Пособие по перевоспитанию злодея

Глава 21

После того как Морфеус наконец рассеялся (его последние слова были: «Пустота внутри нас – это всего лишь место для новой печали… берегите её»), замок погрузился в тяжёлую, вязкую тишину. Демоны разбрелись по углам – досматривать сны, полные экзистенциальной тоски. Импы, наплакавшись вдоволь, уснули прямо в обнимку друг с другом, забыв о вековой вражде. Даже Глорг, кажется, всхлипывал во сне, переваривая не только вилку, но и новые, незнакомые ему чувства.

Я не могла уснуть.

Ворочалась с боку на бок, перебирала в голове события дня, слушала, как за стеной кто-то тихонько подвывает в такт ветру. В конце концов, плюнула, накинула халат поверх ночной сорочки и отправилась на кухню. Единственное место в замке, где можно было найти хоть какое-то утешение – кухня и горячий шоколад.

Кухня встретила меня теплом остывающего очага и запахом корицы. Я уже протянула руку к полке с какао, как вдруг замерла.

У большого деревянного стола, в свете одинокого магического светляка, сидел Айданус.

Без мантии. Без своего величественного облачения. В простой тёмно-синей рубашке с расстёгнутым воротом, с растрёпанными короткими тёмными волосами, он выглядел почти обычным человеком.

Перед ним стояла кружка и пар поднимался над ней тонкой струйкой.

– Лилия? – он поднял на меня глаза, и в них не было ни привычной скуки, ни раздражения. Только лёгкое удивление. – Ты тоже не спишь?

– Не могу, – призналась я, присаживаясь напротив. – После сегодняшнего… Слишком много мыслей.

Он кивнул, словно понимая, что я имею в виду. Помолчал, потом подвинул ко мне вторую кружку.

– Я сварил на всякий случай, – пояснил он, отводя взгляд.

Я улыбнулась и взяла кружку. Шоколад был идеальным: в меру горячий и с лёгкой горчинкой.

– Вы научились готовить горячий шоколад, Мастер, – одобрительно сказала я.

– Айданус, – тихо поправил он.

– Что?

– Просто Айданус.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло, уже не только от шоколада.

– Хорошо, Айданус, – кивнула я. – Тогда и для тебя я не Лилия. Хотя бы здесь.

Он поднял бровь, заинтересованно.

– А кто же?

Я замялась. Сказать? Не сказать? Но после всего, что было, он заслужил правду. Хотя бы маленькую.

– Я… – начала я и запнулась.

– Ты можешь мне доверять, – тихо сказал он. – Я ничего с тобой не сделаю. Даже если ты шпионка из враждебного королевства или посланница Светлого Совета. Да даже если ты… – он усмехнулся, – переодетый дракон.

Я фыркнула от смеха.

– Не дракон, обещаю.

– Тогда кто?

– Настя, – выдохнула я. – Меня зовут Настя. В моём мире, откуда я пришла.

Он замер. В его глазах мелькнуло удивление и искреннее, тёплое любопытство.

– Настя, – повторил он медленно, словно пробуя имя на вкус. – Красиво. Необычно. Что оно значит?

– В моём мире это сокращение от Анастасия. Означает «воскресшая» или «возвращённая к жизни», – я усмехнулась. – Иронично, учитывая обстоятельства.

Мы сидели в тишине, потягивая шоколад. Где-то за стенами ухнула сова, ветер шуршал опавшей листвой. Обычные, мирные звуки, и такие непривычные для замка, где обычно царил хаос.

– Тяжело? – вдруг спросила я. – Быть тёмным владыкой тысячи лет?

Он удивлённо поднял бровь, но потом задумался. По-настоящему задумался.

– Знаешь, – начал он медленно, – никто никогда не спрашивал меня об этом. Всегда было: «Владыка, прикажите», «Владыка, покарайте», «Владыка, мы вас боимся». А чтобы просто спросить, тяжело ли мне… – он покачал головой. – Ты первая.

Я молчала, давая ему пространство.

– Мне одиноко, – признался он наконец. – Очень одиноко. Я жил веками, видел, как приходят и уходят, как боятся, как ненавидят, как предают. Но никто не приходил просто так. Никто не садился рядом и не спрашивал, как дела. Никто не варл шоколад и не улыбался, когда я злюсь.

– А Вы... ты – поправилась я, – ты когда злишься, на самом деле не страшный. Ты скорее как ёжик, который фыркает, чтобы его не трогали.

Он фыркнул – и правда, как ёжик – и отвернулся, пряча улыбку.

– А ты? – спросил он после паузы. – Расскажи о своём мире. О своей жизни до всего этого.

Я задумалась. Как рассказать ему о бесконечных дедлайнах, о токсичных клиентах, о вечной гонке за успехом, которая на самом деле никуда не ведёт?

– У нас не было магии, – начала я. – Но была работа, много работы. Я управляла проектами – это как… ну, как здесь управлять демонами, только скучнее и без крыльев. Мы собирались в офисах, пили кофе. Это напиток, похожий на шоколад, только более горький и бодрящий. И мы пытались работать так, чтобы клиенты были довольны, чтобы деньги платили вовремя и чтобы никто никого не убивал.

Он усмехнулся.

– И у тебя получалось?