Последняя ведьма

Глава 2

Глава 2

Самая жестокая ложь часто говорится молча.

Роберт Луис Стивенсон

Обувь сидела впору. Скрипела, как и полагается новым сапогам. Блестела на солнце, как и полагается вельможной. Украшена была вышивкой и камнями. Чтобы кланяясь, видели – княгиня. Зачем мне корона? А корона была, все тот же обруч. Черный, стальной. Нелепо смотрелся он на фоне сапог, но моду менять не дело первостепенной важности.

- Ты уверена? – Алексей спрашивал меня в сотый раз. И я все также кивала, говорила «да», то  улыбалась, то, укоряя, мотала головой.

- Иди уже. Вы с братьями должны быть первыми. Я сейчас подойду.

Мне надо было настроиться. Отстранить братьев Орлов, чтобы не мешали своими эмоциями и мыслями. Пристраивать тонкие грани между мужчинами и собой, чтобы услышать остальных. Да так, чтобы сразу знать кто и что. И чтобы мысли их не были гулом, а чувства – смешанными красками.

Посмотрелась в зеркало. Отражение нравилось. Возможно, впервые в жизни. Красоткой не стала, но и на роль роковой дамы с закрытыми глазами и короной кое-как подпадала. Сапоги снова скрипнули. Красивые и бессмысленно дорогие. Жительница земли, работающая за триста баксов в месяц орала во мне ором, как же так, расточительство, это ж сколько хлеба, воды детям в Африке, масла на хлеб погорельцам не местным.

Руки нервно поглаживали ткань халата. Кое-какие изменения во внешность пришлось внести. Расхаживать в халате с платьем сарафаном, рубашкой, нижней юбкой – слишком много тряпок для ведьмы. В слуги прислали мне девушку из Орлов, дочь пахаря, младшая, лет пятнадцати от роду. Дрожащая, быстрая, не красивая, но с глазами огромными, как у дикой лани.

В одежде придерживалась черного – вдовий цвет, а черное мне шло. Штаны, рубашка длинная, мужского покроя, пояс из грубой кожи, но с камнями, что и сапоги. Тоже черные. Из светлого на мне была лишь бледность. Да халат темной кровью подчеркивал белизну лица. Солнце меня игнорировало, сколько я не проводила времени у павшей крепости, столько не скакала полем, а загар не брался. Хоть бери и нудистский пляж организовывай, чтобы слиться с местными.

К поясу прикрепила кинжал. Совет князей мог обернуться и потасовкой. Да, и, острый как бритва, с мелкими алыми камнями по рукояти клинок, мне больше нравился как украшение, чем те побрякушки, которым усыпали себя светлые.

В шатре трех братьев стоял все тот же стол, только стулья поменяли на лавки. И лишь один массивный табурет возвышался во главе. Для меня. Впервые в жизни мне предстояла роль оратора и массовика – затейника.

- Ведьма. – На встречу вышел Медведь. Поганец, знает, что я княгиня, но называет ведьмой. Отрицая мой титул. Громкое заявление. Но один - не все.  

На его скромный поклон я и головы не повернула. Не с того титула начал, милый.

- Князья Орлы. – Голову склонила, но взгляд не опустила. Первых привечают хозяев. От орлов выступил Димитрий. Поклонился мне:

- Княгиня. – Рукой указал на тот самый, единственный табурет. Не железный трон, но сгодится. Жаль, по-царски не развалиться, ни тебе спинки, ни подлокотников.

Справа сидели Рыси. Сергей улыбнулся, Андрей склонил голову:

- Княгиня. - Приняли. От сердца отлегло. Не хватало только Лиса. Он и присоединился последним. Не один, под руку шли две шатенки. Одна – жена, вторая – незнакомая. Тайной это не было, сразу же поднялся Андрей и усадил незнакомку с собой. – Позволь познакомить, сестра наша, Руслана.

Женщина была молодая, высокая, стройная. С узкими бедрами, плечами чуть шире нужного, лицо смугловато, глаза карие. И взгляд острый, губы кривились, указывая на то, что ей то ли общество, то ли причина сбора неприятна. Я к ней могла бы отнестись настороженно, компания Лиса - сомнительная рекомендация. Но от нее веяло лишь настороженностью и злостью к братьям. Что они там не поделили, было мне не интересно, дела семейные там и должны остаться.

- Княгиня. – Я склонила голову. А старший Рысь представил меня:

- Сестра, познакомься с вдовой князя Волков, Юлией, Княгиней темных и ведьмой.

На меня посмотрели с любопытством. Так и хотелось что-нибудь учудить, монетку из-за уха вынуть, или еще какой-то фокус выкинуть, ждет же человек от меня проявления нечистой силы, зачем огорчать? Пришлось себя одернуть и навести мысли на более серьезный лад. Нельзя мне быть сейчас легкомысленной дурочкой. То, что я цела до сих пор счастливая случайность. По правилам жестокости мироздания идиотки должны гибнуть первыми. А я, я была девушкой самокритичной.

Княгиня Руслана также поклонилась, как и я ей, как и принято было и надо.

- Приступаем? – Медведь решил взять бразды правления. Димитрий кашлянул, скрывая недовольство, поднялся:

- Братья, князья, собрали мы вас, Орлы не без повода. Но и не потому, что поход обсудить. Есть то, что наши решения может изменить. И дорогу поменяет.

Все заволновались. Лис сразу же попробовал возмущаться, а на жене его лица не было. Она, с тех пор как вошла, все больше и больше напоминала живой труп. А должна была знать, что я жива. Не учла я фактора чувств. Лис жену так любил, что решил ее нежную психику уберечь. И не было бы ее тут, если бы не та самая Руслана, что по дороге заскочила подхватить подругу детства.

Дальше можно было бы и сворачиваться. Цирк не имел смысла продолжения. Так показалось от первого, и со второго взгляда. Идейным вдохновителем моего похищения была Марта, жена Лиса, убедившая мужа в необходимости перехватить счастливый талисман. И сработал принцип домино. Что и привел меня к Мираку, в его дом.

Жена Лиса не была ни великим комбинатором, ни гениальным злодеем. Все, что она творила, было продиктовано страхом и желанием уберечься. И угодить. Угодить я не уловила сразу. Кто-то постарался, чтобы ее чувства были скрыты так глубоко, в такой тьме души, что и рассмотреть – как всматриваться в колодец. Не догадаешься кинуть камешек – о дне не узнаешь. Хорошо, что камней хватило. И тот, кто прятал чувства лисы, он этого не предусмотрел. Не предусмотрел страх лиса за его пару. Все их чувства змеями обвивались вокруг оси эргоса и тянули друг друга в ту самую тьму. Кто же ты, мой темный друг? Кто ты, так и хотелось подманить пальцем и пригладить шерстку. Вот и третий взгляд. Самый точный.