Послушная одноклассница

♠️14.

УЛЬЯНА

Когда к Оле приходят друзья, она отсылает прислугу куда подальше. И как бы не барыня, но замашки светские, чванлива до одури, а с появлением собственной копеечки она стала уж слишком заносчивой.

Вот и в этот раз мы с мамой скрылись от глаз гостя. Но в окошко поглядеть, кто пришел, мне всё же удалось. К сожалению, вылазка результатом не побаловала.

Гостя я не узнала. Знать, новенький какой. Ольга Леонидовна у нас дама модная, деловая и общительная. Пообжиться может в любом загашнике. Вот сестренка её сводная совсем другая…

Мы с мамой сидели в дальней гостевой комнате. Мама вязала, я читала. И вдруг слышим звонкие голоса в холле. И третий какой-то добавился.

Я подалась вперед, но с кресла пока не встала. Мать шикнула мне, чтобы я не лезла в хозяйские дела.

А как тут не лезть? Слышу ведь голос Мии!

Отпираю дверь, пробираюсь коридорами к просторному светлому холлу и становлюсь в тень от массивной лакированной лестницы. Мию пока не вижу, зато Оля и её гость стоят, как король с королевой.

То же мне царская чета. Тьфу! Трёкнутые на всю голову!

— Вздумаешь отсидеться в библиотеке, расскажу всё Елене Прекрасной… — Осматривая свои ноготки, начала шантажировать Ольга.

— Что всё? — Голос донесся с лестничных ступенек, и я враз смекнула, где сама Мия.

— Как Эндшпиль тебе жизнь малюет, а ты все его грешки обеляешь да мамочке врёшь!

— Оля, зачем тебе я? Не мешаю, не трогаю, никак не задеваю вас.

Мия пыталась договориться с сестрой, но та упёрлась, как баран.

Ой, этой фифе что в голову взбредет, так хоть на гильотину, хоть на плаху. Совсем уросливая ещё, а папка всё по головке гладит да никак вытравить чушь из неё не возьмётся! Не замечает, как за дочуркой любимой черти табуном ходят.

— Я тебе встречу с любимым организовала, а ты вон какая… неблагодарная. — И капризный взгляд на гостя. — Посмотри, с кем я живу!

Ой, актриса. Актрисулька с погорелого театра — больше не дать!!!

Даже меня зло взяло. Но стою, не шелохнусь. С неё станется, потом недостачу на кухне на маму мою повесит, в уши папочке водичку нальёт и усё. Ищите нового работодателя, даже рекомендательное не заслужили.

— Да, тебе не позавидуешь, Оль. — Откликнулся гость.

А на лестнице послышались шаги. Видимо, Мия решила всё-таки подняться. Но кто бы ей дал.

— Пойди-ка спусти, туртушку. Слов не понимает она. — Ольга махнула гостю рукой, показывая на лестницу и соответственно на Мию.

Шаги замерли.

А гость обернулся на Олю.

— Туртушка? — Вырвалось у него.

— Серьёзно? — Удивленный возглас Мии.

Я не вижу её, но по голосу понимаю, что она чуть напугана. Ещё бы, парень уже на первой ступеньке стоял да с такой многообещающей улыбкой, что я чуть не поперхнулась.

Что за фрукт такой, гость наш?!

Но Оля не обращает внимание на вопрос гостя, она уже зашла на кухню и не следит, как выполняется её «приказ». А парень ведь реально пошёл выполнять. Так и хотелось отчикошить, руки чесались.

— Не смей трогать меня! — Сказала Мия.

Она действительно никому не позволяет дотрагиваться до себя. Все объятия, рукопожатия, даже легкие касания вызывают панику. Хотя после той ситуации, которая случилась в старой школе, вообще не удивительно.

Какой-то идиот тогда опозорил девчонку, да и Оленька маслица в огонь подливала, мама не горюй. На прошлой квартире, хоть она и двухэтажная была, слышимость отменная. Оля Мию и грязной, и чумазой, и как только не называла. До сих пор иногда замарашкой зовёт.

— Сама тогда спускайся и подваливай на кухню, туртушка! Так тебя, оказывается нужно звать, не Бжижик и не Мияги, да?

Но гость не шагнул дальше первой ступеньки, а развернулся и направился за Ольгой. Ответа не ждал. О, Господи, сколько прозвищ напридумывали с этой Мегерой!

Что-то мне подсказывало, что Мия ни в какую библиотеку не пойдет.

Конечно, столько лет по собственному дому ходит тенью, лишний раз замеченной быть боится, чтоб мать не расстроить. А теперь и вовсе…

Я прошмыгнула в подсобку, которая соседствует с кухней-столовой. Подслушивать не хорошо, подсматривать — тоже. Но я покаюсь когда-нибудь потом. Сейчас чувствовала, что должна быть за кулисами. А то наворотят делов эти мелкие интриганы и наглецы.

К счастью, дверь из кухни в нашу подсобку, где храним все запасы съестного, была открыта.

Я присела на корточки и прилипла к дверному косяку. Видеть меня никто бы не увидел, для этого стоило бы обогнуть разделочный стол.

— Ты с ней слишком жестока. Я только один раз в нашей переписке обозвал её туртушкой. Ты теперь так называешь? — Начал гость.

— Ой, Туз, брось, а. Это Мия у нас считает жестокими тех, кто чуть тверже буханки хлеба. Думаешь, что-то поменялось? Мне понравилось, вот и называю! Что мне с ней нянькаться твоим «Бжижик»?