Последняя возможность

Пробуждение

Проснулась. И застонала от головной боли. Приложила руки к своей черепной коробке и сжала. Прикусила губу. Осознала, что прокусила её только когда по подбородку потекла кровь. Боль нарастала и я уже не сдерживаясь закричала. Через пару минут почувствовала как на мою голову опустилось  что-либо пушистое и, судя по теплу, дыханию и сердцебиению ещё и живое. Стало легче. Я смогла открыть глаза. Всё расплывалось. Сфокусировалась. Вокруг всё белое: стены, мебель, постельное бельё. Запах хлорки рассказал, что это больничная палата. А светловолосый мужчина, сидевший слева, подтвердил это своим халатом и выражением лица — строгим, заботливым, равнодушным, внимательным и усталым одновременно. Увидев мой взгляд доктор протянул руку и снял с моей головы белую ласку. Я подавилась воздухом. Мужчина нахмурился. Пробормотал на незнакомом языке короткую фразу. И что странно, я поняла смысл:
— Быть не может.
У меня задрожали руки. Тут я углядела за спиной доктора золотистую шерсть. На шее пса шерсть засохла дыбом. Он дышал. Меня затрясло. Я поднялась с кровати. Доктор потянулся уложить меня обратно, но я оттолкнула его. Боль вернулась, но я не обратила на неё внимание. Немного не дошла до второй кушетки, ноги подломились и я упала на колени. Пальцами провела по светлой морде и прошептала: 
— Эрнест, милый. Живой...
И завыла. Истерика разбудила пса. Он приподнял голову и рыкнул. А я услышала: 
"Сани... Не плачь. Кто обидел?"
— Эрнест?!
Я икнула. 
— Да что здесь происходит?!
Слёзы потекли еще обильнее. Не знаю, сколько мне понадобилось времени, но я все же успокоилась. К тому времени успела перебраться на кушетку к Эрнесту. Увидела что доктор сидит в кресле. На коленях у него жесткая папка с бумагами в которых он что-то строчил. Мужчина отложил документы, поднялся, налил в стакан воды, достал из кармана бумажный пакетик, разорвал его, высыпал порошок в воду и протянул смесь мне. 
— Полегчало? Выпей, это успокоительное.
Кивнула.
— Спасибо.
Голос охрип.
— Я послал за специалистом. Он сейчас придет. У меня нет ни времени, ни полномочий тебе что-то объяснять.
Кивнула.
— Хорошо, тогда...
Раздался стук. В палату зашёл бледнокожий светлый шатен. Он кивком поздоровался с доктором и уставился на меня.
— Замечательно, вот и он. Всё, дальше разбирайтесь сами.
И ушёл. Шатен сел в кресло.
— Здравствуй. Меня зовут Андре Спендр.
— Сандра Маркс.
— Док сказал что у тебя странный внешний вид и реакции. Он решил что ты попаданка. А твоя головная боль убедила его окончательно.
— Попаданка...? Что-то вроде других миров? Разве так бывает? И почему именно головная боль?
Я закашлялась. Андре налил ещё воды.
— Бывает, но очень редко. Сложные условие для перехода. Самое главное это связь с животным как между близкими родственниками.
Весь его вид передавал вопрос.
— Да, мне это знакомо. У меня больше никого нет кроме Эрнеста.
Я сделала еще глоток. Голос сорвала.
— Ну и второе. Смерть обоих почти одновременно. 
— Значит я умерла?
— Да. И он тоже. Защищал?
— Да. Напоролся на пулю. А я не выдержала. Хах, пошла пожимать шею этому му.... .
— Он не оценил?
— Не знаю как он, а его дружок решил сделать во мне дырку. Но почему болит голова, а не грудь?
— При переходе вы исцелились. Боль это устанавливается ментальная связь между вами. В нашем мире всё завязано на наших спутниках, мы называем их фамильярами. Насколько я знаю, благодаря связи он осознает себя, поумнеет, вы сможете переговариваться мысленно, а жить ты будешь лет четыреста - пятьсот, как повезёт. У коренных жителей этого мира все проще - фамильяр создается из души человека, потому если один из вас умрёт, второй последует за ним. Как тебе перспектива?
— Не верится. Что ещё интересного расскажешь?
— Что ещё? У каждого фамилиара есть свой дар. Например, у ласки нашего любезного врача это обезболивание.
— А у тебя?
— А у меня Рия. 
Он похлопал по груди, где я раньше заметила неровности. Потом расстегнул бордовый пиджак  и показалась голова летучей мыши которая резко запищала. 
— Какая красавица, - прошептала я.
Круглые глазки, вздернутый носик и уши размером в половину её туловища. 
— Её дар это доверие. Даже зная это ты откроешь мне тайны невзирая на то, что мозг кричит молчи. Пользуюсь я правда этим на минимальном уровне. Поэтому ты спокойно восприняла информацию и не усомнилась в ней. 
— Кхм. Даже не знаю что сказать.
— Ничего и не говори. Я не собираюсь причинять тебе вред. Я должен рассказать тебе всё о мире и убедиться что ты не преступница.
— Преступница?
— Мало ли кто и при каких обстоятельствах умер и перенесся к нам. 
— Понятно. А какая у тебя должность?
— Психолог. Также я буду твоим куратором определённое время. Подсказывать. Знакомить. Кстати чем ты занималась раньше?
— Я шеф-повар.  
— Вот как... Не хочу пугать, но есть вариант что дальше заниматься готовкой ты не сможешь. 
— В смысле?! Почему?!!
— Кхм... ,— он слегка оттянул белоснежный галстук и переплел пальцы. — У нас профессию определяют наши спутники, и никто с этим не спорит, ведь они часть нас самих. Но у тебя немного другая ситуация. Когда оправишься, сходим к специалистам и определим дар. Тебе выдадут довольно большую сумму для адаптации. Взамен ты обязана обучиться новой профессии и отработать 25 лет. 
Ну или продолжишь работать по профилю.
— Тааак... 
— Не переживай, возможно ты сможешь и дальше продолжать готовить. Кто знает, какой у него дар? Проблема только в том, что у всех попаданцев оказывались уникальные дары.
Эрнест уткнулся носом мне в живот и шумно задышал. Я почесала его затылок и поцеловала в лоб.
— Не волнуйся, этот мост мы сожжем, когда подойдем к нему. 
— Тебе пора отдыхать. У тебя ещё остались вопросы?
— Не сейчас. Слишком много информации. Нужно переварить.
— Я зайду завтра. Принесу какую-нибудь одежду. 
Он полез в задний карман брюк и достал листок бумаги, порылся в шкафчике возле кровати и нашел карандаш. Находки отдал мне.
— Запиши мне свои параметры.
— А ты поймешь что я написала? И к слову, как у вас с письменностью и почему я тебя понимаю?
— При переходе автоматически идёт изучение языка. С чтением также как и с речью. Как писать ты тоже подсознательно знаешь, но нужно разработать руку, чтобы привыкла. Надо не забыть купить прописи для тебя. Через пару дней начнём заниматься. А сейчас лучше просто продиктуй.
Через пару минут он ушел. А я вытянулась рядом с Эрнестом, подула ему в морду, поцеловала.
— Всё у нас с тобой будет хорошо. А если придётся отрабатывать то ничего страшного. Заодно подзаработаем на будущий ресторанчик. Я не собираюсь бросать готовку. А, вообще, главное — это то что мы живы.
Эрнест уткнулся носом мне в щеку.