех в этом мире! Если бы против меня одного вдруг выступила стотысячная армия, то не мне, а им - моим врагам должно было испытывать страх. Именно им – всем ста тысячам следовало разбежаться по щелям, дырам и прочим укромным местам чтобы не попасться мне на глаза. - УР, - повторил я последний слог неведомой мантры и перед моими глазами начали разворачиваться какие-то фантасмагорические видения. Глава 9. Видение из доисторического прошлого. Мы получаем награду. Тайна Воронова. Я оказался в совершенно незнакомом мне мире и в неведомом времени. Передо мной расстилалась огромная долина, и всё пространство вокруг было наполнено самыми причудливыми звуками и запахами. А внизу, стройными сверкающими рядами стояли друг против друга две огромные армии. Море блестящих на солнце шлемов и лат, трепещущих на ветру разноцветных стягов и горящих золотом издающих пронзительные звуки труб. Полки закованных в броню конников восседали на лошадях исключительно одной масти. Сначала шли ряды всадников на белых как снег конях. Затем ряды таких же воинов но уже на вороных, гнедых и конях прочих мастей. Впереди кавалерии, я с огромным удивлением увидел шеренги огромных слонов. Каждое из этих исполинских животных было наверное втрое выше и крупнее обычного африканского слона, которого вы могли лицезреть в зоопарке. Мастодонты – вспомнил я название этих давно исчезнувших, ископаемых животных. Гигантские слоны несли на себе сразу по три раззолоченные и покрытые разноцветными балдахинами боевые башни. Неподалёку, в несколько рядов выстроились боевые мамонты. Вымершие многие тысячелетия назад животные были покрыты очень странными боевыми доспехами а на их бивни надеты специальные насадки со смертоносными стальными шипами. Но сколько же здесь было воинов?! Казалось что всё пространство до самого горизонта усеяно ими. Сотни тысяч? Миллионы?! Несколько миллионов?!! Над одними реяли стяги с извивающимися рогатыми змеями и крылатыми драконами. На знамёнах их противников были изображены солнечные диски со вписанными в них разного вида свастическими символами. Рядом со мной стоял некий высокий пожилой человек в позолоченных доспехах, и очень необычном шлеме с лебедиными крыльями. Его тронутая сединой борода развивалась на ветру, и он что-то очень настойчиво мне доказывал. Оглянувшись по сторонам я подумал что стою на балконе какого-то дворца. Но присмотревшись внимательнее понял что вишу в воздухе. Вернее нахожусь на палубе некого очень шикарного и раззолоченного парившего над долиной летательного аппарата. Этот аппарат имел необычную конусообразную форму и напоминал - то ли вавилонский зиккурат, то ли египетскую пирамиду. Вокруг меня стояло несколько десятков облачённых в необычного вида боевые доспехи людей, а над головой трепетало множество алых и чёрно-золотых знамён. На каждом из них я разглядел изображение солнечного диска и свастики. Что ж, теперь стало ясно на чьей стороне я воюю. Неподалёку, в небе зависли ещё несколько таких летающих конусов, а в облачной вышине, я, с содроганием увидел силуэты каких-то невероятно огромных птиц или летающих ящеров. Как такие огромные создания вообще могут жить на земле?! А они парили в облаках и время от времени своими крыльями застилали солнце. При том эти воздушные левиафаны издавали такие ужасающие крики что у меня стыла кровь в жилах. «Неужели это драконы?» - подумал я. «Конечно драконы» - ответ словно сам-собой возник в моей голове. И тутже я «вспомнил» их имена: Аркас, Сурья и Расна. Та же услужливая память подсказала мне что Аркас и Сурья – самцы, а Расна – самка. Вот как? Значит эта цивилизация сумела ещё и драконов приручить! Не успел я в полной мере этому удивиться, как внизу раздались хриплые звуки труб и звонкие удары гонгов. Обе огромные армии пришли в движение и начали сближаться. От угрожающего звона доспехов, рёва мамонтов и топота бесчисленного множества ног, казалось вот-вот прогнётся земля. Снова послышались хрипящие трубы, а на правом фланге взвилось множество знамён. Тут же несколько сотен блестающих медью орудий принялись извергать огонь. Артиллерия! Это мне было близко и понятно. Я только подивился такому количеству этих орудий и их огромным жерлам. Длиннобородый снова подступил ко мне и принялся опять что-то доказывать. Я не понимал слов его мелодичного языка но сумел уяснить суть. Он просил разрешения установить магический щит для прикрытия артиллерии. Я разрешаю, и он немедленно отдаёт соответствующие распоряжения. Вновь, но уже в другой тональности запели трубы и забили барабаны и гонги. Затем фланг где находилась артиллерия накрыла какая-то голубоватая дымка. Это заработал магический щит. Но теперь, несомненно, наш противник применит собственную магию. А длиннобородый снова тут как тут! Теперь он предлагает использовать драконов против сконцентрировавшейся по ту сторону ущелья большой массы вражеской пехоты. Она находится в резерве и ждёт своего часа чтобы войти в долину. Атака сразу трёх драконов, да ещё оснащённых прикреплёнными к их головам извергающими пламя трубами несомненно внесёт страшную панику в ряды противника. Но я отказываю. По донесениям разведки где-то там, у наших врагов припрятано с десяток больших дальнобойных арбалетов. Их стрелы пропитаны сильнейшим ядом и разрушительной магией, а драконов мне надо беречь. Во всей моей империи их лишь девятнадцать взрослых особей. Да и Расна должна вскоре отложить яйца. Оглядев свою свиту, я замечаю что среди столпившихся вокруг меня военачальников некоторые имеют безбородые, с тонкими чертами лица и характерные для эльфов заострённые уши. Поднимаю руку, и с некоторой опаской ощупываю свои… Нет, всё нормально. Уши у меня обычные, человеческие. Вот как? Значит под моим началом объединённые силы ариев и эльфов! Затем… А затем странное видение исчезло. Я снова оказался в подвальном, облицованном белоснежным камнем, зале. Мои ноги скользили в крови, а в вытянутой руке я по-прежнему сжимал свой кинжал. Почему-то совершенно не ощущались полученные мной раны а сила и энергия просто переполняла меня. Испуганные эльфы опустили оружие и медленно пятились назад. А от моего кинжала исходил сильный и широкий поток света, явно обескураживающий наших противников. - Не стойте так! Повторяйте заклинание, господин барон! – крикнула мне Солнышко. И я начал повторять. - АР-Р-Р, ЭХ-Х-Х… - и тут же почувствовал новый приток силы. – ИС-С-С, ОС-С-С, УР-Р-Р… Исходящий от кинжала поток голубого пламени вдруг усилился и ударив в центр «Алмазной плиты» расколов её на две почти равные части. Эта же неведомая сила расшвыряла в стороны стоявших рядом со мной эльфов, и вырвала из рук эрла Рингвальда «Золотой венец». - Нет!!! Не-е-е-т!!! – взревел злобный эльф и рухнув на колени вцепился в один из базальтовых обломков. – Проклятье! Проклятые назгалы! Проклятый Рионэль! Всё пропало! - А вот здесь ты прав, недоумок! – жёстко произнесла Солнышко. Уцепившись за шею эрла она сорвала с его головы драгоценный обруч и отшвырнула в сторону. – Больше ты не эрл! - Ах ты маленькая тварь! – прорычал опозоренный властитель и попытался стряхнуть со спины девчонку. Но та крепко держалась вцепившись злодею в волосы. Затем выхватив из рукава какой-то маленький, с волнистым лезвием кинжал, она хорошо отработанным движением, от уха до уха перерезала ему горло. Эрл Рингвальд захрипел, и упав на расколотую плиту забился в судорогах заливая всё вокруг своей кровью. Последнее что я видел – это врывающиеся в зал эльфы с синими повязками на рукавах и шлемах, а так же мрачный Лантеор бросающий на пол свой автоматический карабин. Затем я убрал кинжал в ножны, и тут же на меня словно-бы обрушился потолок. В глазах у меня потемнело а силы окончательно оставили моё бренное и израненное тело. Едва успев облакотится на алтарь я провалился в темноту. * * * Придя в себя я увидел как эльфы выносят моих раненых товарищей. Лишь Катарина медленно и неуверенно, но передвигалась на собственных ногах. Даванцати с перевязанной грудью тоже порывался идти самостоятельно, но его всё же уложили на носилки. С меня стащили боевой костюм с непробиваемой кирасой и туго перевязали левую руку, бедро и грудь. Увидев как Солнышко суетится возле одних из носилок, я понял что на них лежит Воронов. Эрл Артрандир собственной персоной стоял в центре зала, и поднеся к губам какую-то плоскую коробку отдавал приказания. Затем он посмотрел на стоявших рядом Лантеора с эрлом Элериндом. - Артрандир, умоляю тебя, - упавшим голосом произнёс Элеринд. – Я отвечу за все свои преступления, но умоляю, во имя Крылатой Девы спаси моих дочерей! Это чудовище специально заманило их в свои владения на остров Латетриан. Их жизнями он меня и шантажировал. Прошу тебя, спаси их! Отправь туда своих воинов, хотя-бы один боевой галлос! - Уже послал, - успокоил его командующий. – Ну а ты… даже если всё подтвердится по поводу твоих дочерей - приготовься к большим неприятностям. При самом благоприятном для тебя исходе, ты не увидишь Собрания Великих циклов так сто. И это если будет доказано что ты не причастен к смерти юного Иттиреля. Я уж не знаю как ты будешь теперь объясняться с эрлом Эмиральдом! – Затем Артрандир посмотрел на Лантеора. - Ну а вам, молодой человек, как активному заговорщику, думаю, не избежать Тюремного Замка. А потом понижение в звании и ссылка в гарнизон на Дальнем Севере. Опять же не менее чем на сотню циклов. – Но на лице молодого эльфа не дрогнул ни один мускул. Услыша слова эрла Артрандира он откровенно рассмеялся. - Пусть так, ну и что?! Разве я не должен был выполнять распоряжения своего сюзерена? - Только не тогда, когда он поднял восстание против Верховного Доминуса и Собрания Великих! Вам, как выпускнику Стральвангарской военной академии это должно быть хорошо известно. – Затем даарданас подошёл ко мне. - Ну как вы, барон?! Готовы к дальнейшим подвигам?! – весело спросил он. - Вне всякого сомнения, эре Артрандир, - откликнулся я. – Рад что в отличие от ушей, чувство юмора у нас очень похоже. Не скажете - каковы потери? - К сожалению Крылатая Дева сегодня не была к нам благосклонна. Увы, но обойтись малой кровью не удалось. Погибло тридцать два альва с обеих сторон. И более сотни ранено. Это слишком большие потери. Ваша группа уничтожила одного мятежника и ранила семерых. Это без подвигов Солнышка конечно. Благодаря вам и вашим товарищам был сорван дьявольский план эрла Рингвальда, что мог иметь катастрофические последствия для обоих наших миров. Мы альвы не привыкли рассыпаться в словословиях перед назгалами, но думаю вы вправе рассчитывать на самую большую нашу благодарность. - Спасибо. Но нам ничего не надо. Сколько погибло из нашей группы? - Только один из ваших слуг. Он получил смертельную рану в шею, и тут уж ничего нельзя было сделать. Когда мы сюда ворвались бедняга был уже мёртв. - А остальные? - Остальные выживут. У нас прекрасная медицина, господин барон. Самое тяжёлое ранение получил господин Воронов, у него сильно повреждена голова. Но не беспокойтесь, с ним тоже всё будет хорошо. - А Струэнзе? - У него сотрясение мозга и проникающее ранение груди. Кроме того он потерял много крови. У господина Фергюсона только контузия и сломанная рука. Синьор Даванцати и ваша прекрасная спутница пострадали ещё меньше. У них только ушибы, правда довольно сильные. И у юноши сломано одно из рёбер. - А Дитрих? Мой второй слуга? Когда я последний раз его видел, он лежал совершенно безжизненно. Я думал что он тоже… - Пустяки, - эрл Артрандир весьма ехидно усмехнулся. – У него всего лишь лёгкая контузия… но кажется что даже её он умело симулировал. Похоже что этот ваш слуга - весьма хитрый пройдоха. Вы сможете идти сами? - Постараюсь, мой даарданас. – С трудом поднявшись, и оперевшись на оказавшуюся рядом Солнышко я покавылял к выходу. - Скажи, а как ты догадалась о тех… скрытых возможностях моего кинжала? – спросил я её. – Ведь мне самому о них ничего не было известно. - Ну… как-то само собой получилось. – Солнышко очень по-детски пожала плечиками. - Я просто вспомнила что когда нам в Закатном Мысе преподавали древнюю историю, то рассказывали как Великие Ушедшие и ранние гипербореи умели закладывать одну магию в другую. То есть один магический предмет мог иметь несколько уровней силы. И чем выше уровень, тем более мощную и сокрытую для непосвящённых магию он таил в себе. Увидев ваш кинжал со светящимися рунами, я сразу заметила что одни знаки светятся гораздо ярче других. Человеческий глаз не в состоянии этого различить, но одни руны горели голубым, а другие голубовато-серебристым светом. Вот я и подумала, что это тот самый случай двойной, скрытой магии. Звуки что вы за мной повторяли это просто названия тех рун. Ну… которые голубовато-серебристые. И ведь сработало! Вы же сами видели как их отбросило! Ваш кинжал способен многократно увеличивать силу своего хозяина. Но это только на время. И ещё он может поражать противника на расстоянии, и со страшной силой. Помните что стало с плитой?! А ведь она из очень твёрдого чёрного камня! Вот так! Благодаря маленькой эльфийской девочки была раскрыта ещё одна тайна гиперборейского кинжала. А ведь госпожа Блаватская, как и эрл Лоттрайен предпочли о ней умолчать. Впрочем, вампирша могла и не знать. Выйдя в большой зал я почувствовал что переоценил свои силы. Внезапно закружилась голова и я просто был вынужден воспользоваться носилками. В тот момент когда меня торжественно проносили мимо эрла Артрандира я окликнул его: - Вы говорили эре даарданас, что в нынешней заварушке погибло тридцать два альва? И считаете это большими потерями? - Конечно! – эрл Артрандир казалось даже удивился моему вопросу. - А вам доводилось что-нибудь слышать о битве при Каннах, при Гавгамелах, про Аустерлиц, Бородино, Ватерлоо… - Конечно, господин барон, - усмехнулся главнокомандующий. – И даже про неудачное для вас сражение под Кениггрецом мы знаем всё. В наших военных академиях изучают все крупные сражения мира назгалов. И я даже знаю, господин фон Хагендорф, о чём вы хотите меня спросить. Но, во-первых я не считаю что доблесть воинов должна оцениваться с точки зрения понесённых ими потерь. А во-вторых - мы альвы разумная раса, и по этому ценим как собственную жизнь, так и жизни своих соплеменников. Мы не можем воевать столь безумно как вы, когда храбрость оказывается диаметрально противоположной здравому смыслу. Бросаться очертя голову в бой ради вопроса с какой стороны следует разбивать яйцо - это явно не для нас. Как видите и с творчеством вашего сатирика Джонатана Свифта мы тоже знакомы. - Так вы считаете нас глупой расой?! – поневоле я начал распаляться. - Скорее не глупой а несовершенной. А все несовершенные создания осознанно или не осознанно стремятся к самоуничтожению. Отсюда ваша повышенная агрессивность, чудовищно кровопролитные войны и чудовищный же разгул преступности. Вы уж извините, господин барон, за то что я говорю так резко, но ведь и вы только что пытались обвинить нас не иначе как в трусости. * * * Медицина эльфов действительно была способна творить чудеса, и спустя неделю все мы были как новенькие! Меня не только излечили от недавних ран полученных в замке, но и избавили от всех последствий давнего сражении при Траутенау. Струэнзе расстался со своей близорукостью и обрёл поистине орлиное зрение. А для Катарины эльфийские врачи создали какую-то микстуру что сильно уменьшила в ней тягу к свежей крови. При этом все необыкновенные способности нашей прекрасной вампирши остались при ней. Последующие три недели нашего пребывания в Верданда-де-Туат мы вели самую роскошную светскую жизнь. Нам пришлось посещать бесконечные эльфийские балы, пиры и праздники. Шутки ради мы с Вороновым даже вступили в один элитный офицерский клуб. Правда мне кажется, что для посещавших его лощёных олдеранов и арандерисов мы были чем-то вроде экзотических животных. Тем не менее они с подлинным интересом расспрашивали нас о Крымской, Датско-Прусской и Австро-Прусской войнах. Очень интересовались подавлением Большого бунта в Индии, но тут мы с Владимиром мало чем могли быть им полезны. Не пренебрегали мы и многочисленными театрами, музеями, вернесажами Элиовангара. Впрочем их оперы и театральные постановки действительно оказались слишком необычны и сложны для нас. Особенно меня поразил театр с движущимися изображениями. Там разыгрывались грандиозные и очень впечатляющие представления почти не отличимые от реальности. Я посмотрел некую постановку из жизни доблестного рыцаря Лоэранда арн Темореля, и был весьма поражён увиденным. Казалось очень необычным, сидя в зале видеть как быстро меняются декорации, и вместо глухого леса или неприветливых скал вдруг появляются величественные замки и роскошные дворцовые залы. А уж батальные сцены с грохочущими орудиями и мчащимися будто бы прямо на вас тысячами всадников, не раз заставляли учащённо биться сердце. В общем, все мы развлекались как хотели и только Струэнзе не принимал участия в общем веселии. Спустя всего два дня светской жизни он опять вернулся в свой подвал с древними книгами. Увы, но кажется только там, в подземелье огромной гиперборейской башни он был по-настоящему счастлив. И вытащить его оттуда не представлялось никакой возможности. Как-то раз, возвращаясь навеселе с одного эльфийского бала, который, кстати, давал очень необычный на наш взгляд клуб «Любителей старинной музыки и жареных перепелов», мы делились с Вороновым своими впечатлениями. Пребывая в отличном настроении я снова поинтересовался у Владимира причиной его ухода с военной службы. - Ну отчего вы так любопытны, фон Хагендорф, - поморщился он. – Можно подумать что вы не тевтонец а какой-нибудь неаполитанец. Ну что вам до моего тёмного прошлого? - Но всё же, Владимир, почему? – не отступал я. - За время нашего знакомства вы показали себя с самой лучшей стороны. Вот мне и интересно – что заставило столь блестящего офицера оставить военную службу. Да и Кавалергардский полк, насколько мне известно, самый привилегированный в вашей империи. - Право же, барон, это не стоит внимания. Я боюсь вас разочаровать, но в моей истории нет ничего интересного. - Ну не ломайтесь уже, Владимир. Расскажите что там произошло? - Да… история прямо сказать – дурацкая. Вернее даже идиотская, - снова поморщился русский. – Боюсь это даст вам повод для насмешек. - Да рассказывайте уже! - Хорошо… Случилось это несколько лет назад. Тогда, во время летних манёвров наш полк стоял под Петербургом. Провинциальная светская жизнь, что в обычное время протекает очень вяло, на этот сезон оживает и начинает прямо-таки бурлить. Местное дворянство устраивает балы и всякие собрания, ну и конечно то и дело завязываются романы с провинциальными красотками. - Как, впрочем, и везде. И как же её звали? - Анной. Только и романа то никакого не было, - Воронов тяжело вздохнул и замолчал. – Просто она мне нравилась и только. Анна была дочерью уже умершего к тому времени мелкопоместного дворянина, и теперь жила в доме своего дяди – предводителя местного дворянства. Как и следовало провинциалке она выглядела очень скромной, добропорядочной девушкой. Я робко ухаживал за ней, а Анна снисходительно принимала мои ухаживания даря лишь мимолётные знаки внимания. Как-то раз, в офицерском собрании, когда все были уже слишком пьяны, один офицер из нашего полка, и, кстати генеральский сынок, вдруг отпустил в адрес моей Аннушки очень нелицеприятное замечание. Я, понятно, возмутился и потребовал чтобы он немедленно взял свои слова назад. Он же только рассмеялся и заявил что я слишком молод и не знаю насколько развратны, лживы и коварны бывают женщины. А затем стал говорить о ней ещё более омерзительные вещи. Тогда я ударил его по лицу и вызвал на дуэль. Мы дрались в этот же день неподалёку от уединённой рощи. Я предложил выяснить отношения на шпагах, но мой противник отказался. Зная, что я весьма неплохо фехтую он сослался на то, что слегка вывихнул колено и ему тяжело двигаться. Ну… право выбора оружия принадлежало ему - поэтому мы стрелялись. Не буду утомлять вас подробностями, барон, скажу только, что я довольно серьёзно его подстрелил. Нет, мне вовсе не хотелось его убивать, просто получилось так как получилось. Рана моего противника оказалась не смертельной но очень болезненной и надолго уложила его в кровать. - Всё ясно, - кивнул я. – И после этого события папаша-генерал мстя за своего сына начал портить вам жизнь? - Да… нечто подобное действительно имело место быть. Некоторым образом… - замялся Владимир. – Но не это было главным, барон. Совсем не это… Кто, как вы думаете дни и ночи ухаживал за тем офицером пока он страдал от ран? Кто самоотверженно не отходил ни на минуту от его постели? Да моя же Аннушка, пропади всё пропадом! А главным злодеем в этой истории оказался я! Я - «жестокий, грубый и безжалостный человек. Дикарь, который привык всё решать путём грубой силы». Вот таких слов я удостоился от моей избранницы за защиту её чести. Представляете, барон, оказывается между ними уже были… так сказать… отношения. Но девушка быстро наскучила этому ловеласу, а она всё ещё продолжала на что то надеяться. По-прежнему строила на него планы, так как не на шутку влюбилась. Вот такие дела, фон Хагендорф! Всё это время я был нужен Аннушки только в качестве сопровождающего кавалера. Со мной она посещала балы и рауты, и всё для того чтобы увидеть его – столь дорогого её сердцу Николеньку! Вы смеётесь, барон?! – Воронов гневно посмотрел на меня. – Смеётесь?! Какого чёрта я тут распинаюсь перед вами?! - Нет-нет, Владимир! Уверяю вас что у меня и в мыслях не было смеяться над вашей историей, - поспешил я успокоить русского. – Просто это тик. Непроизвольное подёргивание лицевых мышц. Так что же было дальше? Поведение Аннушки нанесло вам сильную душевную рану? - Да Бог с ней, с Аннушкой! – отмахнулся Воронов. – Спустя неделю я и думать о ней забыл. Но к сожалению, барон, эта история получила широкую огласку. Одни откровенно потешались у меня за спиной, другие искренне жалели. Даже не знаю что более отвратительно. В любом случае я прослыл обманутым влюблённым дураком что пытался защитить честь соблазнённой девицы от её же любовника! И знаете… случись это не со мной, я бы тоже счёл эту историю очень комичной. В результате я решил оставить военную службу и подал в отставку. Просто как-то всё очень опротивело. Вот такая история, барон! А теперь, дружище, пойдёмте выпьем перед сном. У меня в комнате осталась бутылочка эльфийского «Туарельон-гранда». По вкусу как отличный коньяк, но почему-то фиолетового цвета. * * * На следующий день вся наша компания собралась во дворце Верховного Доминуса . Это был последний день нашего пребывания в Верданда-де-Туате и следующим утром мы должны были отбыть за Незримую Стену. - Прежде всего, господа, я хочу возвратить ваш презент, - сказал эрл Лоттрайен, - и с этими словами выложил перед нами меч Сигурда Отчаянного. - Неужели не понравился? – удивился Даванцати. – Ведь такая превосходная вещь. - Да, вещь неплохая, - согласился эрл. – Этот меч принадлежал знатному воину древности Гриаранту Теонору дер Вальдэ. Участнику Второй Йотунской Войны и Северного похода доминуса Теонора III Арниранда. По нашим законам – тот к кому переходит меч предка, вместе с ним получает и замок со всеми принадлежащими ему землями и богатствами. Семья дер Вальде очень знатная и состоит в родстве со всеми лучшими династиями Верданда-де-Туат. В том числе и с моей. Со времени гибели Гриаранта это семейство разделилось на пять ветвей и каждая из них может претендовать на этот меч, а следовательно и на замок Гриаранта Ульфиорэндаль. Сейчас он находится в их общем владении и в нём расположен музей древнего искусства. Вы просто не представляете сколько там находится произведений искусства и драгоценных изделий. Наверное намного больше чем в Лувре и Версале вместе взятых. Немудрено что между всеми пятью ветвями этой семьи чуть было не началась борьба за наследство. Хвала Крылатой Деве они вовремя опомнились не доведя дело до вражды и полного раскола. По общему соглашению меч было решено вернуть вам, так сказать, от греха подальше. - Превосходно, фон Хагендорф, вот ваш тесть то обрадуется! – рассмеялся Фергюсон. - И главное, господа, - продолжал Верховный доминус, - по специальному решению Собрания Великих, за исключительные заслуги перед Верданда-де-Туат, решено не подвергать вас процедуре частичного стирания памяти. - Нам не сотрут память?! – почти вскричал Струэнзе. - Нет. Если вы пообещаете никому не разглашать то что здесь увидели. Никому, кроме своего руководства в Братстве. Обещание вы должны произнести в Храме Двенадцати Богов, там где уже однажды побывали. Не скрою, господа, что нарушение этой клятвы может очень пагубно сказаться на вашей судьбе. Но несомненно вы люди чести, и мы вполне доверяем вам. Более того! Отдельные наши теоретики считают что в будущем возможно некоторое сближение наших миров. Речь конечно не идёт о ликвидации Незримой Стены, на это мы никогда не пойдём. Но возможна, и вполне допустима несколько большая открытость между нами. Эти же теоретики считают что было бы полезно лет так через сто – сто пятьдесят слегка приоткрыть для людей тайну нашего существования. Только делать это надо аккуратно и постепенно И для начала лучше всего посредствам публикации литературных и фантастических произведений. Нам была бы весьма интересна реакция ваших людей на эти произведения. Под конец аудиенции нам были вручены прощальные подарки. Каждый из участников нашей экспедиции получил по небольшой шкатулочке доверху наполненной бриллиантами. Бриллианты были достаточно крупными и самой чистой воды. - Эти камни, как и золото ценятся в обоих наших мирах, - улыбнулся Верховный эльф. – Только алмазы гораздо удобнее. Если бы мы презентовали вас равноценным грузом золота, то вам было-бы весьма тяжело унести его с собой. Да! Подарки были невероятно щедрые! Даже учитывая то, что бриллианты в Верданда-де-Туат стоят в три-четыре раза дешевле чем в нашем мире, это были воистину царские подарки. По-сути, это было целое состояние способное обеспечить безбедное существование не только нам, но и нескольким поколениям наших потомков. Идя на встречу с Верховным Доминусом, мы предполагали нечто подобное, и все, кроме Дитриха, решили отказаться от любых ценных подарков. Ведь не наёмники же мы в конце концов! И жизнью своей мы рисковали не за плату, а исключительно ради спасения родного для нас мира. Но Солнышко предупредила, что этого ни в коем случае не следует делать. Отказ от прощального подарка явился бы, согласно эльфийской этике, очень большим оскорблением. Особенно был рад подарку Дитрих. Виданное ли дело – из простого деревенского парня и сына кухарки, он мгновенно превратился в одного их богатейших людей Богемии! Такая же шкатулка предназначалась и для несчастного Гельмута Байера. Увы, у нашего погибшего сотоварища вообще не осталось никаких родственников. Урну с его прахом торжественно погребли на кладбище для пролусов. Тут надо сказать что в Верданда-де-Туат правом на полноценное погребение обладают только эльфы. Обычно их хоронят в подземных семейных склепах, и возводят над их могилами очень шикарные надгробья. Умерших же слуг и рабов, будь то ётуны или люди, короче всех тех кого они именуют «пролосами», полагается кремировать. Пепел же их, без урн и могил, развеивают над специально отведённым для этого участке земли. Но прах несчастного Гельмута, не развеяли, а погребли в урне установив над ней небольшую памятную плиту. Для этого понадобилось специальное разрешение властей и личное вмешательство Верховного Доминуса. Мы хотели поставить крест, но это нам не позволили. Во-первых – здесь запрещены любые культовые сооружения или памятные знаки не относящиеся к религии эльфов. Как не странно, но этот просвещённый и благородный народ вовсе не отличается религиозной терпимостью на собственной территории. Во-вторых – оказалось что классическое изображение креста имеет в символике эльфов достаточно негативный смысл. Здесь он называется «Знак Солнца Всеиспепеляющего» и означает трагическую гибель иди насильственную смерть. Ну что ж, спасибо и на этом! Я редко задумывался о том, что происходит с душой человека в загробном мире, но искренне надеюсь что там он соединится со своей женой и неродившимся сыном. * * * Вечером, Струэнзе поразил всех нас заявив что не собирается возвращаться. - Вы с ума сошли, Олав Христиан! – возмутился Фергюсон. – Ведь эрл Лоттрайен ясно выразился сообщив что нам не будут стирать память. А раз так, то всё что вы здесь узнали при вас же и останется. Что, чёрт возьми, вас продолжает здесь удерживать?! - Но я успел узнать так мало, - развёл руками датчанин. – Господа, ведь наконец я попал туда, где всегда мечтал оказаться! У неиссякаемого источника истинных знаний! Вы можете считать меня негодным товарищем или даже предателем, но я остаюсь! Я уже принял решение и нет смысла меня отговаривать! - Да вы и впрямь сумасшедший, Струэнзе! Ваша тяга к знаниям подобна тяжёлой форме алкоголизма! Это просто запой какой-то! – продолжал негодовать ирландец. Но Олав был непоколебим. Поражённые таким развитием событий мы решили оставить нашего упрямого датчанина наедине с Катариной. Все понимали что супругам предстоит очень нелёгкий разговор, поэтому встали и молча направились к выходу из зала. - Людвиг, я бы попросил тебя остаться, - внезапно произнёс Струэнзе и даже схватил меня за руку. - Хорошо. Я не возражаю, - равнодушно кивнула головой Катарина, и мы остались втроём. В огромном зале, который мы использовали в качестве общей гостиной повисла гнетущая тишина. Почти сразу я понял что ни тяжёлого разговора, ни душещипательных сцен здесь не будет. Вместе со мною, в зале находилось два совершенно чужих друг другу человека, между которыми давно угасли всякие чувства. Если таковые вообще были. Теперь они просто собирались выполнить некий формальный обряд и подвести окончательную черту под своими отношениями. Ну а я, в данной ситуации был для них чем-то вроде семейного адвоката. - И что же мы будем делать, муженёк? – наконец спросила Катарина. – Как я поняла – ты не будешь возражать против развода? - Прости, дорогая, я понимаю что был для тебя плохим мужем, - вздохнул датчанин. – Но я должен остаться. Что поделаешь, видимо я не предназначен для семейной жизни. Я исследователь по природе, и мой мир – это древние артефакты и полки с пыльными книгами. Я не могу изменить свою природу, дорогая. Да и не хочу. - Олав, у тебя будет ребёнок! – громко произнёс я бесцеремонно вмешавшись в их вялый разговор. – У тебя будет сын, если ты ещё этого не понял! Хочешь оставить его без отца?! Неужели для тебя важнее пыльные манускрипты чужого мира?! - Я знаю, Людвиг, - тихо сказал Олав. – Прости меня, Катарина. Я не идиот, и не тупоумный болван. Я всё понял ещё тогда… в Стоунхендже. - Вот как… - голос девушки стал совершенно сухим и бесцветным. – Понял, и всё равно сбежал сюда?! - Прости, но я могу лишь повторить что не создан для семейной жизни. – Струэнзе стоял опустив голову, краснел и нервно кусал губы. Он старался не смотреть на свою супругу, да и на меня тоже. – Я так долго мечтал отыскать Врата… - Значит ты знал о ребёнке?! - Людвиг, я не мог поступить иначе. После той схватки с вампирами, когда мне в руки попал Ключ Иттарма открывающий проходы в иные миры, я просто не мог не использовать этот шанс. - А как же твой сын? - «Братство» о нём позаботится. А с полученными от эльфов бриллиантами он не будет ни в чём нуждаться. Я отдам ему свою шкатулку. - Нам ничего не нужно! – жёстко произнесла Катарина. – Обойдёмся без твоих подачек. Ему хватит и одной шкатулки с бриллиантами. - Это не для тебя, а для него… Мой подарок ещё не родившемуся сыну. Так будет лучше. Я немедленно составлю бумагу со своим согласием на развод, а тебя, Людвиг, и прочих попрошу её заверить как свидетелей. Развод для католической семьи – это конечно большая проблема, но дон Алонсо несомненно всё устроит. Ты будешь свободна, беспредельно богата и вольна строить свою жизнь как пожелаешь. - Да, так будет лучше, - согласилась девушка. - Я же всё понимаю… Прекрасно понимаю что ты никогда не любила меня. Наш брак был скорее сотрудничеством единомышленников чем супружеским союзом. Ведь ты всегда мечтала о другом человеке. - Не надо об этом, Олав, - резко оборвала его Катарина. – Сейчас это уже не важно. Если решил – то оставайся. Желаю всяческих успехов в твоих научных изысканиях. Глава 10. Последняя тайна Гипербореи. Пророчество Рионэля и наше возвращение. Удивительное происшествие в Архангельске. Прогуливаясь перед сном в небольшом, расположенном на берегу озера парке, я заметил две сидящие возле фонтана фигуры. Справедливо полагая что это кто-то из нашей компании, направился было к ним, но услышав отрывки их разговора решил не вмешиваться. На мраморной скамье сидели Струэнзе с Вороновым и о чём-то увлечённо спорили. - Согласитесь, Владимир, ведь у нас с вами одна сущность. Вы как и я исследователь, а всякий исследователь несомненно видит цель своей жизни в раскрытии тайн природы. Сейчас же перед вами одна из величайших тайн нашей цивилизации! То что вы до сих пор видели это всего лишь капля в море! Если не ошибаюсь, вы интересовались Гипербореей? Искали её следы на Кольском полуострове, на побережье Белого и Баренцева морей? Так вот же она! Вот перед вами! Земля Альвхейма хранит множество гиперборейских следов. Здесь десятки построенных ими грандиозных зданий, и это совсем не руины! А ведь есть ещё и остатки более древней и могущественной цивилизации народа Ра. Вы только прикоснулись к этим великим тайнам, Владимир, так неужели не хотите узнать больше? Вы даже не представляете какие невероятные знания откроются перед вами! Вот например, известно ли вам как называли свою страну сами гипербореи? Ведь гипербореями, то есть живущими за Бореем (Северным ветром) их именовали древние греки. А греки, уже в классическом периоде не знали о них ровным счётом ничего. Только это, придуманное ими же название. Думаю, вам, как русскому это должно быть особенно интересно. - Почему вы так решили? – удивился Воронов. - Помните, как наш радушный хозяин Верховный Доминус Лоттрайен III устроив свой экскурс в предысторию Европейской цивилизации, намеренно скрыл это? Почему, как вы думаете, он утаил подлинное название Гипербореи? Может быть не хотел чтобы кто-то из нас очень возгордился? - Интересно. Ну и как же она называлась? - Рассея! Да-да, представьте себе, Владимир, древнейшая цивилизация Европы и прародина белой расы носила почти такое же название как и ваше отечество! - Невероятно! А вы часом всё это не выдумали, Олав? Звучит как-то уж очень… фантастично, - засомневался русский. – Неужели это название могло сохраниться спустя столько тысячелетий? - Именно так! Рассея! И означало оно - земля «озарённая» или «освящённая» народом Ра. После исчезновения этого богоподобного народа, живущие на севере люди ещё долго хранили полученные от них знания, культуру и нравственные законы. Отсюда и такое наименование. Они как-бы отделяли свои цивилизованные земли от территорий где обитали дикие, варварские племена. Обо всём этом я лично прочёл в эльфийских хронниках. А там содержатся только достоверные сведения. Думаю, что и нынешнее название вашей империи совсем не случайно. Ведь до сих пор не решён вопрос о том, кто такие были эти русы, что в IX веке пришли в ваши земли с князем Рюриком. Князем, основавшим первую правящую династию России. Обычно предполагают что это были норвежцы или датчане. Но несмотря на всю притягательность лично для меня подобной теории, вынужден признать что всё это лишь догадки. Нет никаких сколько-нибудь серьёзных доказательств подтверждающих сию теорию. Так же несостоятельны предположения что это были западнославянские, поморские князья. Высказывались даже гипотезы о том что русы – это самоназвание викингов, существовавшее до IX века. Но почему не предположить что под этим названием скрывались сохранившиеся до тех времён потомки гипербореев? Тех самых что принадлежали к лучшим аристократическим родам Рассеи и сохранили в целости заветы Великих Ушедших. Помните, эрл Лоттрайен рассказывал что они поселились на каком-то острове возле эльфийского побережья? - Припоминаю. А когда он затонул, населявшие его люди ушли вглубь континента? - Вот-вот, и по-моему эта версия гораздо более логична. Возможно они, в виде правящих династий и военно-жреческих орденов смогли просуществовать до раннего средневековья. Так что можете гордиться, Владимир, вы потомок древних гипербореев! - Заманчиво конечно, - усмехнулся Воронов, - но почему вы только теперь, перед самым нашим возвращении рассказали мне это? - Вот именно по-этому. Здесь всё что вы так долго искали, Владимир, так почему вам не остаться? Насколько мне известно, у вас нет семьи… как впрочем и у меня теперь. Со службы вы ушли, и родной батюшка лишил вас наследства. Так что вас связывает с тем прежнем миром? Оставайтесь здесь, Владимир! Эльфы создали величайшую культуру! Притом самую древнюю из всех существующих или известных нам на земле! К тому же они опередили нас в развитии на многие века. Вернуться назад, после всего того что вы здесь видели – это примерно тоже самое как человеку нашего XIX века вернуться куда-нибудь во времена Людовика Святого или вашего Александра Невского. Больше вы никогда, ни-ког-да не будете прежним! Вы уже не сможете жить в том нашем бывшем мире! Всегда, даже помимо воли вы станете сравнивать увиденное здесь великолепие, эти передовые и недоступные нам технологии, с тем убожеством и технической отсталостью что царят по ту сторону Незримой Стены. Очень скоро, Владимир, вы пожалеете что не остались, или хотя-бы о том что вам не стёрли память о увиденном здесь. Оставайтесь, друг мой, да и Солнышко будет очень счастлива, - закончил он с улыбкой. – Что скажете? - Увы, мой друг, но я вынужден отклонить ваше великодушное предложение, - вздохнул русский. – Говоря о покинутом мире, куда теперь не хотите возвращаться, вы совершенно не случайно продолжаете называть его «наш». Да, Олав, несмотря на его отсталость, а то и убожество – это наш мир. А здесь чужой, и мы здесь чужие. - Но это ведь просто слова, - отмахнулся датчанин. - Отнюдь. Я допускаю что зарывшись в свои книги и древние манускрипты, вы на время обо всём забудете. С восторгом продолжите познавать всё новые и новые тайны и по-своему будете счастливы. Но ведь когда-нибудь всё это закончится. Нет, я конечно не имею в виду что вдруг закончатся эльфийские книги. Их вам хватит ещё на тысячелетия упорного чтения. Я говорю о том, что рано или поздно вы пресытитесь. - Что вы говорите, Владимир, разве может по-настоящему разумный человек пресытиться знаниями?! - Увы, мой пытливый друг, всё когда-нибудь заканчивается. И в один, совсем не прекрасный день вы больше не захотите ни новых книг, ни новых знаний. Тогда оглянувшись вокруг вы поймёте что находитесь в совершенно чужом мире, с чужой культурой, этикой и историей. К тому же населённом не людьми, а совершенно другими разумными существами. Которые, к тому же, никогда не признают вас равным себе. И я более чем уверен что вы захотите вернуться. Вернуться пусть в убогий и примитивный, но всё же такой родной нам мир. - Возможно, - нехотя согласился Струэнзе. – И что же, вы думаете что эльфы меня не отпустят? - Отпустят. Вы же не дикарь и не ётун. Вас как благородного и образованного человека они не станут держать в рабстве. Но это не относится к полученным вами здесь знаниям. Учитывая то, сколько вам удастся выкачать у них всякой секретной информации, они без всякого сомнения сотрут все ваши воспоминания о проведённых в Верданда-де-Туат годах. В результате вы, Олав, окажетесь в положении той старухи из нашей народной сказки, что несмотря на все фантастические приобретения, в конце концов осталась с одним дырявым корытом. - Так значит мне не удастся вас уговорить? – сразу помрачнел славный парень Олав Христиан. - Нет, Олав, не думаю что буду комфортно себя чувствовать в мире где существа нашего с вами биологического вида рассматриваются лишь как рабы или слуги. Да и по солнцу я уже изрядно соскучился. Завтра я уезжаю со всеми. - Тогда у меня к вам будет одна просьба, только давайте пройдём в мои апартаменты, - засуетился датчанин. После этого оба собеседника встали и направились в сторону дворца. Я ещё некоторое время полюбовался на огромную эльфийскую луну пожалев что в привычном нам мире буду лишён этого зрелища, и тоже отправился спать. * * * На рассвете, когда огромная эльфийская луна сменилась излучающими мягкий серебристый свет облаками, мы покинули гостеприимный загородный дворец Верховного Доминуса. Провожать нас собралось несколько десятков высокородных эльфов в числе которых был сам эрл Лоттрайен, двое его сыновей Эльсинель и Элигранд, а также эрл Артрандир с супругой и дочерью Галасантой. Здесь же, с немалым удивлением, я увидел и мятежного эрла Элеринда со своими спасёнными дочерьми Лисанелией и Арисантой. Ещё было несколько офицеров из клуба в который мы с Вороновым недавно записались. Все говорили нам тёплые слова, улыбались, но сквозь всё это радушие проглядывало желание побыстрее от нас избавиться. На моё удивление даже Солнышко попрощалась с нами довольно сухо. В том числе и с Вороновым. Очаровательная девочка, одетая в розовое кружевное платье и со сверкающей диадемой в волосах, просто улыбнулась и произнесла несколько приличествующих случаю дежурных фраз: - Прощайте, господа, и я, и весь народ Верданда-де-Туат никогда не забудет вас. Сражаться с вами было для меня честью и большим удовольствием. Затем мы погрузились в большой туристический галлос, приземлившийся прямо на лужайке перед дворцом и полетели в сторону ближайшего перехода через Незримую Стену. Примерно за час до начала церемонии наших проводов меня пригласили в кабинет Верховного Доминуса. Там эрл Лоттрайен вручил мне запечатанный конверт. - Передайте от меня привет вашему руководителю - Их Превосходительству дону Алонсо де Альмейда, - сказал он. – Как и обещал, я написал ему ответное послание. Между прочем там подробно описаны и ваши героические подвиги. - Ну что вы, эре доминус, какой уж там героизм. На мой взгляд – это была чистого вида партизанщина, - ответил я. – А нельзя ли узнать поподробнее что представляет из себя так называемое «Пророчество Рионэля»? – Эрл заметно вздрогнул, и его благородное бесстрастное лицо исказила лёгкая гримаса. - А где вы об этом слышали, господин барон? - Там, в замке Драгганвангар. О нём упомянал эрл Элеринд. Кстати, на мой взгляд его вина ничтожна. Он до последнего пытался отговорить злодея Рингвальда от его затеи. А убийство молодого Иттирэля явилось для него полной неожиданностью. Так что там с этим пророчеством? - Да так… обычная чепуха. Примитивный фольклор и ничего большего, - снова поморщился эльф. Было заметно что этот разговор ему неприятен. – К сожалению, в нашем мире подобное кое-где тоже присутствует. - Но всё же, эре доминус, что это за пророчество? – проявил я настойчивость. - Я и говорю, господин барон, полнейшая чепуха, глупое суеверие не стоящее вашего внимания. Сейчас даже в вашем мире – просвещённый девятнадцатый век и никто в подобное уже не верит. Так стоит ли образованным, цивилизованным… индивидуумам обсуждать какие-то пророчества?! Ну, хорошо, хорошо, - наконец сдался он. – Примерно две тысячи шестьсот лет тому назад, один наш философ… назовём его так, по имени Рионэль Теарен арн Риандиль якобы предрёк что примерно в наше время может произойти некая глобальная катастрофа. Будто-бы обоим нашим мирам грозит искусственно вызванное стихийное бедствие в результате которого мир изменится настолько что совершенно не будет похож на прежний. И предотвратить это бедствие сможет только группа посвящённых людей пришедших из-за Незримой Стены. «Они разобьют Чёрный камень и обретут могущество Великих! В пророчестве особенно отмечалось то, что эти люди должны пройти обряд посвящения и самостоятельно отыскать проход в наш мир. Как видите, ничего необычного. А если всё же вы видите в этом некую аналогию с недавними событиями, то это легко объяснить банальным совпадением. Какой разумный индивидуум, будь то человек или альв станет верить предсказаниям? - Не знаю… может быть я. Вот и Солнышко как-то сказала что все пророчества эльфов… то есть, извините, альвов обязательно сбываются. – В ответ эрл Лоттрайен только скрипнул зубами. - Солнышко всего лишь ребёнок, господин барон. Притом, как и все девчонки она слишком болтлива! Неужели вы, современный образованный человек готовы всерьёз поверить в какое-то пророчество?! Тем более сделанное ещё в те давние времена - когда, если мне не изменяет память, у вас только что был основан Рим и проведена первая греческая олимпиада! - Не знаю, эре доминус, но только мы, как-то на редкость вовремя здесь оказались, – ответил я эльфу. На этом моя аудиенция закончилась. * * * Спустя полтора часа полёта мы приземлились возле древней полуразрушенной башни, на окраине какого-то регулярного и вполне ухоженного парка. Неподалёку виднелся небольшой городок и стоянка вагонов вейскайлеровской дороги. Эльфы подвели нашу компанию к глухой, поросшей мхом каменной стене, что примыкала к старинной башне и попросили подождать. Эта замшелая стена несомненно была очень и очень древней. Сложенная из огромных многоугольных блоков, она вполне могла быть работой гипербореев. В общей массе серых блоков виднелись красноватые монолиты сложенные таким образом, что представляли собой полукруглый орнамент в виде большой арки. Но было совершенно очевидно, что эта стена изначально сооружалась как глухая и никаких впоследствии заложенных арок в ней никогда не существовало. Один из эльфов спустился по винтовым ступеням в подвал башни и, видимо, проделал там какие-то манипуляции. Вдруг контур одной из ложных арок ярко осветился и послышалось равномерное негромкое гудение. Затем вся каменная кладка в полукруглом проёме арки исчезла, и сквозь неё хлынул поток яркого, слепящего глаза, солнечного света. - Путь в ваш мир открыт, господа, - провозгласил ближайший к нам эльф. – Мы желаем вам доброго пути и всяческого благоденствия. Но не забывайте о своей клятве данной вами в Храме Двенадцати Богов. Жмурясь от ярких и порядком забытых нами солнечных лучей, мы осторожно двинулись вперёд. Мгновение спустя все уже стояли на занесённом редким снежком каменистом берегу озера. Напротив возвышались скалы, на одной из которых виднелось странное тёмное пятно в виде человеческой фигуры с крестообразно раскинутыми руками. - Чёрт, а тут холодно! – поёжившись буркнул Фергюсон. – Действительно, после нежаркого но бесконечного лета Верданда-де-Туат, мы снова вернулись в русскую полярную зиму. Вернее в раннюю весну. Дул пронизывающий холодный ветер и ощущался лёгкий морозец. Повинуясь вполне естественному порыву мы все как один обернулись назад. Увы, ни зелёной травы, ни парка с полуразрушенной башней мы не увидели. Позади расстилалась лишь чёрная водная гладь большого озера с плавающими кое-где белыми льдинами. - Интересно, какой сейчас месяц? – спросил Даванцати. - Кажется конец апреля. По крайней мере так рассчитал Олав, - ответил русский. – Уже должна начаться навигация на Белом море. Он говорил что на протяжении почти всего года эльфийское время совпадает с нашим. Но на рубеже зимы и весны происходит некая временная аномалия, и время в нашем мире значительно убыстряется по отношению к эльфийскому. Разница может составлять от нескольких недель до пары месяцев. - Тогда надо было задержаться ещё на пару недель и здесь было-бы уже лето, - заметил ирландец. Он принялся притопывать и хлопать себя руками по бокам. - Ничего, господа, пора и честь знать, - усмехнулся Воронов. – Как гласит русская поговорка – в гостях хорошо а дома лучше. Да и наших радушных хозяев мы кажется уже начали утомлять. - А вы, Владимир, наверно будете скучать о Солнышке, - ирландец перестал притопывать и пытался раскурить на ветру сигару. – Кажется вы тоже к ней привязались. - Ладно, - поморщился русский, - сейчас надо определить в какую сторону нам идти. Я достал нарисованную Струэнзе карту и компас. Судя по всему, мы находились на берегу священного для лопарей Сейдозера, и отсюда нам следовало идти на восток. И Струэнзе и эльфы заверяли что этот путь будет намного короче и безопаснее. Вскоре мы обязательно должны были выйти к какой-нибудь фактории или стойбищу оленеводов. Прикинув маршрут, наша небольшая компания надела заплечные мешки и дружно двинулась в путь. - Могли бы предоставить нам хотя-бы пару грузовых оленей, - привычно пробурчал Фергюсон в адрес наших недавних хозяев. Но далеко идти с тяжёлыми мешками нам не пришлось. Пройдя буквально полмили мы увидели лопаря-оленевода гнавшего нескольких оленей. Лопарь неплохо говорил по-русски и объяснил, что его становище находится в пяти милях от сюда, а идёт он в ближайшую факторию до которой также не менее пяти миль. Он собирался продать оставшиеся у него оленьи шкуры и прикупить водки. Лопарь с радостью согласился нас проводить, и навьючив на оленей свою поклажу мы двинулись со случайным провожатым дальше. * * * Фактория представляла собой несколько деревянных рубленных построек и принадлежала всё тому же Пафнутию Парфёновичу Прохорову. Молодой и немного пьяный приказчик принял нас весьма радушно. Думаю, что этому немало способствовала обещанная нами, щедрая плата за постой. Он выделил для нашей компании одну из бревенчатых изб, где мы, пусть и без особого удобства но неплохо разместились. Конечно этому убогому жилищу было далеко до великолепных эльфийских дворцов, но пора было отвыкать от чужеземной роскоши. Ночью все, кроме разве что Дитриха, отлично выспались. Бедняга очень боялся что украдут его шкатулку с бриллиантами и поэтому всю ночь просидел не сомкнув глаз и не выпуская из рук карабина. А дальше нам очень повезло, и спустя всего пару дней к побережью пристал поморский коч. Он прибыл с грузом товаров для фактории и хозяин судна без лишних разговоров согласился доставить нас в Архангельск. Таким образом, спустя непродолжительное время Первые морские ворота России снова встречали нас. Мы даже поселились в той же самой гостинице. * * * Приведя себя в порядок, я на следующий день съездил в порт и узнал что ближайшее судно идущее из Архангельска в нужном нам направлении отплывает только через неделю. Это была норвежская торговая шхуна плывущая в Берген. Договорившись обо всём с капитаном, и пообедав в одном из ресторанов города я вернулся в гостиницу. Поздно вечером, когда я уже собирался отходить ко сну, в мою дверь внезапно постучали. На пороге стояла наша прекрасная вампирша которая не говоря ни слова вошла в комнату. - У вас ко мне какое-нибудь дело, госпожа Катарина? – спросил я поспешно застилая покрывалом полуразобранную пастель. Визит девушки выглядел весьма необычным. Тем более что на ней вместо платья был надет лишь домашний халат. Вместо ответа Катарина развязала пояс и сбросив его предстала передо мной совершенно обнажённой. - Неужели не догадываетесь, господин барон, - произнесла она прижавшись ко мне всем своим гибким и восхитительным телом. – И я знаю, Людвиг, что ты тоже этого хочешь. Я же помню как ты смотрел на меня на том острове с лабиринтом. - Катарина, я женат… - пробормотал я ошеломлённый таким напором. – Я люблю свою жену и никогда её не оставлю. - Знаю, Людвиг, знаю, - жарко прошептала она дрожа всем телом. – И не собираюсь становиться между тобой и Анной-Марией. – Взяв мою руку она прижала её к своей груди, а затем провела по животу и крутому изгибу бедра. Почувствовав под ладонью её прохладную шелковистую кожу я уже не мог сдерживаться. Природа брала своё. - Пусть это будет только один раз, если ты так захочешь, - снова прошептала Катарина и впилась мне в губы страстным поцелуем. – И об этой ночи никто, никогда не узнает. - Но ты же всё ещё жена Олава, - произнёс я последнее что пришло мне в голову. - А он по-прежнему мой друг, хоть и решил остаться в ином мире. Как я смогу потом смотреть ему в глаза? - Не надо о Олли, умоляю тебя. Он далеко. Ты же всё слышал, Людвиг, он сам отказался от меня. Мне кажется его вообще не интересуют живые люди. Наверно и я привлекала его только своей полувампирской сущностью. Наш брак никогда не был счастливым, ведь я всегда любила тебя, Людвиг. Любила с четырнадцати лет, с того самого момента когда впервые увидела в замке фон Траумбергов. Тогда было ясное зимнее утро, сразу на следующий день после Рождества. Вы с Анной-Марией вернулись с прогулки… Оба такие красивые, румяные… И конечно же ты не обратил ни какого внимания на маленькую перемазавшуюся в саже девчонку, что отмывала пол возле камина. Да и на что могла рассчитывать простолюдинка-горничная? Но, кажется, Анна-Мария догадывалась о моих чувствах и из-за этого ненавидела. А я засыпала и просыпалась с мыслями о тебе! Каждый раз, когда ты приезжал в наш замок, это было для меня как праздник… Но и боль тоже. Ведь ты приезжал не ко мне. Шепча эти слова, Катарина перешла к активным действиям. Ловко орудуя своими тонкими пальчиками она расстёгивала мою сорочку, а в это время мои руки уже без ненужного стеснения разгуливали по всему её прекрасному телу, касаясь самых нежных и потаённых мест… О том что произошло дальше, я очень надеюсь никогда не узнает моя дражайшая супруга. Да простит меня Анна-Мария перед которой я безмерно виноват, но ни с ней, ни с какой либо другой женщиной, я ни когда не испытывал ничего подобного. В этом холодном и мрачном русском городе мы провели наверно самую жаркую ночь в нашей жизни. * * * На второй день после нашего возвращения из Верданда-де-Туат нас навестили очень необычные гости. В сопровождении пяти здоровенных, огромного роста парней, нам нанёс визит настоятель Троицкого собора, протоиерей отец Варсонофий. Двое парней из его эскорта были в монашеских рясах, остальные в обычной для поморов одежде. - Вот, решил вас навестить, молодые люди, - лукаво улыбнулся священник. – Поздравить со счастливым возвращением, да заодно и потолковать кое о чём надо. – Обернувшись к своим парням, он коротко бросил им по-русски: - Подождите меня внизу, возле конторки. Если понадобитесь позову. Такое начало было, по меньшей мере, странным и внушало беспокойство. Неужели отец Варсонофий ожидал от нас каких-нибудь враждебных действий? - Ну как, отыскали своего товарища? – поинтересовался он. -Нашли. Но он не пожелал возвращаться, - ответил я стараясь избежать ненужных подробностей. - Ну что ж, это его право, - равнодушно пожал плечами священник. – Кстати, тут ещё кое-кто вас хочет видеть. – Вслед за его словами в открытую дверь гостиной вошли те, кого мы уж никак не ожидали здесь увидеть. Особенно вместе. Перед нами, собственной персоной, предстал, не весть как оказавшийся в этих краях дон Алонсо де Альмейда. А за сухощавой, аристократической фигурой португальца виднелся небольшой человечек с испитым, морщинистым лицом. Он был в традиционной для саамов рубахе юпа и меховой куртке. - Мать Чесная! Васька! Откуда ты, чёрт, взялся?! – воскликнул Воронов но тут же осёкся: - Ох, прошу прощения, эре Нуарэль! Привычка, знаете ли! Так вы опять в Ваську нарядились?! - Что делать, Владимир Алексеевич, я же говорил что для моей работы это очень хорошая маскировка. И, кстати, здравствуйте господа, – поприветствовал нас эльфийский шпион. Было весьма необычно слышать от этого спившегося лопаря чистейшую французскую речь. Но мы хотя-бы знали кто скрывается за этой маской. Удивительно было то, с каким равнодушием отнёсся к этому дон Алонсо. И что вообще связывало этих двоих? - Да, господа, натворили вы дел, - произнёс португалец усаживаясь в кресло. - О чём вы, сеньор де Альмейда? – не понял я. – Мы вообще-то мир спасли. И мне казалось что вы не имеете права действовать на канонической территории православной церкви? Разве не так? - Ничего, у меня есть специальное разрешение от их Святейшего Синода, - отмахнулся дон Алонсо. – А вот у наших… так сказать… заграничных друзей есть к вам ряд весьма серьёзных претензий, - показал он на «Ваську». - Каких ещё претензий?! – вспылил Рафаэлло. – Да мы жизнью рисковали! Гельмут там остался! И мы действительно спасли мир! Именно так, не больше и не меньше! - Да. А если вы о Ключе Иттарма, то мы… - Подождите, господин Фергюсон, - поморщился португалец. – О этих великих подвигах я с удовольствием прочту в ваших отчётах. Но позднее. Сейчас я говорю о том, что вы устроили уже после вашего возвращения. - Тогда мы тем более вас не понимаем, - удивился я. – Мы вернулись менее двух дней назад и… пока вообще ничего не делали. - Значит не понимаете? – саркастически усмехнулся старик. – Тогда может быть вы, Ваше Высокопреподобие объясните им, - обратился он к священнику. – Ещё только проблем с местными властями нам не хватало! - Вот-вот, - кивнул отец Варсонофий. – Сегодня утром, небезызвестный вам господин Прохоров Пафнутий Парфёнович был найден в своём доме, в платяном шкафу и в невменяемом состоянии. Вышеназванный господин был крайне напуган, сильно обделался и сжимая в руках икону всё твердил о какой-то вампирше. Естественно он был отправлен в психиатрическую лечебницу, где сейчас и пребывает. Всё что от него удалось добиться – это бессвязного и путанного рассказа о том, что ночью к нему в дом влетела женщина-вурдалак, и якобы хотела выпить его кровь. Теперь он трясётся от страха и всё время повторяет одни и те же фразы: «По потолку ползёт!», «мёртвая баба со страшными зубами», «за мои грехи теперь всю кровь из меня выпьет». Вот такие дела, господа. - Вы ничего не хотите нам сказать, госпожа Катарина? – сурово посмотрел на девушку португалец. – Что ещё за детские забавы?! - Всё что случилось с этим негодяем он полностью заслужил, - холодно ответила та. – И конечно я не собиралась пить его кровь, просто так… немного попугала. - Допустим, - продолжил отец Варсанофий. – Ну а Опарышева зачем убили? Это уже вовсе ни в какие ворота не влезает! Да и убили то ещё как! Отрубили парню голову, да так чисто, будто бритвой срезали! - Ничего себе! Вы в своём уме, святой отец?! – воскликнул я. - Неужели вы и в этом нас подозреваете?! Да мы и пальцем этого бандита не тронули, разоружили только! - Даже продовольствия на дорогу дали, и лыжи новые! – поддержал меня Даванцати. – Это Прохоров его послал следить за нами и приказал убить если найдём что-нибудь ценное. - Опарышева убили не на Кольском, а здесь. Вчера вечером, - ответил священник. - И случайно, не явился ли орудием убийства тот самый необыкновенный меч, господин фон Хагендорф. Тот, что мы нашли в подвале замка вашего тестя? – пристально взглянул на меня дон Алонсо. - Ну это уже чёрт знает что! – вскипел я. – Вам что, сеньор де Альмейда, не достаточно моего слова?! По-моему я совершенно ясно выразился что никто из нас не причастен к убийству этого человека! Опарышев был бандитом, а такие долго не живут. И то что с ним случилось – это вполне закономерный и ожидаемый для этой категории людей конец! Разве не логичнее предположить что он что-то не поделил со своими собратьями по профессии и те его убрали? - Так-то оно так, - вздохнул отец Варсонофий, - просто всё к одному. Сразу после вашего возвращения происходит эта история с Прохоровым, а потом и с Опарышевым. К тому же, из донесения одного из полицейских агентов, Опарышев перед тем как лишиться головы следил за вами. - Отец Варсонофий, сеньор де Альмейда, мы всё время отвлекаемся на какую-то чепуху, - недовольно проворчал Нуарэль. – В конце концов, кого интересует смерть какого-то там бандита? У вас их и без того великое множество. Так что одним больше, одним меньше… - Затем посмотрев на нас он повысил голос: – Немедленно верните девчонку, господа! Похищение ребёнка – это серьёзное преступление! - Какую ещё девчонку? Ты вообще, Васька, о чём? – не понял Воронов. - Да ту самую девчонку, Владимир Алексеевич. Эльфианну Теоллу арн Иринель или проще говоря Солнышко. Зачем вы её похитили? - Ты что, Васька, грибов своих обкурился? – от удивления русский даже забыл с кем на самом деле он имеет дело. – При чём тут Солнышко? Она же в вашем мире осталась. - К сожалению это не так. - Вы что, господин Воронов, втихаря вывезли свою маленькую подружку? – рассмеялся Фергюсон. – Уж не в рюкзаке ли вы её прятали? - Ну хоть вы то, Шон, не порите чепухи! Я вообще понятия не имею о чём он говорит! - Никакая это не чепуха, Владимир Алексеевич. После того как вы отбыли в обратный путь, неведомо куда исчезла и Эльфианна. А она, между тем, получила предписание вернуться в интернат и начать подготовку к следующему заданию. Но в Закатном Мысе она не появилась, а контрольные приборы на границы показали что через Незримую Стену прошли не шесть субъектов а семь. Причём один из этих субъектов несомненно являлся эрендиль-арейя и был очень маленького роста. Можно конечно предположить что это альв-карлик, только вот не рождаются они среди нас. Таким образом этот седьмой неуловимый незнакомец мог быть только ребёнком. А единственным ребёнком альвов с кем вы общались была только Солнышко. – Прервав свою речь Нуарэль оглядел наши удивлённые лица и немного сбавил тон. - Впрочем, может быть вы и действительно не виноваты. Возможно, господа, вы даже не догадывались о наличие ещё одного члена вашей компании. Но где она сумела умыкнуть боевой плащ? – добавил он задумчиво. - Так вы хотите сказать что девочка тайком сбежала вместе с нами?! – удивился Даванцати. – Но где же она?! - Вот это правильный вопрос, синьор Рафаэлло. Судя по тому, что всем детям свойственно гипертрофированное любопытство, думаю что сейчас она здесь. Прямо в этой комнате. – Закончив свои объяснения, Нуарэль резко выкрикнул по-эльфийски какую-то фразу. Она прозвучала совсем как военная команда, и неожиданно возымела действие. Воздух над пустым, стоявшим у стены креслом вдруг зарябился, и перед нашим изумлённым взором действительно появилась Солнышко. Наша маленькая инструкторша отстегнула и сбросила ставший ненужным чёрно-зелёный плащ-невидимку а после, как ни в чём ни бывало помахала нам рукой. - Всем привет! Надеюсь вы хоть немного соскучились, господа? Ладно, эре арандерис, вы обнаружили меня и что дальше? - Силы небесные! – отшатнулся отец Варсонофий и несколько раз перекрестился. – Свят! Свят! Свят! – Девочка была одета всё в тот же серый тренировочный комбинезончик и грубые солдатские ботинки на толстой подошве. Поверх комбинезончика она накинула голубовато-серебристый полушубок, а её голову покрывала вязанная шапочка - какие обычно носят финские и лапландские женщины. Когда она сняла эту шапочку, то все мы с удивлением увидели что её ушки имеют самую обычную, человеческую форму. Возле ног девочки лежал маленький рюкзачок с прицепленной к нему детской тряпичной куклой. - Солнышко?! – оторопел Воронов. – Но каким образом… - Да, это я, дядя Володя, - улыбнулась девочка. – Неужели ты думал что так легко от меня отделался. Не знаю почему, но мне вдруг очень захотелось посмотреть твой мир. - Где ты взяла боевой невидимый плащ?! – строго спросил Нуарэль. – Это же военное имущество, да ещё подлежавшее строжайшему учёту! Украла?! Сначала он начал было что-то выговаривать ей по-эльфийски, но тут же сообразил что это не вежливо по отношению к нам и перешёл на французский. - Ничего я не крала, - возмутилась Солнышко. – Я нашла его в замке Драгганвангар после штурма. В одной из кладовых лежало пять таких плащей, и я подумала что один из них мне обязательно понадобится. Правда пришлось его сильно подкоротить. - Ты действовала незаконно! - А вот и нет! Я тоже участвовала в штурме замка, а следовательно имела право на часть добычи. Часть вторая, пункт сто четырнадцатый древнего воинского устава «Логэхирдар» Верховного Доминуса Анереля Феанора дер Лоаграна. - Ну если ты так хорошо изучила древний воинский устав, то понимаешь что тебя ждёт по возвращении? - недобро усмехнулся эльф. – Ты нарушила сразу несколько предписаний: Не явилась в интернат, проникла за Незримую Стену, что строжайше запрещено для несовершеннолетней, да ещё пронесла с собой невидимый плащ, который является секретным военным изделием. Так что по поводу твоего поведения будет особое разбирательство. - Боже мой, ты же могла замёрзнуть! – воскликнул Воронов. – Твоя одежда совсем не для наших морозов! – Но беспокойство русского казалось очень развеселило эльфа. - Ах, Владимир Алексеевич, Владимир Алексеевич, если бы вы только знали каким тренировкам этих детишек подвергают в Закатном Мысе, то не беспокоились бы по таким пустякам. Их же специально готовят для войны в горах Дальнего Севера! Скажи-ка лучше, красавица, этот местный бандит с отрубленной головой – твоих рук дело? - Что-что?! – отец Варсонофий даже встал со своего кресла. – Вы хотите сказать что варнака Опарышева убил этот очаровательный ребёнок?! Но это же совершенное безумие! - Святой отец, этому очаровательному ребёнку понадобилось бы не больше пяти секунд чтобы убить всех присутствующих в этой комнате, - процедил сквозь зубы Нуарэль. – И заметьте, это ещё при том условии что она будет действовать голыми руками. Так это твоя работа? – вновь обратился он к девочке. - Ну а что мне оставалось делать? – с детской невинностью пожала плечами Солнышко. - Ух ты! Святые Угодники, ну и дела! – выпучил глаза отец Варсонофий и снова трижды перекрестился. - Они хотели убить дядю Володю и всех остальных. - Они?! - Да, их двое было. Вот из этой самой штуки. – Встав с кресла малышка подошла к столу и положила на него револьвер. - Вещь конечно очень примитивная - ни магии, ни тонких технологий. Одна только механника, но убить из него очень даже можно. У нас нечто похожее было в ходу лет триста тому назад. Я заметил что отец Варсонофий при приближении девочки опасливо посторонился. Возможно на него так подействовал угрожающий вид двух штурмовых клинков что виднелись за её спиной в специальных ножнах.