Последняя ведьма

Глава 11

Глава 11

Отвага прекрасна,
Отвага красива,
Но нас она убивает.

Нил Гейман. Дым и зеркала

Медвдедь был любезен, учтив, и вел себя слишком хорошо. Подозрительно хорошо. С того дня, когда я ему слегка показала свои силы и возможности прошло немало времени и мы пока не особо пересекались. А уж нос к носу – то ли мне было не до него, то ли ему меня видеть не хотелось, но нам удавалось удачно избегать встреч. А теперь он стоял, смотрел на меня и улыбался. Вежливой улыбкой дипломата. Дипломата, у которого в кармане туз в виде направленного на меня пистолета.

- Олег. Доброго дня.

- И тебе, княгиня. И тебе.

- По делу, или о погоде поговорим?

Я решила не тянуть змею за хвост. Они, говорят, кусаются. Поэтому лучше сразу, с порога и с плеча.

- По делу, вестимо. По делу. Непройдешь ли к моему шатру?

- Почему бы не пойти. Коли не боишься.

- А чего ж мне бояться, княгиня, все свои, чужих нет.

Это он своим после казни лисов стал, или думает, что в игру со словами я ему проиграю?

- Конечно, князь, только свои. Лисы тоже свои. Были.

- Так отож, княгиня, что были. А я есть.

- И то верно. – Эти танцы меня выбивали из равновесия. Не должны были, но не люблю я, когда от главного отвлекают. Мне бы сейчас делом заняться. А приходиться. Играть и танцевать. Вокруг медведя.

В шатре у него было темно и душно. Стояло две грубки, от которых дымело и несло смрадом. Он там что, трупы чьи-то сжигает? Стоило бы подойти, присмотреться, но запах будто в две руки отталкивал, а Медведь, тот взял меня за руку и пригласил сесть. Пришлось согласиться. Но взгляда от печек отвести не получалось. Что там за дрянь такая горит?

Сел и сам Медведь возле меня, на лавку, по размерам больше похожую на кровать императора. С множеством шкур и маленьких обтянутых шелком подушек.

- Княгиня, не желаешь ли чего?

Я желала, побыстрее отсюда убраться. Но..

- Вина. И того, зачем ты меня пригласил.

- Как скажешь, дева. – Хотелось поправить, что я не дева. Ни физически, ни по статусу. Я жена князя. Какая уж дева. Женщина. Теперь как не поврени – на голове обруч, который говорит всем, что я не свободная, что я замужем. Или у них замужние могут быть девами? Вот уж вряд ли.

- Князь, ближе к делу.

- Ты выпей, вино хорошее, - мне в руки запихнули кубок. Я сделала глоток. Отравы не боялась. Кровь моя и не такое перетравит. – Я бы хотел тебя предупредить.

Вот тут у меня кубок в руках и дрогнул. Князь решил сдать своего союзника? Или почти союзника?

- О чем, Олег?

- Не воюй ты со светлыми. Мы против них не выстоим. И ты помрешь, и люди все. И волки твои тоже сдохнут. Даже этот, бледный с оскалом зверя – там сила большая, чем ты можешь себе представить.

Какая сила я уже представляла. Мы даже познакомились. Или сцепились в легкую. Правда, все они пока в тени да с масками. Но для того я и иду туда, чтобы маски эти сорвать, мужа домой вернуть. Вернуть и долг ему своей жизни. И за людей наших – все еще отомстить хотелось. Для того и силы все стаскивала к границам.

- Ты мне скажи, княже, чего я сама не знаю. А пока ты мне лишь время тратишь, да от дела отвлекаешь.

Не понравилось князю Олегу, что я ему как холопу отвечаю, будто я князь, а он так, пришлый, нахлебник у волков случайный. Но и удушение не забыл. И сердце дернулось поневоле. Разум забудет – тело напомнит.

- А что царь – батюшка ведимий ты тоже знаешь?

Удивил. Не знала. И представить не могла. С какого перепугу? Что мы с Миром знали о ведимиях? Все тоже, был материк с одаренными, натворили они что-то, материку настал эпический пушистый. И эргосы разбросало по мирам. А потом земля их стаскивала. Вернула, тут умер, душа пошла на перерождение. С перерождением терялись силы, но это уже было ерундой. Царь – ведимий? Способности такие же, значит. Может, подход другой, смола мне неизвестная практика. Но раз такой же, то я и Мир – нас двое, и.. Черт. Нас двое, но Мирака брать с собой не хочу. И не стану. Как ни поверни – все некрасиво получается.

- А ты знаешь, Олег, князь медведей, что видимии не бывают сильнее или слабее друг друга? Что мы все силы равной?

Вру как дышу. Бред несу. Но во лжи главное что? Верить в то, что говоришь. И уже ты не лгун наглый, а лишь «упс, ошибочка вышла». А кто ж не ошибается? Все мы люди. Простительно.

И я верила в свою ложь. Хотелось мне так. Так было удобнее. Все мы из одного яйца, значит, все плюс минус одинаковые. Мир сильнее меня в ментальной? А я сильнее в эмпатии. Чембы царь не тешился, а найду чем его приложить. Да, и, не собираюсь я там играть в героя марвел вселенной. Мне бы Влада найти, из темницы вытащить и ноги оттуда сделать. А там уж война как она есть пускай будет. На поле боя и разберемся кто сильнее, кто слабее. Царь? Он уже однукрепость укатал в какашку, что ему мешает также без потерь остальных? А так, так хоть с потерями будет. Умрем с честью, или как-то так. Уж лучше в бою, чем смирно ждать, пока на плаху отведут.

Олег помялся, но спорить не спорил. Ушел, оставив мне мрачные мысли и сомнения. И опять во мне проснулся синдром колобка. Если бы мне было куда убежать, я бы убежала. Наверное, сейчас был тот самый момент, когда стоило сесть в седло и пустить лошадь галопом. В земли светлых. Не оглядываясь. Что меня останавливало? То, что Мирак прав. Отправится к царю – самоубийство. Кого я спасу, если убьюсь, не добравшись до Влада? С моей силой я могу убивать десятками, но не сотнями. И, уж тем более, не тысячами. Мне нужен был план. А где мне думалось лучше всего? Все там же. Братская могила, мой дом, крепость волков.

Зачем я так упрямо хочу ее отстроить? Почему бы не построить новый замок? Что мне мешает начать жизнь сызнова? Совесть? Воспитание? Все и ничего из этого. Я сама. Все в совокупности и ничего по отдельности. Я не могла иначе. Как не могла не дышать.