Потерянная тропа. Том 1

Глава 19. Лёд. Часть 2

Тёмный кабинет, освещаемый экраном компьютера. Снова. А дальше будет Лили с пакетом и очередным превращением…

Марианн не стала выходить, узнав листы с черновиком отчёта, что разбросала по столу после финальной правки. Мимолётно поправила белый халат, шевельнула ногой без протеза, взяла кружку и разгребла завалы из бумаг на столе, где у неё прятался круг заклинания, варящий кофе в кружке. Достала из ящика горсть зелёных орехов в полной уверенности, что это — кофе, и высыпала в маленький кругляш вверху схемы. Линии вспыхнули, но вместо оранжевого свечения, сопровождающего обработку зёрен в воздухе, руны наполнились белым, холодным светом. По столу пополз иней и Мари подскочила. Телега, на дне которой вместо стула сидела учёная, скособочилась и рассыпалась в труху.

Гротэр отступила к входной двери.

Она попыталась найти шероховатую поверхность кристаллита, но пальцы скользили по гладкой краске. Ощутила, как падает температура воздуха и медленно выдохнула облачко пара.

Дверь исчезла.

Обернулась и мельком заметила отражение в зеркале, висящем в углу кабинета. Вместо Мари около стены стояла чёрная, будто закрашенная углём, тень, повторяя все её движения.

Выхода не было. А по телу струился иней. Сначала онемели обе ноги, затем живот и руки. Как же она ненавидела холод… но не могла пошевелиться.

Сон. Просто сон.

Но Мари не просыпалась.

— Ри… Риан…! — кого-то зовут… но кого?

«Моя маленькая Ри… горит свеча… горят огни…» — кажется, была такая песня. Она звучала одновременно и в голове, и далеко-далеко, будто бы за стеной. Мелодия застряла — тоже не нашла свою кристаллическую дверь? — растеряв все звуки… и слова. Остался только трепетный огонёк, готовый погаснуть от любого дуновения. Он чем-то пах. Чем? И что пряталось в тенях, не способных растаять от лёгких отсветов?

— Ри… ты меня ненавидишь…? — снова шёпотом откуда-то невыносимо далеко. Из другой комнаты? Из коридора?

Или из забытого прошлого, от которого Мари спряталась?

Мысли текли медленно, неохотно. Иней добрался до груди, коснулся шеи, окатив её кипятком. В зеркале у тени чётко проступил алый отпечаток ладони. Стало трудно дышать.

Щёку обожгло и её тут же выкинуло из сна.

— Так, котёнок. Очнулась? Не вздумай засыпать! Никакой больше магии в таком количестве. Встать сможешь? — Грэйс держала её за плечи.

Марианн приподнялась и кивнула.

Хотелось спать. И было до ужаса холодно.

— Хол-лодд-но, — стоило разжать зубы, как челюсть тут же свело дрожью.

— Домагичилась, — раздражённо кивнула Грэйс. — Поэтому Ссах нас одной искрянкой круглыми сутками потчевал? Так, ладно. Кэррия, возьми её сумку. Светлячок, собери камушки, тетради и карандаш.

— У м-меня есть м-мешочек с ис-скрянкой.

— У меня тоже, и не один. Но для начала нужно тебя согреть.

Грэйс подняла Мари на руки и легко спрыгнула с телеги. Вокруг было темно — виднелись лишь смутные силуэты домов.

В одноэтажке, собранной из узких, трухлявых и тёмных от времени досок, в который её занесла Грэйс, горела пара свечей, поставленных на одинокий стол. Земляной пол был усыпан щепками и кое-где пробивались чахлые стебельки травы. Около одного из кустиков уселся Ворсер так, чтобы на листы падал свет. Он аккуратно вертел стебелёк, рассматривая прожилки, и не обращал внимание ни на что вокруг.

Ашиона Мари увидела не сразу, — он сидел на коленях возле круглой печи в дальнем углу комнаты и закладывал внутрь щепки. Лёгкое прикосновение к серьге — и в его руках появились две дощечки. Щелкнув ими над маленькой горкой древесины, он вновь коснулся уха, заставил дощечки исчезнуть и, глядя на вспыхнувший огонь, с сомнением протянул:

— Мне кажется готовить на ней не стоит… — он прикрыл глаза, принюхался, а затем мотнул головой. — Либо едим вяленое мясо и сухари, либо готовим на улице. Если будем топить — угорим.

— Тогда разожжём костёр в одном из развалившихся домов… — протянула пиратка. Её хрипотца лёгкими вибрациями коснулась учёной. Казалось, что звук исходил из груди, к которой девочку прижимали.

— Можно, но только этой ночью. Мы скоро к болоту приблизимся. В чёрной ничего жечь нельзя, — Шион поднялся и отряхнул колени, затем легко провёл по косе, убирая с конца прилипшие соломинки. — Повесишь кашу на меня?

— Да, благодарю. Только давай без ожогов.

— Вот тут без клятв, — дёрнул плечом Шион и вышел.

— А нам чем заняться? — спросила Кэррия. Ворсер поднял голову, посмотрев на Грэйс, которая продолжала держать Мари на руках.

— Волчонок, помоги Ашиону. Девочки… за мной.

Женщина сделала пару шагов и, придерживая Мари, одной рукой распахнула дверь в единственную комнату. Бревно, к которому были прикреплены петли, дёрнулось и едва не свалилось, но устояло. Грэйс шагнула внутрь в темноту.

— Свечки несите сюда.

От силуэта пиратки почти сразу взлетела шевелящаяся и подрагивающая тень, которая уменьшилась и сместилась — Миира скользнула внутрь и обогнула Грэйс, освещая пространство.