Послушная одноклассница

♠️9.

Я могла ответить на все вопросы. Могла.

Но что должна была сказать? Побоялась? Струсила? Его не устроит такая правда. Я это понимаю, ведь с его стороны выгляжу предателем, похуже Каина, которому никогда не вымолить прощения, не заслужить снисхождения или жалости.

И я вру.

— Мне запретили… — и снова отвожу взгляд. Опять, в который уже раз, сама себя парализуя слабиной.

Резкое движение и книга летит с моей парты. Изверг пришёл в настоящее бешенство; оказывается, до этого он себя ещё контролировал. Я до смерти испугалась и глазами стала искать спасение, хоть какую-нибудь защиту. И зачем я ему отвечать стала. Вот зачем… С ним-то можно было и молчать, изверг точно не проверки ради нарисовался.

Краем глаза вижу, как к нам приближается Маша. Эффектная шатенка с чуть раскосыми голубыми глазами дефилирует, словно по подиуму. Мимо такой не пройдешь, ей вслед оборачиваются все парни. Настоящая красавица школы, хоть упорно не хочет участвовать в лицеистских конкурсах, чтобы забрать свой титул Королевы по праву. Она подходит к своей парте. Бросает на меня встревоженный взгляд, но мельком, чтобы никто не заметил. А я поджимаю губы, она должна понять.

И подруга верно угадывает.

— Чего ты здесь расселся, новенький? — дерзко и немного театрально спрашивает она.

Амир оборачивается, и я уже жду, как он начнёт огрызаться; уж если он Эндшпиля послать не побоялся в первый же день, то и Машу осадить за ним не заржавеет. Но Тузов лишь окидывает мою подругу каким-то долгим сальным взглядом, сканирует её до каждого ребрышка, ядовито ухмыляется, будто оценил в её пользу. Но Маша не промах, даже бровью не повела; она и не таких наглых отбривала. Я ею всегда восхищаюсь и завидую белой завистью. Да, когда раздавали уверенность, мы с ней стояли в разных очередях…

— Поднял все свои убогие причиндалы и умотал на свой второй. — бесконечно ласково, без единого намёка на раздражение проговорила девушка.

Но изверг, закинув ногу на ногу, расселся лишь ещё вальяжнее и послал Маше воздушный поцелуй. Быть может, рассчитывал, что она так же кинется на него, как Дэн, но линия не вышла.

Не тут-то было.

— Виктор, дорогой. Тут новенький совсем берега попутал… — Маша обернулась и позвала одноклассника.

Виктор у нас мастер спорта по боксу, призёр многочисленных соревнований, почётный лицеист и гордость класса. И несмотря на запрет кулачных боев вне ринга, замечен в драках, которые сделали ему славу Непобедимого Молота.

Грузный мускулистый парень поднялся из-за парты и направился к нам. Не предупреждая и не угрожая, одной левой Виктор поднял Амира за грудки. Тузов пребывал в полнейшем шоке, даже рот раскрыл для возражений. Я смотрела только на него, лицо Амира перекосило от гнева, но габариты и сила соперника не позволили ответить. Виктор вышвырнул хабала в проём между партами, и тот, больно ударившись о край парты, приземлился около стула Непобедимого Молота.

— Ты ещё пожалеешь! — бросил Амир, глядя только на Машу.

И получил кулаком в живот. Виктор не церемонится с теми, кто беспокоит его Марию, одной её просьбы достаточно, чтобы увидеть силу и мощь Молота. Мы все это знаем, поэтому никто Маше даже слово не говорит, никто косо на неё не смотрит и уж точно не перечит. Но сама она этим не злоупотребляет, поэтому и дружим мы с ней тайно.

Маша обернулась на меня, подмигнула. И, достав из сумочки влажные салфетки, стала демонстративно вытирать всё, чего касался новенький.

Амир затравленно смотрел на нас, но больше на рожон не лез. Наверное, оценивал и присматривался, но я не уверена, ведь кроме Виктора в классе оставались и другие парни. За своего они горой. Даже за Эндшпиля, что уж говорить про Молота. Быстро поднялся с пола и на остаток перемены вышел из кабинета.

Такая реальность, «старый друг».

Ты можешь быть всем в старой школе, но лицей — новая Галактика, со своими личными звёздами, планетами и черными дырами. Я привыкала и вливалась, и тебе придётся попотеть!

Вздохнула с облегчением. Впервые за всё это время Маша вступилась за меня, не тайно, написав ободряющее сообщение, а открыто, попросив помощи у самого Молота.

Когда отошла от бурных эмоций, почувствовала на себе взгляд. Ну что опять?!

Сосед мой объявился, не иначе. Я его целую перемену не видела, уже и подзабыла, каково оно, быть под прицелом. Или просто старалась не замечать Эндшпиля, не знаю, не могу сказать точно; столько всего свалилось, не умею я сразу все свои фланги защищать!

Но больше этот школьный день ничего сверхъестественного не принёс, поэтому у психолога я появилась бодрым лимоном, а не лимонадом. Силы на наш традиционный разговор оставались.