Потерянная невеста

Глава 9. Секретарь

Тимир. Лисси

— Как скоро она очнется? — голос был глухим, неразборчивым, доносящимся словно сквозь толщу воды.

— Не знаю. Первый раз сталкиваюсь с такой реакцией на краску.

— Может быть, ты что-то напутал в заклинании, создающем иллюзию печати?

— Нет, что вы, милорд. Заклинание здесь ни при чем. Видимо, у леди непереносимость ягод шори. Они входят в состав краски. Думаю, через полчаса все пройдет.

— Надеюсь.

Голоса стали отдаляться, но стоило им полностью стихнуть, как мне на грудь упало что-то тяжелое. Еще и топтаться начало.

— Мра-а!

Ну конечно. Лапа!

Кот фыркнул и начал вылизывать мне лицо. Язык у Лапы был жестче щетки лудильщика, поэтому в сознание я пришла мгновенно.

— Лапа! Не надо, — поспешила я отодвинуть коварного друга.

Оглянувшись, я поняла, что нахожусь в чужой спальне. Судя по простоте обстановки, это была комната в гостевом доме.

Значит, старик перенес меня сюда, когда я потеряла сознание. А голоса, которые я слышала, принадлежали мастеру и Максимилиану.

Магический резерв начал восстанавливаться, и мне оставалось надеяться, что Максимилиану не понадобятся мои способности менталиста в ближайшие три-четыре часа. До этого времени я даже явные мысли не смогу уловить.

Не стоило мне два раза подряд копаться в голове мастера. Наложение ложных воспоминаний вкупе со стиранием реальных уже слишком энергозатратно. А я перед этим еще и эмоции старика в порядок привела.

Отец такие вещи делал легко. Но я не успела у него научиться. Действовала интуитивно, не зная точно, как надо.

Прав был Максимилиан. Я необученный менталист.

Я протянула руку и взглянула на свою обновленную татуировку.

Все же старик был настоящим мастером. Как бы я ни присматривалась, стыка между реальным и поддельным узором не нашла. Вся татуировка воспринималась цельно и гармонично.

Интересно, а от чего зависит узор татуировки?

Раньше я не задавалась подобным вопросом.

До того, как на моем запястье проступила татуировка, и я нашла пресловутый договор в кабинете дяди, мне эта тема была просто неинтересна. А потом…

Потом я настолько возненавидела и жениха, и метку, что от всей души пожелала, чтобы их не было. При этом совершенно забыла об особенностях ментальной магии.

Менталист может стирать и менять не только чужие воспоминания.

Если очень сильно чего-то пожелать, магия начинает действовать самостоятельно. Никто и никогда не знает, что именно она сделает, каковы будут последствия ее воздействия и чем все закончится. Но любой дар сильнее мага, несущего его.

Мне мой дар стер память. Сколько бы ни пыталась, я не могла вспомнить имени и титула навязанного избранника.

Но я боялась, что это не все. Магия сделала что-то еще. Я чувствовала это сердцем. Но, опять же, не могла вспомнить.

Все еще будучи как в тумане, я поднялась с кровати. Расправила складки на платье и поспешила из спальни.

Максимилиан нашелся в той же комнате, где мы расстались.

Взглянув на мага, я сразу поняла, что что-то произошло.

Макс сидел бледный и осунувшийся. Словно из него вынули какой-то стержень.

Меня он даже не заметил. Бесцельно уставился в одну точку и гладил Балда. На его руке красовалась такая же как у меня татуировка.

Не надо быть менталистом, чтобы догадаться: причиной такой перемены была не я.

— Что произошло? — осторожно спросила я.

— Как ты? — вместо ответа повернулся ко мне Максимилиан.

— Уже нормально, — пожала я плечами. — Просто немного голова закружилась. Видимо, реакция на краску.

— Да, наверное, — все так же задумчиво кивнул дознаватель. — Нам пора.

Я молча кивнула, не став спорить. Но позже обязательно расспрошу, что его так обеспокоило.

Как менталист я знала, что не стоит лезть с расспросами, если человек не готов поделиться. И наоборот, всегда надо выслушать, если кого-то распирает изнутри.

Пройдя подворотнями и задними дворами, мы сели в очередной экипаж. На этот раз это был не дешевый кеб.

Большая черная карета, запряженная четверкой породистых холеных лошадей. Множество магических заклинаний, делающих езду плавной и комфортной. Ну и, конечно, герб на двери. Феникс, сгорающий в собственном пламени.

Весьма символично для временного мага.

Еще на гербе стояла магическая печать, свидетельствующая о том, что наивысший титул данного герба — маркиз. Значит, Максимилиан — его главный представитель.

После того как экипаж тронулся, Максимилиан привычно набросил купол и протянул мне несколько пергаментов.

— Что это? — осторожно приняла я свитки.

— Твои новые документы. Отныне ты баронесса Мелисса Тиронская. Мы постарались подобрать созвучное имя, чтобы ты случайно не выдала себя.