Посмотри на меня

Глава 52

Амина.

Утро началось с того, что маленькие пальчики принялись тормошить меня со всей серьезностью двухлетнего следователя.

— Мама, мама, втавай!

Я открыла глаза и утонула в двух бездонных омутах — кристально-голубых, как небо после грозы. Но сейчас в этих глазах читался испуг.

— Мамочка, где ми? — ее голосок дрогнул.

Я притянула ее к себе, чувствуя, как ее маленькое сердечко часто бьется.
— Мы дома, солнышко. В моем родном доме, где я росла.

Мы вышли в гостиную. Мама хлопотала на кухне, накрывая на стол. Запах свежеиспеченных блинов и кофе витал в воздухе — тот самый, что будил меня все детство. Ярина тут же спряталась за мою спину, ухватившись за мою кофту.

— Не бойся, солнышко, — мягко сказала я, проводя рукой по ее волосам. — Это бабушка. Помнишь, я тебе рассказывала?

В этот момент дверь с улицы открылась, и в дом вошел Павел. Мама, видимо, уже успела ему все рассказать. Он снял куртку, и прошел в гостиную.

— Ну, вот и наши девочки вернулись, — сказал он, но его взгляд сразу же нашел Ярину.

Дочь, не выпуская мою кофту, высунула из-за меня голову и прошептала мне:
— Мама, а это кто?

— Это Павел, доченька. Твой дедушка.

На ее лице появилось самое искреннее недоумение.
— Нету, — покачала она головой с такой уверенностью, что у меня сжалось сердце. — Мой дедя дугой. Тот, котолый в больфом доме.

Мама медленно подошла к нам и присела на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с Яриной. Ее глаза блестели.
— Я знаю, милая, — тихо сказала она. — У тебя есть другой дедушка, и это замечательно. Чем больше любящих людей вокруг, тем лучше. А я… а мы — твои другие дедушка и бабушка. Мы тут, в этом доме. Мы очень по твоей маме скучали. И мы не знали, что ты есть, а то бы скучали и по тебе.

Ярина, все еще не решаясь выйти из-за моей спины, внимательно разглядывала маму. Та не спешила, давая ей время.

— А это фо? — дочь наконец указала пальчиком на стопку блинов на столе.

— Это блины, — улыбнулась мама. — Я их пекла. С вареньем. Хочешь попробовать?

Слово «варенье» явно произвело эффект. Ярина неуверенно кивнула. Мама медленно, без резких движений, протянула руку и отломила маленький кусочек блина с малиновым вареньем. Дочь осторожно взяла его из ее рук и сунула в рот. На ее лице расцвела улыбка.

— Вкусно? — спросил Павел, подходя ближе, но сохраняя дистанцию.
— дяя! — с набитым ртом ответила Ярина, и все мы невольно рассмеялись.

— Вот и отлично, — мама поднялась, и я увидела, как она смахивает слезу с ресниц. — Значит, будем завтракать. А после завтрака, — она снова посмотрела на Ярину, — я тебе мамины игрушки покажу. Они, наверное, уже пыльные, но все еще ждут, когда в них снова будут играть.

Ярина, ободренная вкусом блинчика, наконец вышла из-за моей спины и потянула меня за руку к столу. Она украдкой поглядывала на Павла, который наливал себе кофе, и на маму, ставившую на стол сметану.

— баба, — вдруг сказала она, пробуя новое слово. — А меда есть?

У мамы от этого простого слова «баба» просто сияло все лицо.
— Конечно, есть, родная! Мед, сгущенка, все, что захочешь!

И в этот момент, глядя на свою дочь, которая уже вовсю командовала бабушкой за столом, и на свою маму, которая смотрела на нее с бесконечной нежностью, я поняла, что, возможно, некоторые раны могут заживать.