Посмотри на меня

6 Глава

Вадим.

Дым сигарет смешивался со сладковатым паром от кальяна, а биты бубнили так, что вибрировал пол. На этой вечеринке я был залетной птицей, которую затащил приятель.
Я сидел бассейна, и думал, как бы поскорее и потише свалить. Компания расширилась тем, что к нам подключились ещё две девушки.

Одной из них была девушка со сцены. Она была той самой «зубрилкой» из параллельного потока в универе, которую все знали только в лицо. Тихая, скромная, но одета была со вкусом. она казалась тут такой же потерянной, как и я.

Она стояла на краю бассейна, смеясь с подругой, и в какой-то момент на неё прыгнул Макс и утащил с собой в воду.
Это не был грациозный пируэт. Это была нелепая, резкая потеря равновесия. Всплеск, и через секунду — тихие, захлебывающиеся бульки.

Я не думал. Я действовал. Скинул кроссовки, телефон из кармана джинс сунул в ботинок и нырнул. Вода была ледяной. Я нащупал ее тело, схватил под мышки и вытолкнул на бортик. Она была легкой, как пушинка, и вся дрожала. Кашель, паника в широко раскрытых глазах.

Кто-то наконец подбежал, поднял шум. Она смотрела на меня, не видя, кашляя водой. Потом она схватила плед, свой телефон и выскочила за территорию участка. А я, мокрый и злой на всю эту ситуацию, понял, что моя миссия здесь завершена.

Я выжал футболку, надел кроссовки и пошел к выходу, к своей машине, припаркованной на трассе в паре сотен метров от виллы. И вот я ее снова увидел. Она шла по обочине, все в том же мокром, прилипшем к телу пледом, сжимая руки на груди от холода. Ночь была не из теплых. Я резко затормозил, открыл пассажирскую дверь.

— так и будешь стоять? - слова прозвучали грубо - ну? Чего застыла?

— я доберусь сама. - хлопнула дверью и пошла вперёд.

Этим моментом я и воспользовался. Выехал вперёд на пару метров. Вышел из машины и бросил её к себе на плечо — крепко, чтобы не вырвалась,она начала орать как ненормальная и я что-то ответил ей грубо — Она сопротивлялась, но в тот же момент была как в ступоре.

- спасибо. - пробубнила себе под нос.

Всю дорогу она молчала, глядя в окно. Отвез ее к ее общаге, она выскочила, пробормотав «спасибо» так тихо, что я почти не расслышал, и пулей помчалась ко входу . И только когда я завел машину, чтобы ехать домой, заметил на пассажирском коврике маленький розовый чехол. Ее телефон. Я поднял его и положил его в подстаканник и поехал. Верну завтра, подумал я. Не велика потеря.

Дома, переодевшись в сухое, я налил себе виски. Телефон лежал на столе, словно упрекая меня. Прошло пару часов. Я взял его в руки. Он был теплым. Любопытство — мерзкая, липкая тварь — начало шевелиться у меня в груди.

Что скрывает эта тихоня? Какая она, когда ее никто не видит? Я знал, что это Вторжение. Полнейшее нарушение всех границ. Но черт возьми, мне было интересно. Я включил его и на удивление там не было пароля.

Первое, что я увидел, — обои. Она стояла в обнимку с каким-то долговязым парнем, счастливая, сияющая, и в руках держала свой аттестат. Выпускной. Я почувствовал укол любопытства. Я открыл галерею. Куча скриншотов, мемов, фото с пар. И потом… папка с видео. Я нажал на нее. И мир перевернулся.

Первое видео: она в какой-то студии, в спортивных штанах и топике, движения четкие, профессиональные. Я впечатлился. А потом… Потом пошли другие. Снятые, видимо, для себя. Она танцевала в открытой одежде , в полумраке студии. Движения были плавными, соблазнительными, полными такой уверенной, животной грации, что у меня перехватило дыхание. Она смотрела в камеру с вызовом, с усмешкой, которую я никогда не видел на ее лице в универе. Это была не та скромная зубрилка. Это была женщина. Огонь.

В моих штанах стало тесно и некомфортно. Кровь ударила в голову. Я не понимал. С чего бы? Она же… обычная. Но мое тело реагировало вопреки логике. И тогда, почти не думая, подчиняясь какому-то первобытному импульсу, я начал пересылать себе самые откровенные видео через Bluetooth.

Делал это на автомате, с странным чувством вины и азарта. Сообщение «передано успешно» загоралось на экране моего телефона, как приговор. Я выключил оба телефона, допил виски и повалился в кровать. Но сон не шел. Перед глазами стояли два образа. Та Амина, которая тонула, — хрупкая, испуганная. И та Амина, что смотрела на меня с экрана, — властная, пылающая. Они сливались в одно целое. Я ворочался, пытаясь выкинуть ее из головы, но пролежал без капли сна до рассвета.