Потерянная наследница

Глава 2 Шок - это по-нашему

После первых прочитанных слов меня стала накрывать паника. Я закрыла глаза, сделала несколько медленных вдохов и выдохов, пытаясь успокоиться. Следовало понять, с чем я столкнулась и что делать дальше. С трудом взяв себя в руки, стала читать письмо.

« Приветствую тебя, незнакомка!

Сразу же хочу поблагодарить за помощь, хоть и вынужденную. Не так давно я узнала, что наши души случайно поменяли во время нашего рождения. И теперь спешу исправить ошибку Богов, чтобы дать нам обоим шанс или, скорее, возможность прожить полноценную и счастливую жизнь. Поблагодаришь позже. Мы теперь с тобой связаны и мне обещали, что сможем общаться во сне. Правда, очень редко.

На столе я оставила зелье восстановления памяти. Выпей его вечером, перед сном. За ночь осколки моей памяти смогут упорядочиться и сольются с твоей личностью. Каждую ночь ты будешь получать новые знания, всплывающие из моей памяти. Это займет примерно два месяца. Через год отправляйся учиться в академию магии.

А чтобы прожить этот год, протяни правую руку под крышку стола, нащупай выступающий на поверхности шарик и надави на него».

Я отложила письмо, опустила руку, нашла выступающий шарик и надавила на него. Раздался щелчок. Сверху вниз опустился небольшой ящичек. Кряхтя полезла под стол, засунула руку в тайник и достала два мешочка из плотной ткани. Развязав первый, увидела, как внутри ярким блеском блеснули драгоценные камни. Во втором были жемчужины разного цвета. Я даже некоторое время любовалась ими. Отложив мешочки в сторону, продолжила чтение письма.

«В них находятся жемчуг, драгоценные камни и украшения моей (зачеркнуто) твоей семьи. Сохрани их для своих детей. А теперь подойди к камину и нажми на левый глаз правого льва».

Я подошла к камину. Глянув на него, недовольно поморщилась. Даже то, что он был выложен из натурального черного камня, не могло скрыть грязь и сажу. Сделав два шага назад, окинула его внимательным взглядом. Когда-то он был очень красивым.

На каминной полке стояли часы в виде кареты, запряженные четверкой лошадей, выполненные из золота и украшенные камнями. Работа ювелира поражала высоким мастерством и красотой исполнения. По бокам возле часов стояли подсвечники. Рядом с ними с двух сторон камин был украшен массивными головами львов, немного выступающими наружу с зелеными камнями вместо глаз.

«Почистить бы его внутри и снаружи!» – грустно вздохнула.

Нажала на глаз льва, раздался щелчок и вперед выехал ящичек, в котором лежало три небольших мешочка. Достала их, решив посмотреть, что находится внутри. В одном из них было двадцать монет золотом, во втором – двести монет серебром, в третьем – пятьсот медных монет. Все деньги и драгоценности убрала назад в тайники. Села на стул, чтобы дочитать письмо.

«Этих денег при экономном отношении хватит на год жизни, оплату зарплаты слугам и на дорогу до академии. Академия Хартдол находится на севере страны, так что на странности в твоем поведении, если они будут, незнание этикета, пробелы в других знаниях никто особо не обратит внимания. Выучишься, найдешь мужа, создашь семью. Счастья тебе!

Да, теперь тебя зовут Анита. Месяц назад тебе исполнилось восемнадцать лет».

Я сидела, откинувшись на спинку стула. Рука лежала на столе, удерживая письмо, а пустой взгляд был устремлен вдаль, сквозь грязное стекло окна. В моей голове тоже было пусто. Не знаю, сколько времени я бы так сидела, если бы не громкий стук в дверь.

– Госпожа, не расстраивайтесь Вы так. Все еще наладится. Ужин готов. Спускайтесь.

Я повернула голову на голос. Женщина в возрасте с участием и теплотой во взгляде смотрела на меня.

«Почему я должна расстраиваться? У меня что-то случилось? Горе какое-то? Вот ведь зараза! – проснулась во мне здоровая злость. – Выдала минимум информации в письме и слиняла. Попадись она мне под руку, вытрясла бы из нее все, что только можно. Ладно, скоро ночь. Утро вечера мудренее».

– Да… иду, – заторможено кивнула в ответ.

Мда… Столовая выглядела заброшенной. Такая же блеклая, как и моя комната, лестница и коридор. Чистоту в помещениях пытались поддерживать, но это мало помогало. Все вокруг выглядело каким-то серым и унылым. Села за стол и не удержалась от вопроса:

– А почему у нас так… неуютно, – замялась, подбирая слово.

– Так не справляюсь я одна, госпожа. Слуг нет. Только мы вдвоем с мужем и Мейсон, внук наш.

В глазах женщины мелькнул страх. Она даже как-то съежилась под моим взглядом. Боится, что выгоню?

– Понятно. Разберемся, – сказала, не зная, что ответить и как успокоить ее.

Я ведь ничего не знаю и не понимаю пока. Быстро проглотив кашу с каким-то овощем и запив все травяным взваром, вернулась в свою комнату. За время моего отсутствия здесь стало заметно теплее. В камине весело горел огонь, пожирая поленья. Я подошла поближе и протянула руки к огню, с улыбкой на губах любуясь игрой пламени.

– Госпожа, вам помочь?

– Чем? – спросила резко, вздрогнув от неожиданности.

– Платье снять, волосы расплести…

– Нет. Не надо. Иди, отдыхай, – ответила, растягивая слова и не прекращая смотреть на пламя в камине.

– Ох, горемычная, – на грани слуха услышала тяжелый вздох и шепот служанки, когда она уже закрывала двери.

Не знаю, сколько я так простояла, завороженно любуясь огнем. Но через какое-то время почувствовала, что мне стало легче, тяжесть с души ушла, плохое настроение исчезло.

Вообще, я не умела долго страдать. Поплакала, если надо, то и порыдала, выплеснула эмоции, так сказать, и все, хватит страдать. У меня опять хорошее настроение. Это меня часто выручало. А то я, наверное, всю жизнь страдала бы из-за разбитого сердца, не говоря уже про все остальное.

Порывшись в шкафу, нашла ночную рубашку. Сморщила нос: не люблю носить чужие вещи. Однако выбора не было, так как на полке сиротливо лежала только еще одна рубашка. Переодевшись, подошла к столу и взяла в руку маленькую баночку с жидкостью бордового цвета. Открыла крышку, понюхала.