Посмотри на меня

5 Глава

Амина.
Машина Вадима мягко заурчала у подъезда общаги, разрывая тонкую пленку ночной тишины. Я вышла, холодный воздух обжег щеки, и я торопливо бросила на прощание: «Спасибо, что довез». Он что-то крикнул в ответ, но слова потонули в свисте ветра и скрипе двери.

Комната встретила меня спертым теплом и гулом чужого сна за тонкой стенкой. Я сбросила туфли, потом брюки, с которых струился запах хлорки после бассейна. Хлопковая пижама, пахнущая стиральным порошком и домом, стала бальзамом на измученную кожу. Я нырнула под одеяло, натянув его до подбородка, пытаясь согреть себя.

И тут, в темноте, на меня накатило.

Не Вадим и даже не Демид. Отец.

Сегодня вечером что-то в Вадиме было до боли знакомое. То, как он поправлял зеркало заднего вида, легким, точным движением. Молчаливая сосредоточенность, с которой вел машину. Даже форма его ушей, заостренная к мочке. Мелочи, из которых, как из пазла, в моей памяти складывался образ самого важного мужчины в моей жизни.

Я закрыла глаза, и передо мной поплыли картинки из детства: папа чинит велосипед, его большие, умелые руки, испачканные машинным маслом. Он что-то напевает себе под нос, а я сижу рядом на корточках и наблюдаю. Он поворачивается, улыбается, и в уголках его глаз собираются лучики морщин. Тепло. Огромное, всепоглощающее чувство безопасности.

А потом… пустота. Машина, мокрая от дождя дорога, тишина в доме, в которой звенело абсолютно все. И эти самые руки, которые чинили велосипед, уже неподвижные и холодные.

Я сглотнула комок в горле и перевернулась на другой бок. «Прекрати, – строго приказала я себе. – Он просто парень. Просто довез до дома». Но щемящее чувство, странная смесь тоски и нежности, не отпускало до самого рассвета.

Утро вломилось в комнату резким светом из окна. Я проснулась с тяжелой головой, с похмелья от собственных эмоций. Первая мысль, как рефлекс, как потребность в глотке воздуха – телефон.
Потянулась рукой на тумбочку. Пусто.
Не моргнув глазом, свесилась с кровати, заглянула в щель между тумбой и кроватью. Ничего.
Одеяло слетело на пол. Подушка была отшвырнута. Сердце начало отбивать тревожную дробь.
Сумочка. Я схватила ее, вытряхнула все содержимое на одеяло. Ключи, кошелек, помада, рассыпавшиеся леденцы. Ничегошеньки.
Паника, острая и безжалостная, впилась в горло когтями. Обыскала карманы пижамы, заглянула под простыню, отодвинула стул.

Телефона нигде не было. Он исчез. И вместе с ним исчезла последняя ниточка, связывающая меня с привычным, понятным миром. Осталась только эта комната, давящая

тишина и навязчивое эхо вчерашнего вечера, в котором призрак отца и улыбка незнакомого парня сплелись в один тревожный узор.

Я встала, ноги казались ватными. Нужно было что-то делать. Но что? Телефон – это не просто устройство для связи. Это мой дневник, мои фотографии, мои контакты. Это моя связь с миром.