Посмотри на облака.

Люди как птицы

К сожалению, всё хорошее рано или поздно заканчивается... Самое печальное в этом то, что люди уже привыкли к этому хорошему и не хотят с ним расставаться. 

      Айзек шёл рядом с девушкой и думал о том, как сказать ей. Сказать, что скоро им придётся расстаться. Это всегда больно, когда нужно выбирать между семьёй и той, кого так любишь. Мама Айзека... умирала, и уже никто не мог ей помочь. Им нужно было возвращаться в город, где опеку над ним возьмёт бабушка. Отец не хотел даже слышать о нём. 

— Я видела у вас во дворе скорую вчера. Что-то случилось? — первый заговорила Юми, она решила аккуратно узнать, от чего он такой грустный.

— Юми, я... — слова комом застряли в его горле. Как ей сказать о том, что уезжает навсегда. Когда только всё наладилось.

— Что? — она подошла и, взяв его за руку, повела в сторону поля. Одно поле, посреди которого стояло большое дерево, старые ветви, которого раскинулись на многие метры. Это место выглядело так умиротворенно. Небо было чистым, а солнце ярко светило, слепя глаза. Лёгкое дуновение ветра слегка покачивало рожь, посаженную вокруг дерева.

— Мне тут очень нравится, когда становиться грустно или одиноко, я прихожу сюда с книгой, — девушка улыбнулась, слегка прикрыв глаза. 

      Айзек упал на землю, раскинув руки и пристально смотря на небо, наблюдая за клином летящих птиц. Они по-настоящему свободные создания.

      Он не сразу заметил, что Юми легла рядом. Нежно взяв его за руку, она слегка сжала её тонкими пальцами своих рук. 

— Мы с тобой птицы, птицы в этом небе жизни. Так же парим над своими проблемами и невзгодами, — она подняла его руку вместе со своими и стала махать, имитируя взмах крыльев. На какое-то время он подумал, что они могут взлететь. Как же ему хотелось, чтобы люди были, как птицы, с крыльями, которые унесут их далеко-далеко. 

      Айзек так и не смог ей сказать. Вечером, вернувшись домой, он застал карету скорой помощи у себя во дворе. Предчувствие непоправимой беды заставило его мигом примчался в комнату матери. Подросток был прав. Врачи молча стояли рядом с кроватью, где лежала бледная женщина, глаза её были закрыты, словно она крепко спала, но по лицам врачей всё можно было понять.

— Мама... — слова тихо слетели с губ парня, а по щекам бежали слёзы. Но внутри всё хотело взорваться.

— Мама! Мама, очнись! — он в секунду оказался рядом с её кроватью, держа уже холодную, но любимую руку. Почему, почему это случилось?

      В этот момент земля ушла из под ног парня, он столько лет не замечал, что с ней что-то не так. Она никогда не показывала сыну, что больна, и он... Он всё равно был таким эгоистом! Обиделся, когда родители развелись, не разговаривал с ней, а ей так нужна была помощь.
Юми стояла в проходе комнаты и, прикрыв рот ладошкой, тихо плакала.

      И по сей день Айзек помнит тот день, когда вернулся домой. Грустные лица врачей и рыдающую соседку, которая вызвала скорую... Он должен был быть с ней. Должен был попрощаться! 

      Всегда есть надежда на то, что время замедлится и не будет так спешить...

      Ей было 44 года... Её похоронили 15 мая. Через два дня после кончины. Никто кроме бабушки и соседей не пришёл с ней проститься. Айзек звонил отцу, но тот бросил трубку...
 

***

      Ненависть к этому человеку навсегда врезалась в его сердце и никогда не отпускала, даже по сей день, спустя столько лет. Воспоминания о том дне навевали печаль и дикую боль. 

      Только когда последний комок земли скрыл её от него, Айзек понял, что она никогда не вернётся. 

— Потерять мать в таком возрасте... Несчастный. Как же ему тяжело, — соседи то и дело шептались у него за спинами, когда он, сидя на коленях перед фотографией матери, старался не кричать от развивающейся в душе тоске по ней. Жалость к себе лишь раздражала его.

— Айзек... — Юми села рядом с ним, она была в чёрном платье с завязанными в пучок волосами. Её рука легонько коснулась его, переплетая пальцы в единое. Словно успокаивала его рванулся душу...

— Она теперь птица, свободная и прекрасная, — фраза вылетела с его губ, в ней было много боли, но он знал. Мама теперь свободна от страданий и всегда будет рядом... в его сердце.
Шима тоже был рядом, он стоял в проходе, молча наблюдая за всем, ему хотелось разделить эту боль вместе с другом. И поэтому он все время его поддерживал и помогал в тяжёлые времена.

      Когда настало время уезжать, он долго думал, а что было бы если они не развелись. Мог ли отец спасти её и изменить всё это. Но каждый раз парень понимал, что прошлое не вернуть, и пора жить дальше.

      Спускаясь к машине с сумками, он не сразу заметил, что к нему пришли.

— Уезжаешь, — Шима смотрел на него потухшим взглядом, ему очень не хотелось, чтобы друг возвращался в город. Хотя и знал, что так будет, но всё равно не был к этому готов. Юми тоже пришла проститься, не выдержав, она крепко его обняла, давая волю своим чувствам.

— Обещай, что вернешься. Обещай мне! — она сама не замечала, как плакала у него на плече.
Но парень лишь крепче обнял подругу.

      Голос бабушки отвлёк его и, отпустив её, отправился к машине.

— Прощайте, — сев в салон, они тронулись в путь. Он видел, как она хотела бежать за ним, крича в след. И от этого ему стало больнее. Одевают наушники и включив песню погромче, Айзек вновь и вновь уходил в свои мысли.

— Обещай, что вернешься... — ветер уносил слова девушки далеко-далеко, где бескрайние поля пшеницы, которые колыхал ветер, где чистое голубое небо, в просторах которого летают свободные птицы...