Посмотри на меня

18 Глава

Амина.
Следующий день начался с того, что солнце било в глаза слишком навязчиво, а в ушах все еще стоял эхо-смех вчерашнего вечера. Я собиралась на пару, как вдруг телефон разорвал утреннюю тишину вибрацией, от которой похолодело внутри. На экране — «Мама».

Сердце упало, припомнив тот оглушительный разговор, который оборвал Вадим. Я сделала глубокий вдох и взяла трубку.

— Алло, мам.
— Амина, — ее голос был ровным, без привычной стали, но и без тепла. — Нам нужно встретиться. Поговорить. Сегодня.

Не «давай встретимся», а «нам нужно». Приказ, а не просьба.
— Хорошо, — ответила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Где и когда?

Мы договорились увидеться в безликой кофейне в центре города через два часа. Все утро пролетело в нервном тумане. Даже Яна, заметив мое состояние, лишь обняла меня молча и пожелала удачи.

Я пришла первой, выбрала столик в углу и заказала латте, который тут же перестал иметь какой-либо вкус. Каждая секунда ожидания тянулась мучительно. Я прокручивала в голове возможные сценарии: крики, упреки, холодное разочарование.

И вот она вошла. Высокая, подтянутая, в строгом пальто, ее взгляд мгновенно нашел меня в полумраке зала. Она подошла, села напротив, отодвинула предложенный мной стакан с водой и положила сумочку на колени. Ритуал начался.

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Она изучала мое лицо, ища что-то, а я пыталась не отвести взгляд.
— Ну что, — начала она наконец, и ее голос был тихим, но от этого не менее острым. — Рассказывай. Кто этот… молодой человек, который позволяет себе брать трубку и читать мне морали?

Я сглотнула. «Не одна», — вспомнились мне слова Вадима.
— Его зовут Вадим. И он не читал тебе морали, мам. Он пытался тебе правду сказать. Потому что ты меня слушать не стала.

— Правду? — она иронично подняла бровь. — Правду о том, что ты теперь встречаешься с первым встречным, который гоняет на дорогой машине и раздает кулаками направо и налево? Демид мне все рассказал.

— Бондарев тебе наврал! — вырвалось у меня, и я с силой поставила стакан на стол, расплескав кофе. — Он тебе рассказал, что это он мне изменил? Упрекал меня, что я…я не легла под него. Рассказал, как орал на меня на парковке и обзывал шлюхой? А Вадим просто заступился за меня! Между нами тогда даже ничего не было, он просто позвал меня погулять. Просто как любой нормальный мужчина заступился, мам!

Она помолчала, ее пальцы постукивали по крышке сумочки.
— А ты уверена, что этот… Вадим, нормальный? Ты его совсем не знаешь. Что у него за семья? Кем работает? Чем занимается? Ты просто бросилась в омут с головой, потому что тебя обидели.

Во мне что-то надломилось. Не злость, а глухая, усталая обида.
— Мама, а когда ты в последний раз спрашивала, как Я? Как мои дела на учебе? Нравятся ли мне мои преподаватели? Как я себя ЧУВСТВУЮ? Ты либо кричишь на меня, либо веришь какому-то Демиду! А когда у меня наконец-то появляется человек, с которым мне хорошо, который меня защищает и поддерживает, твой первый вопрос — «а что у него за семья?». Мне плевать на его семью, мам! Мне не плевать на него! Он добрый, он смешной, он заботится обо мне. И да, у него есть деньги, но он не мажор, он просто… Вадим. Ещё…он похож на папу.

Я выдохнула, обессилев. Глаза затуманились. Я ждала взрыва. Но его не последовало.

Мама смотрела на меня, и в ее глазах, таких похожих на мои, мелькнуло что-то неуловимое после того, как я сказала про отца. Усталость? Растерянность? может тоска по отцу?
— Ты действительно его любишь? — тихо спросила она.

Вопрос застал меня врасплох. Я не ожидала этого.
— Я… не знаю, — честно ответила я. — Это еще слишком ново. Но я… я очень хочу это узнать. И он дает мне такую возможность. А не выносит приговор с порога. Если он не тот самый, ничего ведь страшного не будет, мы просто попробуем быть вместе.

Она опустила взгляд, разглядывая узор на столешнице. Тишина снова повисла между нами, но на этот раз она была не такой враждебной.
— Хорошо, — сказала она наконец, поднимаясь. — Я… подумаю над твоими словами. Пригласи его как-нибудь. На ужин.

– В Юровск? Я поговорю с ним!

Она просто повернулась и ушла, оставив меня в полном смятении. Она не извинилась. Не признала свою неправоту. Но она отступила. Впервые за долгое время она дала мне пространство.

Я сидела одна за столиком, и до меня постепенно начало доходить: это была не победа. Это было перемирие. Хрупкое и неуверенное. Но для начала было достаточно. Я достала телефон и набрала сообщение Вадиму.

Я: Знаешь, а ведь ты не только отличный боец и водитель, но и прирожденный дипломат. Мама злвет тебя на ужин.
Он ответил почти мгновенно.
Вадим: Ужас. Это страшнее, чем драка с дегенератом. Но ради тебя, Ами, я готов на подвиги.

Амина: Встретимся сегодня?
Вадим: Не знаю, по учебе и работе завал.
Я убрала телефон в карман и направилась в общежитие.