Послушная одноклассница

♠️6.

Учителя я больше не слушала, с ужасом ждала перемены. Хоть по расписанию два урока немецкого, в классе Мари Беккер не сидит и нас уж точно не караулит; у неё все выверено, педантичность уровня секундной стрелки, поэтому защиты в кабинете никакой не останется. А видеонаблюдение в лицее ведётся исключительно в коридорах. И как бы нелепо не звучало, все свои ужасные проверки на прочность моей нервной системы Эндшпиль вытворял как раз в классе, который закреплен за нами, за 10 «Д».

Губы искусала в кровь, почувствовала во рту вкус железа, но и это меня не остановило. Сразу нашлись раньше не видимые заусенцы, я решила поиздеваться над ними. К чему мне красивые руки, если они крюки и не могут защитить меня… Но вот урок заканчивается, и я краем глаза вижу, как к парте Амира уже подтягиваются одноклассники. Хотят познакомиться, как же хорошо, как же вовремя!

Немедля ни минуты, удираю из класса. Прочь из этого душного отравляющего пространства. На следующем уроке контрольная по пройденным темам, я должна собрать мозги в кучу, иначе завалю. И дам Оле новый повод для подколов, она-то у нас неизменно всё делает на отлично. Вылетаю из кабинета и стремглав несусь к дамским комнатам. Уж там-то меня не достанут. С бега перехожу на быстрый шаг, чтобы зазря не привлекать внимание и не схлопотать замечание; три таких замечания, и родителей вызывают в лицей. Мне такого не надо. Пусть маму заботят лишь приятные хлопоты, а не мои проблемы.

Не успеваю дойти до нужной двери, меня с силой затаскивают в коморку и толкают к стене. Узнаю учительский туалет — узкое крохотное помещение; одному в самый раз, а вот двоим уже тесно. Слышу за спиной характерный звук защёлки, резко оборачиваюсь и встречаюсь с раскалённым взглядом Эндшпиля. От парня веет яростью, злостью, о сам он улыбается с предвкушением. Не отходит от двери, перекрывает мне пути для побега или спасения. И наблюдает за мной, как охотник за подбитой птицей.

— Мияги, ты, оказывается, права на наше исполнение кому попало продаешь... Не порядок! — оскал недруга рвёт мне душу на части. Не понимаю, куда он клонит, что ему нужно. Какие права? На какое исполнение? Странный до невозможности. Специально сыплет загадками, чтобы выбить мне почву из-под ног.

Замечает, как я нахмурилась и отвела взгляд. Эндшпиль вообще всё и всегда замечает, казалось бы, давно пора перестать удивляться, а не могу.

— Человечек сказал, чтобы я посторонился. У него, видите ли, право первого. Что это значит, Мияги? Кто он?

Я наконец поняла, откуда сыр-бор загорелся. Да, Амир всего лишь человечек, в высшей мере незначительно и презрительно. Сам угадал место изверга в вашей иерархии, чего от меня ещё нужно?

Молчу и продолжаю отводить взгляд. Смотрю, куда угодно, только не в эти глаза цвета промозглой земли. Чёрные, неуютные, пугающие до дрожи. И так подходящие его татуировке. Пока думаю, пропускаю момент, когда Эндшпиль шагает мне навстречу. Отступаю назад, лопатками чувствуя стену, вжимаюсь в угол; ногой задеваю мусорку, которая подскакивает и звенит, как брошенное на кафель колечко. Но Эндшпиль не позволяет мне почувствовать опору, хотя бы недолго, хотя бы спиной. Резко дергает меня за руку, рваными движениями хватает меня за талию и чуть ли не кидает на подоконник. Мамочки, что же это такое?! Эй, кто-нибудь, ну посмотрите по камерам, что старшеклассники зашли, куда не следует!

— Кто он? — выдыхает мне в губы, которые почему-то оказываются на уровне его губ.

Подоконник своей высотой делает полдела. Я в западне, и впервые за все годы в такой тотальной. У меня перехватывает дыхание, и я смотрю на Дэна, как удав на кролика. Пугает так, что хочется не только оттолкнуть, но и вырубить. Жаль, сил не хватит. Я совсем не спортивная, и не бойкая…Пока я думаю, как мне от него избавиться, Эндшпиль приближается. Хотя, куда еще ближе?! Караул, домогательство средь белого дня, и это называется элитным лицеем?

— Кто он? — повторяет вопрос, до хруста сжимая мои руки, которыми я уперлась в подоконник. — Из-за кого меня папаня осадил? За кого мой родич так вписался? Кто у нас такой крутой, что перевёлся в середине года?

Осадил? О чём это он? И почему бы не спросить у отца, я же не энциклопедия, чтобы отвечать на все «почему». Непонимание отразилось на моём лице, я вообще разговаривала как будто только мимикой, на слова сил не хватало. И смелости. Я столько раз отмалчивалась, у меня получалось. И в этот раз удастся. Верю в это, как Земля верит в силу притяжения!

— И мамашка у него не промах. Протащила сыночка в лицей через моего папаню. А он мне предупреждение запилил. Так что это за птица такая, а, Мияги?

Смотрим глаза в глаза, не моргая, не щурясь, во всю яркость и силу наших зрачков. Но внезапно всё меняется. Эндшпиль отпрянул от меня, будто ему вдруг сообщили, что я заразна. Отошёл обратно к двери, прислонился к косяку, скрестил руки на груди и посмотрел на меня своим привычным насмешливо-презрительным взглядом.