Постояннее временного

Неудачный день

У меня был друг, теперь его нет,

Во всем виноват дедушка Фрейд.

Утро было совершенно обычным, если не считать всего одной не вписывающейся в представления о привычном детали. Таковой деталью стал красно-рыже-золотой Рон Уизли прямо перед слизеринским столом.

— Твой кот, — заявил он, — вчера вечером сожрал мою бедную Коросту!

Гермионе потребовалось не меньше двух секунд, чтобы понять, о чем речь.

— Коросту? А, это твою крысу так звали? Мне очень жаль. Может, я могу как-то компенсировать тебе эту потерю? — вообще-то, у Гермионы было не так уж много карманных денег, но она решила, что повод того стоит. — А кстати, почему ты решил, что это именно мой Кот? Ты сам это видел?

— Мерлин, конечно, нет! — Уизли даже передернуло. — Но твое чудовище вечно пыталось это сделать, мы постоянно гоняли его из спальни. И вот теперь Короста пропала, а на моем одеяле кровь и рыжая шерсть. Какие тебе еще нужны доказательства? Лично мне — никаких!

Да кто бы сомневался. Если что-то где-то случилось, виноваты слизеринцы. Или хотя бы кот слизеринки. Логично и очень по-гриффиндорски.

— А что, мой Кот — единственный рыжий кот, который бывает в вашей гостиной? Ни у кого из гриффиндорцев нет рыжих котов или кошек? Почему ты так уверен, что это был именно Кот? Его вообще кто-нибудь у вас видел в тот день?

— Я даже не сомневался, что ты будешь покрывать эту свою пушистую тварь! Другие рыжие коты, ну конечно! А то, что именно он на нее охотился, — просто совпадение, да? Ты еще скажи — Короста сама где-нибудь эти рыжие волоски добыла, принесла, а потом пошла и совершила самоубийство!

А кстати, смешная мысль. Гермионе бы и в голову не пришло.

— Ты свободно выпускаешь это свое чудовище, и оно везде гуляет. Ты не думала, каково это для тех, у кого питомцы крысы?

— Я думаю, что каждый должен сам следить за своими питомцами. Если б твоя крыса жила в клетке, ничего подобного не случилось бы, — отрезала Гермиона. Она действительно разозлилась. Он еще пытается назначить ее ответственной за жизни чужих крыс, с ума сойти!

— А я давно говорила, что этот ее полукнизл опасен, — внезапно вступила Паркинсон. — Гриффиндорская крыса — это пустяки, но я бы не пускала это животное в Хогвартс. Впрочем,я бы не пускала в Хогвартс и второе животное, которое хозяйка кота.

— Спасибо, Паркинсон, я обязательно передам Коту твое мнение по этому вопросу, нам ведь всем оно так интересно, — улыбнулась Гермиона. Повернувшись к Уизли, она смерила его взглядом, потом снова взглянула на Паркинсон. Хорошие, мол, у тебя союзники. — Я поняла твои претензии, Уизли. Мой Кот все равно будет гулять точно так же, как все другие коты, живущие в Хогвартсе. Он ничем не хуже них. Тем более, что крысы у тебя все равно уже нет — извини, мне жаль.

— Слизеринка, что с тебя взять, — Уизли безнадежно махнул рукой и отошел от стола.

— Так как насчет компенсации? — спросила вдогонку Гермиона. — Я могу что-нибудь для тебя сделать, если уж ты считаешь, что это именно Кот виноват?

— Не пытайся меня купить, — отрезал он. Гермиона на это только плечами пожала. Ну и сам дурак. Останется без нового питомца.

День, начавшийся с перебранки и претензий, ничем хорошим закончиться не мог. То есть, на самом деле, Гермиона не считала, что это так, не верила в не подтвержденные магическими исследованиями приметы и вещи в духе "подобное притягивает подобное". Но этот день выдался каким-то очень уж неудачным. И за контрольную по Трансфигурации она получила только "Выше ожидаемого".

После занятий ее поймал Флинт. Он несся мимо про коридору, увидел ее, резко затормозил и с возгласом: "Грейнджер, тебя-то мне и надо!" подхватил под руку и потащил за собой.

— Куда идем? — поинтересовалась она, прибавляя шаг, чтобы успеть за Флинтом.

— Да вон там свободный класс, поговорить надо.

— Что, прямо так срочно? Ты бы хоть спросил, может, у меня дела.

— Нет у тебя никаких дел, уроки закончились, а я у тебя ну максимум полчаса отниму. Топай давай.

— Так что за спешка? — снова спросила Гермиона, когда они зашли в класс и Флинт аккуратно закрыл дверь.

— На самом деле, никакой особой спешки, — улыбнулся он. — Просто я потом опять забуду, решил, пока помню и мы оба ничем не заняты, надо поговорить.

— Ну, и?

— Подожди. Я формулирую.

Чтобы у Флинта начались проблемы с формулировками? Интересный, должно быть, будет разговор.

— Значит, так, — наконец сказал он. — Ты уже в курсе, что я помолвлен, да?

— Ну да, — кивнула Гермиона, — мы это как-то обсуждали.

— Это, значит, дело решенное, года через три-четыре я женюсь.

— А почему только через три-четыре?

— Потому что через три года Мари учиться закончит, тогда уже можно и свадьбу назначать.

— Это сколько же ей сейчас лет?

— Да она, вроде, на год тебя старше. Значит, пятнадцать, да?

— Да. Понятно. Колдографию у сердца носишь? — непонятно зачем спросила Гермиона.

— А как же, — рассмеялся Флинт. — Показать?

— Покажи.

Флинт полез вовсе не к сердцу, а в карман мантии, откуда и извлек изрядно пожеванный листочек. На колдографии изящная темноволосая девушка делала книксен, откидывала упавшую на лоб слегка волнистую прядку и открыто и немного кокетливо улыбалась в камеру.

— Прелесть же, правда?

— Правда, — искренне сказала Гермиона. И ничего она не завидовала! Ну, почти. — А чего она у тебя в таком жутком состоянии? Убрал бы, я не знаю, в книжку какую-нибудь, чтобы не смялась. Ну или чары бы хоть наложил.