Посмотри на меня

Свадебный переполох

От лица Стивена

Я смотрел вслед уходящей возлюбленной, и сердце разбивалось на мелкие кусочки, терзая меня, доводя до пика беспомощности. Я хотел все бросить: затею со свадьбой, Сару и эту несчастную церемонию, но ноги будто приросли к алтарю, не давая мне осуществить задуманное. Я поднял отсутствующий взгляд на невесту, и до сих пор ее счастливая улыбка стала грустной... с ноткой жалости? Хотя чему я удивляюсь, я и правда был жалок... Как котенок, загнанный в угол, я мог только плыть по течению этой несправедливой жизни.

− Готовы ли вы, Стивен, дать свое обещание любви и верности? − отрывая меня от самобичевания, произнес священник.

Я долго молчал, не желая отвечать на вопрос. Очень долго... практически целую вечность... Сара сжала мою руку, и я, подавив свои желания, ответил так, как требовалось:

− Да, − нервно усмехаясь, я посмотрел на Сару с враждебностью, с жгучей ненавистью, которую я испытывал, в первую очередь, к самому себе.

***

Самолет приземлился во Флориде. Выходя из аэропорта, я набрала полные легкие нового для себя воздуха. И тут тоже воздух совсем другой… задумалась я: «Какой это другой?» Он тяжелый, давящий, но в то же время нестандартный, интригующий, непривычный. Я устала от этого, но все равно каждый раз задаюсь одним и тем же вопросом: «Почему я настолько странная?» Кто в этом мире сравнивает воздух, меняя местоположение? Может ли воздух так кардинально отличаться в другом месте? Но как бы это ни было чуждо, мой странный анализ дает понять, где есть мой дом. В России, в маленьком северном городке, мне дышалось легко, до тех пор, пока я не потеряла то, ради чего и из-за кого, в принципе, хотела дышать и имела такую невероятную возможность. После во всей России стало дурно, душно и, как бы это странно ни звучало, невозможно дышать, и неважно, в каком уголке этой необъятной страны я находилась. В Сиэтле дышалось тяжело, когда я впервые прилетела в этой неизвестный город. Со временем становилось легче, по мере того как я находила друзей, любовь, свои значимые места. Сейчас воздух любимого Сиэтла сдавливает не только мои легкие, но и все внутренние органы. Надеюсь, если я вернусь туда еще когда-либо, воздух будет мягче и легче.

− Лина, − обеспокоено окликнул меня знакомый голос.

− Софи... − я медленно проговорила, приближаясь к ней.

− Как ты? − крепко обнимая, прошептала подруга.

Я оставила ее вопрос без ответа, только крепче сжала объятия. Мне так хотелось закричать на весь аэропорт: «Вы что, не чувствуете, какой тут отягощающий воздух?!» Но самый громкий крик в нашей жизни – молчание: не приятное молчание с любимым человеком, а, несомненно, другое молчание, которое душило так же сильно, как воздух в Сиэтле.

В полной тишине мы сели в машину и уехали к успокаивающему Флоридскому рифу.

Заселившись в номер, я в полубессознательном состоянии спустилась в бар. В моих планах было изрядно напиться, забыться в нескончаемом потоке алкоголя, но я сидела около барной стойки, как обычно занимаясь самоанализом, попивая апельсиновый сок, который на сегодняшний вечер заменил мне любимое фруктовое пиво, а может, и не только на этот вечер.

− Привет, − привлек внимание к себе незнакомый парень.

− Привет, − незаинтересованно ответила я, глядя на дно своего стакана.

Наверное, он хотел познакомиться, поболтать на обыденные темы, но мне, к сожалению или к счастью, это было не нужно. Мне хотелось выговориться, вылить на кого-то это «ведро» отчаяния и отдать его без остатка, только бы не чувствовать эту горящую пустоту в грудной клетке.

Он начал говорить со мной, а я молчала, покручивая стакан в руке.

− С тобой все в порядке? − поинтересовался все тот же незнакомец, чье имя я не запомнила.

− Нет, − тяжело ответила я, проглатывая колючий ком в горле.

Между нами завязался разговор, и я поделилась с ним всеми своими переживаниями, трудностями и отчаянием. Когда речь зашла о Стивене, он немного насупился, но очень внимательно слушал, не желая упустить даже незначительную мелочь. Он искренне удивился, что я не влюблялась ни в кого, кроме Стивена. Мой собеседник четко подметил: «Наверное, это истинная любовь, Лина…»

Я резко замолчала, пытаясь найти подтверждение его словам. Это фраза невольно крутилась в моей голове, наверное, несколько тысяч раз, а я пыталась восстановить последний год в памяти. А потом я вспомнила все, что подтверждает слова незнакомца: встречая за тот год нереальное количество людей, разных людей, удивительных, многогранных, в которых можно было влюбиться до беспамятства, я всегда безоговорочно выбирала Стивена своим сердцем. Говоря с каждым новым знакомым, я всегда сопоставляла их с ним, их повадки, черты характера. Парень, укравший мое сердце, сидел в моей голове, пустив крепкие корни, и я думала о нем каждую секунду своего существования. Будь то горе или радость, я думала о нем и о родителях, откровенно понимая, что они останутся лишь приятным воспоминанием.

От лица Стивена

− Готовы ли вы, Сара, выйти замуж за Стивена? Клянетесь в любви и верности до самого конца?

− Уходи, − еле слышно произнесла невеста.

− Что? −не до конца понимая ее слова, я ошарашенно смотрел то на нее, то на полный зал гостей.

− Ты... ты никогда не смотрел на меня так... Никогда... − немного помедлив, она рассержено продолжила: −Уходи, прошу тебя!