Последняя ведьма

Глава 15

Глава 15

Документы имеет смысл проверять только у обычных людей.

У шпионов они всегда в порядке. 

Леонид Гевелинг

Свернув в первую же подворотню, я повернула обратно, в надежде спрятаться за тем домом, который «охраняли» солдаты. И более внимательно прислушаться к их беседе и мыслям. Стоять посреди улицы завязывая несуществующие шнурки на сапогах не самый лучший вид конспирации. А подойти и игриво попросить закурить это верный способ самоубийства. Можно, конечно, было бы представиться заблудшей княгиней, но, тогда, почему княгиня не оказалась у ворот? Ее не заметила круглосуточная стража? Или, а царь тут явно не дурак. Сволочь, но не дурак. Сволочи вообще дураками не бывают. Они могут быть туповатыми, но одно с другим не связано. Для подлеца не столько уровень айкью важен, сколько умение выживать и подставлять. Ездить на чужом горбу и ловчить. Хитрость – главное достояние для таких людей. Или это темная сторона силы интеллекта? Я не философ. И мне не до этого. Куда важнее подкрасться незаметно, минимально расходуя силы и выслушать все, что можно услышать.

Кусок перекура я пропустила. Остались только крошки:

- А та девка?

- Сбегла. Говорят, не по своей воле. А на кухне поваренок один взболтнул, что видел ее платье на другой девице. И тоже за столом царским.

- Так это он..?

- Цыц! Еще кто услышит. На казнь захотелось? Под топор палача?

- Ты братишка, не пужай пуганых. Тут токма мы с тобой.

- Знаешь как покойная матушка царя говорила? И у стен уши. Так что прикуси ты..

А мои уши немного даже засмущались. Их подловили. Права была матушка царя, не ведьмой ли она была? Пословица уж очень земная. Но царь блондин. Темные со светлыми не смешиваются. Или я чего-то опять не знаю? Пока узнаю – трижды буду похоронена. И тогда, Медведь не врал, царь – ведимий?

- Хлопцы, чего стоите, ужин стынет!

Во двор вышла средних лет женщина. То ли мать, то ли сестра. А, может, и жена. После тридцати сложно угадать кто кому и что.

- Ой, Люсь, а чего ж не зовешь?

- Так от и зову.

И троица скрылась. Разговор перешел в размеренное чавканье и выпивание с тостами за царя, землю и так далее. А я погрузилась в не сказочный мир того, кто был в курсе сплетен с кухни. Информации до обидного было мало. У царя была свита, приближенные. Были советники, они же вельможи. Был управляющий казной, воевода и писарь. Писарь являлся секретарем и почти заместителем. Еще был домовой (или управдом, дворецкий) и некая странная дама с именем Мара, которая исполняла при царе роль что-то вроде статс-дамы. Кем эти двое были и как они выглядели, солдаты не знали. Их ранг не позволял даже приблизиться к дворцу царя.

Исчерпал полезные и не слишком для себя данные, я бегло глянула по памяти последних часов, не проскальзывала ли мимо них тень Мирака, отпечаток ауры я бы почувствовала, это как след, запах для собаки. Но ничего не нашла. Пришлось бросить занимательное дело простаивания под чужими окнами и отправиться на дальнейший поиск. Покружив по району, время от времени прячась в тени домов и даже накидывая свою иллюзию невидимости, я не нашла ни следа Мирака. Ни его, ни лошади. Грешным делом задумалась о покупке гончей, чтобы та взяла след мужчины. Но на улице достаточно крупного города это было бессмысленным занятием и я отбросила идею еще до того как она засела у меня в голове.

Дважды я возвращалась к таверне, в надежде,  что Мирак вернулся. Но его не было. Раз за разом я заходила в своих поисках все дальше и дальше, но Мир будто провалился под землю. Чувство тревоги я отметала как невозможное. Была какая-то странная уверенность, что, если с ним что-то случилось, я почувствую. Ну, и, это же Мирак! Почти божество этого мира, что ему сделается? Нет, это не уверенность. Это, боюсь, что надежда. И я за нее цеплялась, чтобы не думать о плохом. Потерять двоих я не могу. Никак.

И еще одно возвращение к таверне. В этот раз я села и написала записку. «Ушел к главным воротам,  снял твою накидку. Слышал, на заре будет сама волчица в город вьезжать, там и встретимся. А нет, тогда уж во дворце как-то найди меня».

Накидкой я назвала свою личину, не шифр, так что понимающий и знающий догадается сразу. Рассчитывалось только на то, что из знающих есть только Мир.

Помаявшись в комнате еще почти час, я, все-таки, отправилась в дорогу, сообщив сонному и недовольному хозяину, что я съезжаю, но мой друг должен еще вернуться. И я оставляю ему записку, которую хозяин должен передать лично в руки пану. Голос я старательно подделала на мужской, но так как понятия не имела каким именно этот голос должен быть, я воссоздала иллюзию хорошо знакомого мне голоса – покойного Бориса. Хозяин продолжал недовольно ворчать ровно до тех пор пока не получил десять монет и обещание получить в два раза больше от моего друга. А, если придержит комнату, то мой приятель еще и заплатит за все дни своего отсутствия. А, как задаток, я оставила еще золотой. Одного золотого должно было бы хватить на аренду не меньше чем на месяц, но я не очень рассчитывала на порядочность хозяина. А, вот, на его жадность я все же сделала ставку. Призрачный золотой намного лучше, чем сдать кому-то те же апартаменты за половину цены.

Выйдя за дверь, я отправилась в конюшню, собственноручно подготовила лошадь и отправилась к воротам. До утра оставалось всего ничего. Как и от тех шансов, что Мирак все же объявится.