Потерянная тропа. Том 1

Глава 25. Город клана бури. Часть 6

Они пронеслись вперёд, петляя между прохожих, пропустив кучу лавок, и остановились, когда грохот металла о металл зазвучал оглушительно.

— Делаем ставки? — протянула Мари. — Я за то, что уже вечером нас выпрут из города, потому что эти сумасшедшие разнесут половину улицы.

— Фрфрррр! — гордо выдал эльник на её плечах.

— А я за то, что нас станут считать почетными гостями! — пискнула Ми и согнулась от приступа смеха. — Грэйс же… ахахаха… им… Весь город отмоет.

В небе сверкнуло.

— Ага. Если успеет. Ашион её раньше поджарит, — мрачно произнес ворлок.

— Не прибил же по дороге, значит шансов мало. Если, конечно, она не начнёт про Пелагею говорить, — влезла Кэр, чуть сощурив глаза — она явно принюхивалась.

— То-то его на счёт храма подкладывают. Таких фанатичных жрецов, сострадающих богам, поискать надо, — Ворс изменился в лице, сделав выражение тупым и жалостливым, обхватил себя руками, плотно сдавив мешки с травами, и пискляво затянул: — Ох, моя бедная Пелагея, ах, тяжело помнить всех, кто давно умер. Как же быть, как же… Боги страдают от проклятия, а моя милая Десятая всего лишь владеет абсолютной памятью на достоверные события…

Громыхнуло. Лица Мари коснулась первая капля. Из кузни тянуло жаром и пахло металлом, а пекарни видно не было. Пробежали мимо?

— Сюда, — дёрнула её за рукав Кэррия. Лицо охотницы неудержимо расплылось в довольной, восторженной улыбке. Вот же… она не только с фильтрами на ушах, но и в носу?

— Ох, как тяжело быть всеведующей и всезнающей. А проклятье моё в том, что рука покрыта мозолями от записывания историй… — продолжал тянуть Ворсер с изощренным удовольствием.

— А ведь Ашион так и не озвучил, в чём откат Десятой… — сказала Мари, перебивая тошнотворные завывания ворлока.

— Да эти откаты — бред какой-то. Кондор слышит шёпот жаждущих свободы. И что? От этого с ума сойти невозможно, — успокоившись, выдал мальчик.

— Освободи меня… — взвыла вдруг Ми, рванув к Ворсу, а тот рефлекторно отшатнулся от её приподнятых рук. — Куда же ты, о ветер! Спаси же меня, убери эти оковы, так больно мне, что дышать не могу! Ну же, спаси, молю, ты же свобода и песнь! — верещала она, пытаясь поймать мальчишку. Дождь закапал сильнее. Кэр, что целенаправленно тянула их в сторону места, откуда она учуяла запах выпечки, втащила Мари на порог пекарни, а младшие продолжили беситься под дождём.

— Отойди от меня! Любителям ведьминых слёз не помогаю! — пытался отбиться от сестры Ворлок, но безуспешно — руки заняты мешочками с травами. Лиса же повисла на мальчишке и едва ли не на ухо орала ему про свободу.

Кэр проигнорировала баталию, — всё её внимание было сосредоточено на пекарне.

Над их головами грохнул колокол. В маленьком зале ароматно пахло хлебом, печеньем, мёдом, одуванчиками и смятыми стеблями растений. Каменный двухэтажный дом, снаружи похожий на тот, в котором жил Ашион, внутри оказался совершенно другим. Никаких стен и комнат, только вытянутое вверх пространство, где на втором этаже ютились деревянные балконы, увитые зелёными растениями, что свисали до пола первого этажа. Живая изгородь, чуть увядшая и местами обломанная, создавала полупрозрачные полотна, что отгораживали круглые столики друг от друга. У дальней стены находились открытые шкафы со свежим хлебом, яркими кексами, корзинками с печеньем и редкими цветными пятнами конфет. Там же была приоткрыта дверь, открывающая вид на узкий проулок и ещё один проход, из которого валил пар и где кипела работа.

Из двери дома напротив вышел ликр с зелёными перьями на руках. Он вытирал пальцы о фартук, с вежливой улыбкой глядя на детей.

— Я во сне… — восхищённо шепнула лиса и с трудом переключилась. — Риахер, ррэи…

Кэррия вяло приложила пальцы к подбородку, развернув ладонь к шее.

Глаза мужчины были похожие на искрянку, влитую в глазницы: никаких белков, лишь переливающая зелёная муть. Зеркалить жест Кэр он не стал и Мари расслабилась.

— Риахер. От дождя прячетесь? Подогреть вам счастья? — отряхнув руки, мужчина чуть повёл ладонью в сторону выпечки. — Сегодня выбор из сезонного не особо большой, но есть чем подкрепиться.

— Сча… — эхом, озадаченно начала Кэр, но Мари её перебила. Охотница выглядела оглушённой, — её взгляд не отлипал от пирожных и конфет. Всё, они явно потеряли Кэррию на пару ближайших склянок. Мари ещё никогда не видела её настолько расслабленной и… живой?

Ал, следуя примеру охотницы, тоже прикипел взглядом к съестному и спрыгнул на пол.

— Да. На четверых. И что-нибудь существенное поесть. И десерт. Во сколько нам это обойдется?

— Восемь треугольных серебряных.

«Как два хороших раба… Мда, испортили мне меру пересчёта денег в замке. Лучше бы в булках стоимость объясняли».

Мари кивнула и отошла к крайнему столику в углу, ровно под лестницей, — он был спрятан за полотном растений. А Кэр, замявшись, навязалась посетить кухню — именно она располагалась в соседнем здании, — и, услышав переливчатый смех и разрешение, рванула следом за ликром. Эльник, замявшись, всё-таки выбрал Кэр с потенциальной возможностью налопаться от пуза.

Дождь зарядил сильнее. Вымокшие до нитки дети влетели в пекарню, оставляя влажные следы. Высушить? А то лиса простудится…