Потерянная дочь

4

Состояние Старого Тита мне категорически не понравилось, так что медлить особо не было времени.

Я подошла к окну, сдёрнула занавеси и распахнула его на полную, запуская свежий воздух. Это первое правило в любой болезни - она должна иметь выход.

От дневного света и стука ставней, Ришида проснулась. Покрутив головой - видимо, не сразу пришла в себя, она нашла меня уже у кровати своего мужа.

- Тиша? Ведьмочка? - её голос звучал хрипло и очень сонно.

Я отвлеклась от осмотра Тита и подошла к ней, рукой проверила лоб и потом ладонями же обхватила её лицо, поворачивая его к окну, чтобы рассмотреть глаза.

- Вы вроде бы здоровы, внешне так точно, - отпустила её, возвращаясь к старосте. - Но вам не стоило долго находиться рядом с мужем.

- Как я могу? Плохо ему, вот и мне плохо, - огорчённо пробормотала себе под нос старая женщина.

Оставив мешок на полу, сняла с Тита верхнее одеяло, откинула его на другую сторону кровати.

Бурая рубаха пропиталась маслянистым потом, особенно это было заметно на вороте и плечах. Неприятный запах усилился, а открытое окно не давало нужного эффекта. Пришлось попросить Ришиду о помощи:

- Откройте все двери и отворите ставни, нужно больше пространства.

- Входную тоже? - поинтересовалась женщина, придерживаясь за кровать рукой, поднимаясь на ноги.

Я кивнула, не отрываясь от осмотра.

- Чем-нибудь ещё я могу ему помочь? - грустный голос прозвучал на выходе из комнаты. - Мне жаль.

- Раньше меня следовало звать! - я сама скривилась от своего тона и поспешила исправиться: - Пока что мне нужна только тишина, но не уходите далеко, я могу позвать.

- Благодарю тебя, Тиша, не знамо, что же на меня нашло, - Ришида вышла.

- Рано ещё благодарить, - дёрнула плечом, не заботясь о том, слышали меня или нет.

Сглотнула, прогоняя комок в горле от гнилостного духа. Машинально достала бутыль со спиртом, вылила немного на руки и на неровно обрезанный кусок полотна. Им же протёрла лицо Тита, не трогая только веки, но не пропуская ни губы с ямочкой над ними, ни уши, ни под расплывшейся линией челюсти. Протёрла и стала ждать, засекая три минуты. Будь он в простом обмороке, очнулся бы, хотя бы на короткое время.

Но ничего не поменялось, и я приступила к следующему шагу. Нужно было понять источник болезни. То, что это от старости я отмела сразу - даже возрастные болезни не могли настигнуть так резко. Кроме того, сердце старосты работало без перебоев, крепко и громко стучало в грудной клетке, словно было от другого, здорового молодого мужчины, а не шестидесятилетнего старика.

Из своего мешка достала личный пузырёк из тёмного толстого стекла, задержала дыхание и сделала один глоток противной жидкости. Горло обожгло, а на глазах выступили слёзы, но это было мерой предосторожности, чтобы даже случайно не перевести болезнь на себя. Разумно оценивая свои возможности: я могла помочь многим из деревни и леса, мне же не смог бы помочь никто в Бережи.

Села на кровать возле Тита, буквально нырнув в мешок. На пол полетели камни из озера, несколько сухих пучков трав, и наконец-таки то, что мне и было нужно - зелье с усилением регенерации. Надавила на щеки одной рукой, заставляя Тита открыть рот и капнула всего одну крохотную каплю, потому что это экспериментальный вариант, к тому же, совсем не разбавленный.

Изменений не произошло, дыхание оставалось тихим и слегка надрывным, стук сердца по-прежнему бил ровно, а вот веки пару раз дёрнулись. Словно Тит пытался открыть глаза, но у него не хватало на это сил.

- Ришида! - я оставила старосту на несколько минут, вышла в светлицу. - Мне нужна миска с теплой водой. Сможете подогреть?

Женщина, сидевшая на лавке возле печи, взволнованно поднялась, при виде меня.

- Чего же не смогу, сейчас же, ведьмочка!

- Постойте, - остановила её рукой. - Почему дом пуст?

- Так побоялась за своих я, отправила к Младу да Айке, - Ришида вспомнила про своих сына и дочку, двойняшкам уже было по сорок два, и каждая семья имела свой дом и пару детей.

- До завтрашнего заката чтоб никто больше сюда не входил. Вам дам травы, чтобы не перенять болезнь, а на остальных тратиться на буду, - строго пригрозила, но женщина и так была согласна на всё, переживая за мужа.

Я вернулась к больному и заметила, что на коже практически не появилось нового блеска за мое отсутствие, а значит пот перестал так выделяться. Осторожно разрезала рубашку на старике повдоль, всё равно после болезни такую одежду не стоит одевать - на ослабленого лихорадкой может прицепиться новая зараза.

Ришида, гулко ступая постолами по деревянному полу, принесла плошку. Я подсуетилась и поставила невысокий табурет рядом с кроватью, на который хозяйка дома плюхнула посуду.

- Я могу остаться здесь? - в голосе прозвучала усталость и слабая надежда.

- Только в светлице, не дальше, - предупредила её.

Камни из русалочьего озера впитали в себя крупицы их магии, к тому же, чешуя русалки числится как дорогой компонент ко многим зельям, прочитанным в книге. Я разложила четыре самых ровных камня на грудной клетке, чтобы каждый был в ямках: снизу и сверху между ребрами и ещё два под грудью справа и слева. Они моментально начали действовать, сбивая сильный жар.

Листья душицы пока были бессильны - они погружали в целебный сон только тех, кто был в сознании. Следовало дождаться, пока Старый Тит придет в себя, и только тогда добавлять ещё зелья для регенерации, и надеяться на природную регенерацию тела.

- Как он, матушка? - послышался тихий голос.

Скрип половиц рядом со мной заставил дёрнуться и развернуться на звук. Незаметно выдохнула, увидев домового Асташку. Я вернулась к больному.

- Жар практически спал, но по-прежнему без сознания.

Асташка замолчал, без движения стоя на месте и без моргания смотрел на хозяина дома, а я же пыталась понять, в чём проблема.

Пока камни снимают лихорадочный жар, я не могу применить магию и запустить диагностику. По симптомам это было похоже на насланное проклятие-лихорадку, но постороннего вмешательства я не почувствовала. Лишней нечисти в доме нет, прокуда бы не пропустил. Один момент...