Потерянная тропа. Том 1

Глава 7. Близость смерти

Клер.

Утром Мари проснулась от судорожного стука в дверь. Тьма плотно обхватила окружающие вещи и потому понять, что раздражающий звук — не часть сумбурного сна, оказалось сложно. Она приподнялась на локтях и глянула на кусочек неба в окне, определив по отсутствию лун, что до рассвета осталось около склянки. Вскоре дробь стихла, а затем, спустя несколько элек раздался такой грохот, будто бы её дверь пинали тяжёлыми ботинками. Откинув одеяло, Гротэр в три шага подскочила к выходу и убрала стул, который использовала вместо задвижки. Открывая, она рассчитывала, что как минимум трещины на дереве увидит.

— Собирайся! Госпожа велела всем спустится во двор! — истерично прокричала женщина в коричневой форме.

Мари не сразу узнала служанку, что так упорно пыталась вынести влагоустойчивую древесину голыми кулаками. Мозг всё ещё требовал вернуться в постель и уткнуться лицом в подушку, забитую тонкими вырезками ткани. Казалось, что всё происходящее лишь осколки её собственного воображения. Но ноги холодил пол, а рабыня, в которой Мари признала ту женщину, что как-то помогла ей найти сумку на складе, была бледной и встревоженной.

Учёная попыталась прикрыть дверь, но тётка так в неё вцепилась, будто бы вместо ручки была тарелка с самым вкусным и горячим мясом. Пришлось пожать плечами и неловко отвернувшись, переодеться. Желание лечь в остывающую постель никуда не делось, но зато глаза перестали склеиваться. Да и спать, когда на неё так тревожно пялились, судорожно дёргая многострадальную ручку, смог бы, наверное, только человек со стальными тросами вместо нервов.

Мари несколько раз спросила у служанки, что случилось, но та молчала и, стоило ей проконтролировать, что девочка вышла из комнаты, как она тут же бросилась к соседней каморке.

«Ну… — у учёной от утренней прохлады дёрнулись плечи, — …хотя бы ясно теперь, что казнь не по мою душу явилась, иначе зверь бы кто оставил меня без конвоя.»

Она громко зевнула, подтянулась и направилась прочь от собственной комнаты.

Замок кипел, словно вода в котле. Слуги-посыльные будили всех, кто не соизволил встать от шума сам. Некоторые из кухонных работниц жались по углам и судорожно переговаривался, но стоило Мари или кому-то ещё оказаться около них, как разговоры смолкали. Атмосфера висела тревожная.

«Пожар…?» — подумалось, и в голове всплыл образ брошенного вчера между камней факела. Гротэр чуть сжала кулаки. В замке на её короткой памяти никогда ещё не случалось массового подъема людей. Все вокруг, как и учёная, медленно шли во двор. Марианн, не зная в чём дело, искала среди сотен чужих спин Бель.

Люди шумным потоком стекались из столовой на узкое пространство между замком, стеной и несколькими хозяйственными зданиями, мусоля песок. Сколько же их было… Рабы и солдаты словно мягкие струйки влаги заполняли узкую тарелку двора. За трапезами не так легко подсчитать всех, когда каждый был обряжен в одинаковую коричневую форму, когда одни спины заменялись другими, а сейчас она видела почти тысячу человек.

В какой-то момент все шепотки слуг стихли и в тишине отчётливо разлетелись отзвуки других, возмущённых переговоров. Марианн сразу узнала голоса графских детей и, оглянувшись, увидела, как все господа в ночных рубашках шли от главного входа к ним.

Воспитанникам даже переодеться не дали. Это что же такое творится?

Спины коснулась чужая рука, и Мари с облегчением выдохнула, когда поняла, — это Бель.

— Что происходит? — как можно тише спросила учёная и служанка отрицательно покачала головой. Она была едва ли не более сонной, чем Марианн. Обе растрёпанные, в криво натянутой одежде, они стояли в крайних рядах слуг, расположенных ближе к колодцу и официальному входу в замок, и ежились то ли от прохлады, то ли от тревоги.

— Ночью кого-то убили, — сквозь сжатые губы прошипел раб-поварёнок, стоящий рядом с ними, и обе девочки, округлив глаза, переглянулись. У Мари мурашки побежали по спине, когда она поняла, чего избежала, завалившись в расстроенных чувствах спать.

Она хотела разузнать что-нибудь ещё, но не успела, так как среди шепчущейся толпы появились Кортэлия и Дэйв. Чуть помявшись, Мари предпочла отступить за спину Бель, когда увидела закипающего от злости наставника, рассматривающего слуг и редких солдат. Змеистый шрам на его лице дергался. Дэйв подошёл очень близко к девочкам, но, видимо, не искал подопечную, поэтому тихо скользнул мимо.

Шуршал песок от переставляемых ног. Слышались отдельные громкие вздохи и редкие, едва уловимые шепотки. Мари осмотрелась. Лица слуг были привычно-серыми, и она не смогла понять по ним, кто в курсе произошедшего, а кто нет. Ничего отличного от их отрешённых, опущенных к земле голов, и пустых, застекленевших глаз, она вблизи не увидела, а разглядывать всех в толпе роста не хватало.

Управляющие прежде всего поговорили с воспитанниками и отпустили их. Дэйв выступал чуть впереди, а Кортэлия держалась в стороне, внимательно и грозно наблюдая за каждым. И Мари не сомневалась, — глава вечно кипящей кухни точно подмечает любые нервные движения или лишний шёпот.

Графские приёмыши, возмущённо крича, направились назад в замок. Мари неосознанно нашли среди них своих старых маленьких знакомых, — соседку и мальчика-со-склада, — и перевела дух.

— Итак, сегодня ночью произошло нечто отвратительное и неприемлемое, — развернувшись к толпе слуг, Дэйв сложил руки за спину и заговорил веско, угрюмо. — Дежурную, ответственную за кухню, нашли растерзанной в клочья. Кровь успела загустеть, а тело уже вступило в процесс растворения.