Послушная одноклассница

♠️17.

Утро выдалось замечательным.

Будильник я благополучно прослушала, но на контакт не вышла; ночь спокойного сна дала о себе знать. Разбудила меня мама, нежно пощекотав мою щеку, а потом легонько подув на лицо.

С трудом разлепив глаза, увидела мою сияющую и отдохнувшую, что очень-очень важно, мамочку. И как ей всё удается?!

— Доброе утро, лучик мой. Пора вставать, твой телефон трезвонит не по-детски уже полчаса. — И милая, бесконечно ласковая улыбка.

Я улыбаюсь в ответ, потягиваюсь и опять кутаюсь в одеяле. И кто придумал ранние подъемы в выходной день…

— Вставай-вставай, иначе защекочу! — Обещает мне мама.

И я наконец просыпаюсь. Щекотки боюсь до жути, обойдемся без них каким-нибудь.

— Доброе утро! — Обнимаю маму. — Тебе удалось выспаться?

Да, она кажется сильной, несгибаемой и безупречной, даже блеск в глазах не меркнет от «первых родов» и «ночных рейдов», но… Но всё же! Я должна спросить.

— О, да-а… — Как-то странно тянет, но не вымученно. — Такой мальчишка родился. Вот точно академиком вырастет!

И мы рассмеялись. Мама всегда любит придумывать, кем будут детки, которых она «родила». Новая жизнь, новая история, новая судьба. Так интересно!

— Мам, а у тебя много ещё договорённостей? — Решаю не откладывать разговор про отдых в долгий ящик.

Врача нужно обрабатывать аккуратно, по капельке, по маленьким взрыхлениям, чтобы мама обмякла и приняла правильное решение.

— Нет, лучик, осталось всего две замечательные девушки. И всё, я сразу уйду на заслуженный отдых! — Отдала мне «честное пионерское» и подмигнула, как самая шаловливая и неугомонная девчонка в семье.

— Я так рада! Мы с отцом переживаем за тебя, мам. — Признаюсь я, сдаю нас сразу и бесповоротно, но мама и сама уже обо всём догадалась.

— Знаю и не сержусь. О таких родных мечтает каждый! — Поднимается с кровати и подаёт мне домашний халат.

— Мы идём сегодня с Машей и её друзьями в пейнтбольный клуб. — между делом рассказываю я, раз мама всё равно не спешит идти на кухню.

— Это так здорово, лучик! Оторвись по полной, не сдавайся врагу, будь юркой и недоступной для вражеской винтовки! — Начала сыпать советами мама.

— Я постараюсь… — Я неожиданно засмущалась, но мне понравился мамин азарт.

— Давай я тебе заплету удобную косичку, чтобы волосы не мешали и в глаза не лезли?

— Спасибо!

Наговорившись вдоволь, причесавшись и повеселев, мы спустились на завтрак. Оказывается, мама давно уже всё приготовила, и все ждали нас.

Отец — терпеливо, Оля — раздраженно. Впрочем, ничего удивительного ведь?

Позавтракали мы достаточно спокойно, при родителях сестра не могла долго кукситься. Тем более её наверняка распирало от счастья, что я на горнолыжку не поеду.

Стало даже как-то обидно, всё равно ни на спусках, ни на подъемах не пересекаемся, чтоб вот так всё близко к сердцу принимать. Подумаешь, потом в кафе вместе все посидим, и что?

Может, конечно, играет и то, что мы все сноубордисты, одна Оля лыжница. Ну, так это же наоборот очень круто и необычно. На мой взгляд, да. Всегда нужно это добавлять, потому что взгляды у нас с сестрой определенно разные.

Мама уговорила отца выдвигаться только после того, как я уеду. Меня проводили, увидели, что приветливо улыбаюсь Маше, успокоились и выехали следом.

А машинка-то незнакомая оказалась…

За рулем был Виктор. Сказать, что я удивилась — ничего не сказать. Непонимающе посмотрела на Машу, но подруга мне лишь весело подмигнула, мол не переживай, это у нас теперь в порядке вещей.

Но в смске все же объяснилась.

«Представляешь, Виктор сам предложил. И сказал, чтоб я всех красивых подруг взяла. А ты у меня краси-и-и-вая!»

«Теперь и он знает…»

«Он давно знает. А теперь приготовься, новость намбер фри…»

И куча смайликов-улыбак во всю белизну их искусственного полукруга.

Я посмотрела на подругу, она что-то быстро печатала в телефоне, прикусив свой язычок, словно очень, чрезвычайно, абсолютно взволнованна и предвкушена. Мда…

Одно радует, Маша всё же своя!

— Нет, Багирова, ты здороваться будешь али как? — Виктор посмотрел в зеркало заднего вида, поймал мой настороженный взгляд и смягчился. — Да брось дрожжи продавать, подвоха нет!

— При…вет… — Выдавила из себя, всё же вежливость превыше всего.

Даже неимоверного страха, да.

Телефон в руках запиликал, и я вздрогнула. Фух, чего это я такой нервно-пугливой становлюсь. Нужно взять себя в руки!

«Виктор с Эндшпилем друзья закадычнее не придумать, прикинь! И никто, чёрт, никто об этом не в курсах. Конспирация и секретность уровень Бог!»

— А Эндшпиль тоже поедет? — Не заметила, как восклицание ускользнуло прямо из-под носа. Победитель по жизни…