Поспорим на кофе... и тебя?

10-2

– Почему, когда мы встретились, у тебя было такое лицо, будто мир рухнул? Буквально за мгновение до падения шоколадки.

Это было настолько странно – говорить с чужим человеком о своих проблемах, что почти неприлично. Вот только, вздохнув, Лина вдруг выложила ему все. Про диплом, про слова Кости, про свою прическу и остальное.

Рафаэль нахмурился. Причем он изменился в лице практически сразу же. Челюсти сжались, ясные голубые глаза заледенели.
— Это, конечно, не мое дело, Лина. Но твой парень… не тот человек, на слова которого следовало бы обращать хоть малейшее внимание. Тратить на него силы — все равно что поливать кактус в надежде, что он станет орхидеей.

В его голосе прозвучало такое неприкрытое раздражение, словно он был с Костей лично знаком. Как ее подруги, которые его вечно ругали.

Вот только в этот раз почему-то Лине даже не захотелось спорить. Может, потому, что она была вымотана. А может, частично сегодня была очень даже согласна.

— А что за тема диплома? — поинтересовался он тогда, и Лина мгновенно отвлеклась. А затем, собрав всю храбрость, объяснила. Говорила она сбивчиво, быстро. Подсознательно ожидая очередной насмешки. Или попытки уйти от разговора любым способом.

С каждым мгновением она краснела все сильнее, мысленно готовясь к колкости. Она еще не просила его помочь, но он наверняка и сам все поймет. А затем тут же прозвучит информация о том, как Рафаэль занят, как не имеет права вдаваться в подробности организации собственного бизнеса. А еще – о том, что время – деньги. Ведь, в общем-то, так оно и было.

Зачем бы ему было тратить свои ресурсы на чужую девчонку, которая однажды случайно забрела в его кафе?..

Но вместо этого он резко остановился и посмотрел на нее с неподдельным интересом.

— Это блестящая тема, — заявил он, и в его глазах вспыхнул яркий свет. Такой, что, Лина была уверена, заряжал всех вокруг. Просто не мог не заряжать. — Современная, актуальная. Моя работа — это большая часть меня. Как и моя команда, без которой я не добился бы и половины своего успеха. Написать об этом было бы очень интересно.

Лина буквально не верила своим ушам.

К этому моменту они как раз подошли к кассам. Пока Рафаэль оплачивал свое печенье, Лина полезла в сумку за телефоном, чтобы оплатить шоколадку через NFC, и… обомлела. Телефона нигде не было. Либо бесконечные недра женской сумочки, о которых слагали легенды и придумывались бесчисленные анекдоты, поглотили ее смартфон, как зубастый сундук-мимик. Либо она его просто не взяла. Оставила на кровати, когда в ярости закончила разговор с Костей.

Стало жутко неудобно. Уши начали гореть и пульсировать.

Лина подняла широко раскрытые глаза на Рафаэля, который уже закончил оплату, и проговорила:
— Кажется, у меня проблемы. Ты не мог бы позвонить на мой номер? Чтобы я поняла, в сумке ли мой телефон, или я его забыла?

Голубые глаза посерьезнели.

– Конечно, диктуй.

Он достал свой телефон, набрал номер. Через секунду из недр сумки раздалась знакомая мелодия «Заплетай» Ершова и Кагарманова. Песне было уже четыре года, но Лина даже не думала менять трек.

Как можно скорее Лина вытащила свою «пропажу», чувствуя себя полной идиоткой. И приложила к терминалу. Оплата прошла успешно, она схватила шоколадку и сунула в карман.

В спокойном молчании они вышли на улицу. И только там Рафаэль вдруг проговорил:

— Похоже, теперь у меня есть твой номер.

На его лице не было ни намека на улыбку, руки покоились в карманах, мягкие губы выглядели напряженно. И Лина мгновенно вспыхнула, представив, как это выглядело со стороны.

Как могло выглядеть.
— Это случайность! Честно! Я не планировала нарочно хитростью заставлять тебя записывать мой номер!

Боже, это было просто ужасно!

— Это даже хорошо, — перебил он ее спокойно.

И Лина резко замолкла, сердце чуть не остановилось.

Она так привыкла оправдываться, пытаясь выглядеть не чокнутой преследовательницей «перспективного мужчины», а простой хорошей знакомой, что не сразу сообразила, что к чему.
— Хорошо?.. — переспросила она.

Они снова застыли, глядя друг на друга.

— Я скину тебе сообщение со временем, когда можно подойти в «Раф», — снова проговорил он то, что совершенно не умещалось в ее выбитый из равновесия разум.

— Что?..

— Зайти, – повторил он уже медленней, внимательно на нее глядя. – Обсудить твой диплом и свадьбу подруги. Не вижу проблем в том, чтобы сделать это одновременно. Или подруга передумала?

— Да! — выдохнула она чуть раньше, чем сообразила, что это может быть не очень прилично. – В смысле – нет! Не передумала. Я обязательно приду.

Счастливая улыбка уже озарила ее лицо, и деть ее куда-либо было совершенно невозможно.

В ответ уголки его губ слегка дрогнули, и хотя губы так и не растянулись в улыбку, но даже пасмурное небо, под которым они оказались, вдруг стало казаться солнечным.

— Зайдешь со служебного входа, – проговорил он, протянув ей пластиковую карточку с красивыми золотыми буквами, котом и надписью «Друг Котофеича». – Там будет коридор на второй этаж. Мой офис. Завтра. Точное время я напишу чуть позже.

– Да, конечно, – выдохнула она. – Договорились!

Он кивнул.

– Тебя подвезти?

– А, что? Нет! Я дойду, спасибо, – улыбнулась она, мысленно то ли похвалив себя за правильное решение, то ли отчаянно ругая за то, что отказалась. – Я прогуляюсь.

– Как скажешь, – кивнул он и обогнул лаконичный черный Lexus, в моделях которого Лина нисколько не разбиралась. Собственно, как в моделях и любой другой автомобильной фирмы. Да ее, в общем-то, это и не трогало, но показалось, что эта машина очень подходила Рафаэлю.

Он распахнул блестящую серебристо-черную дверь, махнул рукой, садясь на водительское место, и… уехал, оставив вместо себя странное чувство в груди.

Не прошло и нескольких часов, Лина едва успела добраться до общаги и принять душ, как на пороге вдруг оказался Костя. С цветами.