Пособие по выживанию в Сказке

18

Я говорила, что не велика проблема? Говорила, что на все согласна? Забудьте! Верните меня обратно в Зорино! Я буду паинькой и мирно дождусь дома возвращения Максима из благородного похода по спасению Сказочного Леса!

Отсутствие в прошлом активных занятий физкультурой сыграло злую шутку, и сейчас я мрачно проклинала весь мир, мечтая, чтобы меня оставили полежать где-нибудь под кустом и не трогали. После шести часов беспрерывной ходьбы ноги перестали гнуться. Мышцы от непривычной нагрузки окаменели и невыносимо ныли. В груди словно сдулся шарик – дыхание давно сбилось и не восстанавливалось. Тело гудело, голова шла кругом, а вышагивающий впереди Максим отпускал в мою сторону ехидные комментарии. В один из таких моментов я пожалела, что оставила свой шокер в бардачке машины - каким бы удовольствием пустила сейчас пару разрядов в довольного соседа.

Колобок тоже устал скакать и просто катился. Пугающее зрелище. Я переживала, что хлебушка стошнит, если он продолжит так передвигаться, поэтому предложила ему проехаться на моих руках, на что Колобок заявил, что даже если он раскрошится, как старый пряник, то все равно ни за что не примет от меня помощи.

В общем, путь наш вряд ли можно было назвать приятным. Напряжение, царившее в маленьком отряде по спасению Василисы Прекрасной, едва ли не искрилось в воздухе. Один только Кощей не обращал ни на что внимания, потерявшись в хмурых мыслях.

— Нужно найти деревню, чтобы заночевать. — сказал Максим, когда я уже окончательно готова была повалиться на землю и тихонько умереть.

Я подняла голову и впервые за несколько часов огляделась. Ничего нового – вокруг сплошная чаща. Старые мощные стволы деревьев поросли мягким мхом странного ярко-зеленого оттенка. Под ногами колышется море из кустов папоротника. Тропинки за ним почти не видно, поэтому последние полчаса мы двигались еще медленнее.

— А где ближайшая? — спросила с отчаянием.

Тело решило проклясть за жестокое издевательство и с каждой секундой боль в мышцах ощущалась все отчетливее.

— Никто не знает. — отозвался Колобок и осуждающе блеснул песочными глазками.

Я бросила на вредную булочку измученный взгляд и решила, что обижусь потом. Все-таки сейчас были вопросы поважнее.

— Как это? — я повернулась к Максиму. — Ты же Хранитель. Я думала, ты все здесь знаешь.

— Нет, конечно, — фыркнул парень: — Сказочный Лес не имеет границ, а его территория постоянно меняется. Сказок слишком много, и они продолжают возникать или, наоборот, забываться.

— Так стоп! — сглотнула, в ужасе забывая про усталость: — А куда мы тогда идем, если место нахождение этого вашего Ивана уже давно могло поменяться?

— Чем старее персонаж и сама сказка, тем прочнее он завоевывает свое место в Лесу и держится за него. — вместо Хранителя отозвался Кощей. — Мы с Василисой, к примеру, никуда уже не исчезнем, ровно, как и Иван. А вот молодые сказки иногда будут теряться.

Я непонимающе моргнула, а Кощей со вздохом закончил:

— Жилище Царевича находится у Северного ущелья, и дорогу к нему мы знаем. Но не знаем, что может встретиться по пути.

Я понятливо кивнула. Звучало логично, но слишком уж пугающе.

— Не чувствую я поблизости деревень. — Максим присел на корточки и устало потер лоб.

Я едва сдержала победную улыбку, наблюдая за соседом. Как бы ни храбрился, а все заметнее становится, что не одна я мечтаю о теплой кроватке и еде. Утомился соседушка, утомился.

— Солнце скоро сядет, нужно на ночлег устраиваться.

Бессмертный кивнул и оглянулся.

— Вон там можно, — он махнул в сторону, и только сейчас среди плотного переплетения поросших мхом веток я заметила просвет: — Я поохочусь, а вы костер разведите.

Не слушая ответа, Кощей расправил ссутуленные плечи и исчез за деревьями, по пути доставая из ножен меч. Я проводила его грустным взглядом и вздохнула. Держался он хоть и стойко, но один только взгляд с головой выдавал истинное душевное состояние.

Я сорвала высокую травинку и задумчиво прикусила. Безвкусный сок тронул язык, и я поморщилась - так еще сильнее захотелось есть.

— Максим, мы дров соберем, а эта пусть ужин приготовит. — мимо, обдав потоком воздуха, гордо проскакал Колобок. Веточки свежего папоротника возмущенно всколыхнулись.

В моей голове неожиданно возник вопрос: каким, собственно, местом абсолютно круглый хлеб без какого-либо намека на конечности собирается помогать в сборе хвороста? Но я не озвучила его, обидевшись на небрежное обращение «эта» вместо имени. Нет, все понимаю, но Колобок переходит границы. Что такого я сделала, чтобы продолжать хамить?

Видимо, от усталости или от накопившихся обидных фразочек со стороны хлебушка на протяжении всей нашей дороги, захотелось съязвить в ответ.

— Я дома на ужин обычно тосты ела. — мечтательно протянула, наблюдая, как медленно вытягивается “лицо” выпечки. — Можно просто на огне поджарить, раз приборов нужных нет… Ну что, — двинулась в сторону перетрусившего Колобка: — пожертвуешь своим бочком на благо будущих героев?

— Чего ты хочешь, чокнутая?! — он резво отпрыгнул к Максиму.

— Кушать. — фыркнула я: — А ты аппетитный…