Потерянная дочь

9.1

Новое утро принесло обыденность и рутину.

Я как обычно встала довольно рано, но чувствовала себя если не выспавшейся, то хотя бы не уставшей. Поплескала остывшей за ночь ледяной воды в лицо, мысленно ворча на себя, что так и не научилась применять заклинание автоматической подачи воды. Выучить я его выучила, а вот до практики руки так и не дошли. Внесла коррективы в свой вчерашний план и добавила пункт о тренировке заклинаний первой необходимости.

Сделала утреннюю зарядку: пробежалась с небольшой бутылью до речки, текущей из нашего королевства в сторону заброшенных земель. Набрала чистой воды, вернулась назад и заполнила почти пустой таз до краёв - к бутыли ещё раньше применила экспериментальную магию из справочника, сделав её в три раза вместительнее, чем она выглядит снаружи.

По пути назад встретила несколько лесавок, попросивших о помощи. У одной из них ядовитое растение прицепилось к иголкам, не отравляя нечисть, но и не позволяя снять себя обычными лапками. Добежала до избы, захватила дерюгу, обмотав руки сняла растение, признав в нём черноцвет - самый безобидный из ядовитых цветочков. Он растёт большими кустами на окраинах заброшенных земель, а его аромат в таких количествах сбивает с толку и вызывает красочные галлюцинации. Но при правильном применении, становится неплохим обезболивающим. Так что потом уже я благодарила лесавок за то, что нашли такую прелесть.

Завтрак был впопыхах, с холодными лепёшками, горстью найденных позднезимних ягод и пастилой, обнаруженной в мятом свёртке от домового Асташки. Запила это всё горячим отваром, минут десять просидела на крыльце, медитируя под звуки просыпающегося леса. А потом работа закипела.

Сделать несколько списков для сбора трав, разделённых по степени важности, количеству необходимого и опасности добывания (все те, что требовались с заброшенных земель были в самом конце). Запустить полную проверку запасов как зелий и настоек, так и трав. Договориться с ведьминским справочником и попросить показать нужные рецепты, чтобы освежить знания, а также сделать список тех, которым нужна практика или долгое заучивание.

Сегодня я решила разобраться с самым важным. Поэтому, справившись со списками до обеда, я споро собрала в мешок нужные настойки и пошла в деревню. В первый весенний день довольно ярко светило солнце, поэтому плащ решила оставить в избе.

Леший за утро не попадался, домовой тоже не искал встречи - видно, в Бережи всё в порядке, пускай и относительном. Так что всю дорогу провела в размышлениях о предстоящем обучении.

Какой город выберут русалки? Что предстоит изучать? Примут ли меня такую безродную, и хватит ли для поступления моих знаний и сил? А если всё удастся, то как сложатся мои отношения с теми, с кем я не знаю даже как разговаривать? По рассказам всё тех же русалок, аристократы жуткие снобы, к своим персонам относятся бережно и совсем не понимают шуток. Интересно, а на счёт последнего пункта, русалки лично проверяли?

И только когда подошла к первым деревенским домам, пришла к выводу не торопиться раньше времени. Только накручу себя лишний раз, а это помочь в будущем никак не сможет. Да и в целом, выход есть всегда. Даже если из груди торчит кинжал, но ты ещё способен дышать и думать, значит не всё потеряно.

Подошедшая Ришида заставила на время отбросить лишнее из головы.

- Тиша! Здравия тебе, ведьмочка, - она улыбнулась, и я не смогла не сделать того же в ответ.

- Светлых дней, Ришида! Как себя чувствует наш староста?

По сравнению с тем, что я видела в день болезни её мужа, сейчас она выглядела спокойнее и здоровее. Пропали морщины на лбу, но появились на щеках, как если бы она постоянно улыбалась. Именно такой я застаю эту женщину каждый раз, когда прихожу в деревню. Несмотря на свой возраст, она всегда выглядит живой.

- Ему многим лучше, ведьмочка, настолько, что уже хотел вставать с постели, да вернуться к работе. Пришлось даже пригрозить ему тобой, так что мой Тит остался лежать, вкрай недовольный! - она рассмеялась, иногда сбиваясь с шага и придерживая меня за локоть.

Мы, не останавливаясь, пошли вглубь деревни. Сегодня было относительно многолюдно на улице: хорошая погода и так называемый рабочий день. Некоторые на меня косились с интересом, но подходить и расспрашивать в открытую не стали. Но большей части жителей Бережи было интереснее подозвать к себе соседа и расписать свой товар так, что тот купит и не задумается даже, нужны ему те петушиные перья, или нет. Таких умельцев немного, и в основном все уже немолодые мужики, часто ездящие в Горач.

Вот и сейчас краем уха обращая внимание на разговоры вокруг, так заслушалась, что несмотря на недавний завтрак, безумно захотелось свежих, только что испечённых пирожков с вишней. Живот призывно заурчал, стоило бросить взгляд на большую плоскую доску, на которой в ровный ряд лежали румяные пирожки.

Над столом возвышалась Шима, уже два года как вдова, оставшаяся одна с близняшками. В первое время после смерти её мужа я помогала выхаживать ещё и маленьких, четырёхлетних девочек. Именно об этом мне напомнила женщина, когда протянула завёрнутые в тряпицу три пирожка.

- Бери да ступай по своим делам, ведьма, - с улыбкой проговорила она.

За шумом, стоящим вокруг, я едва сумела расслышать смешок, шедший со стороны жены старосты. Впрочем, мне могло и показаться.

Я поблагодарила женщину и достала из сумки бутылёк со слабым успокивающим настоем.

- Для крепкого сна, - сказала тихо, но так, чтобы женщина меня услышала. И тут же постаралась придать голосу суровости: - И только попробуйте потом выкинуть склянку! Когда опустеет, оставьте на столе и позовите домового.

Она кивнула и быстро спрятала врученное зелье в карман.

На этом мы с ней распрощались и я продолжила путь к дому старосты. Сразу есть пирожки не стала, но спрятала свёрток в мешок, и само наличие вкусной, ароматной, мягкой булки повышало настроение с каждым шагом (и каждой мыслью об этом!).