Пособие для наемника

Глава 8

- Звали, государь? – Эйвар Дайрсгау вышел на лоджию, с которой открывался отличный вид на дворцовые ворота.

Стояло раннее, слепяще солнечное утро. Аерон выглядел невыспавшимся. Он обернулся через плечо и сначала кивком велел советнику подойти ближе, а затем взглядом приказал страже ждать с другой стороны двери.

Когда Эйвар поравнялся с монархом, а гвардейцы скрылись из виду, Аерон расслабился и оперся предплечьями о парапет, свесив при этом голову.

- Скверно себя чувствуете?

Аерон задрал плечи, но из-за текущей позы разницы почти не было видно.

- Пытался сбежать от ворчливой жены и вляпался в компанию Кулака.

Дайрсгау фыркнул на улыбке, издав насмешливый шипящий звук.

- Каждый раз, когда леди Греймхау уезжает, Тео надирается в стельку.

- Что поделать. – В голосе императора не было и тени сожалений. Что ж, глупо ждать иного, подумал Эйвар. Аерон определенно бы не допустил, чтобы человек, командующий наиболее верной частью армии, и человек, обеспечивающий короне половину поступлений в казну, находились не только в родстве, но и в хороших отношениях.

- Ну, вы можете не напиваться с ним за компанию, – предложил Эйвар разумное решение.

- Если я не буду помогать ему поскорее напиться, он доведет меня до приступа ворчанием про захват еще каких-нибудь земель.

Дайрсгау улыбнулся едва заметно.

- Лорд-констебль уже не молод.

- То есть он из-за возраста рвется порубить кого-нибудь на куски? – усомнился император. – Так сказать, напоследок? Ищет смерти в бою?

Эйвар чуть приподнял брови.

- Ему кажется, он просиживает штаны в столице, никому ненужный и ни на что негодный. К тому же, думаю, не надо напоминать, что его сын погиб во время войн с императрицей Фридесвайд, думаю, воинское бездействие заставляет Теоданиса считать, что его сын погиб зря.

- А я думаю, что с тех пор он попросту меня ненавидит, и каждый раз, когда я отсылаю куда-то Идель, он напивается до бессилия просто для того, чтобы не придушить меня голыми руками. Может… может, он думает, мне следовало вовлечь в дело с Патьедо его, а не Идель.

- Уверен, Теоданис понимает, что слава Багрового Кулака не дала бы ему занять место дочери в торговых делах. Не всякую репутацию можно перечеркнуть за день, знаете ли.

Аерон обратил лицо к Эйвару, и из текущей позы императора взгляд получился еще насмешившее, чем он планировал.

- Эйвар, мы здесь одни. Не нужно пытаться объяснить мне, почему я поступил так, как поступил.

Эйвар усмехнулся и встал к ограждению вплотную. Положил руки на парапет – гладкий и облицованный до блеска.

- И в мыслях не было. Это что-то сродни привычке поддерживать членов вашей семьи в те моменты, когда Теоданис из Греймхау вас расстраивает.

Намек на Идель был очевиден, и Аерон посмеялся.

- Хотя, справедливости ради, – вступился Дайрсгау за герцога, – Тео отличный мужик…

- Я знаю, Эйвар, – с некоторым раздражением отозвался император. – И он ни разу не напомнил мне, что без него меня бы тут не было. Но всякий раз, когда приходит время отправлять Идель с торговыми поручениями, он становится сам не свой!

Император откровенно жаловался. Надо же. Должно быть, и впрямь утомился сдерживать раз за разом буйный натиск Багрового Кулака.

- Ну бросьте, ваше величество, вы сами сказали, что мы здесь одни. – Дайрсгау откровенно ощерился. – Давайте не лукавить: вы отправили леди Идель отнюдь не с торговыми поручениями, и Теоданис об этом знает. Больше того, вы отправили ее не с Ноланом, который, как бы ни был плох в глазах тестя, хотя бы является для Теоданиса надежным защитником его дочери, а с невесть откуда взявшимся наемником, в устах молвы – головорезом и убийцей.

Аерон вновь посмотрел перед собой. Одной рукой дернул в сторону, в жесте: «Ну, что уж, как есть!», потом подпер ею щеку и заявил:

- А какой был выбор? Не могу же я в самом деле отправить самого Теоданиса. Его появление в любом месте может быть расценено как акт агрессии и может испортить любые планы.

Эйвар хмыкнул:

- Ну с такой точки зрения, определенно, вы правы: от молодой женщины никто не ждет государственного переворота.

Аерон развернулся к Эйвару, полностью перенеся вес тела на правую руку. Обличительный сарказм равно слышался в интонациях Эйвара и читался в огоньках безжалостно серых глаз.

- Между прочим, – намеренно оживился Аерон, – это была ваша с Идель идея – вовлечь и ее саму, и Эмриса или кого-то вроде него. Изначально я выдавал задачу с Редвудом тебе. Так что не бубни мне тут, что я каким-то боком обидел Багрового Кулака.

Император, наконец, распрямился и прогнулся в спине до хруста в пояснице.

- И потом, Теоданис и впрямь не молодеет. Рано или поздно ему понадобится преемник, и совершенно очевидно, что им не может стать Нолан.

Тут Дайрсгау мог только кивнуть: Нолан не обладал достаточной харизмой, чтобы сплотить вокруг себя воинство; он был незнатен, и в свое время Идель стоило определенных усилий примирить вассалов с новым молодым лордом. К тому же, при всех достоинствах, Нолан был больше воином, чем полководцем. Словом, в преемники на должность лорда-констебля он не годился. Эйвар, как советник, мог бы напомнить, что стоит поискать подходящего кандидата не только в числе приближенных к Теоданису, но, кажется, Аерон уже не нуждался в советах подобного толка. Хорошо. Было время, когда он вообще никому, кроме Тео не верил.