Потерянная тропа. Том 1

Глава 30. Праздник мёртвых. Часть 2

***

Марианн.

Ворс вскочил, когда всё закончилось. Он выломал замок заострённым наконечником стрелы, и вытолкнул девочек в коридор.

Грэйс заняла соседний номер, только вот пускать детей на порог не стала. Прикрыв дверь, пиратка запретила им входить.

Мари замерла позади детей, облепивших щель двери, не понимая, что за дурость нашла на Ворса. Зачем выходить и мешать Грэйс? Ей же похороны организовывать, родителям сообщать, Мявку ловить… Только перед глазами стояло тёмное, зашторенной пространство маленькой комнаты, которую Мари мельком увидела.

Зачем класть Кэр на кровать?

Что-то было в словах Ворса, что заставило Ми проснуться, чуть ожить и задышать поверхностно, лихорадочно.

И это что-то заразило Мари.

Но мёртвые не возвращаются.

Каждую эльку растянувшейся в вечность склянки, надежда ядом отравляла то живое, что у них троих осталось.

Если осталось.

За их шумным дыханием казалось, что дышит и Кэр.

— Где мы…? — раздался тихий голос охотницы, чётко слышимый из щели неплотно прикрытой двери. И Мари подумала, что это отзвук очередной галлюцинации.

— В городе бурь. Как себя чувствуешь? — ответила Грэйс.

— Странно… — она говорила едва слышно, сипло. Но говорила.

И рядом привалилась к стене Ми — у неё подкосились ноги. Стоял, улыбаясь, словно ополоумевший, Ворсер.

А Мари всё никак не могла поверить.

— Мне снился длинный сон… Мир… мир снега и холода. В нём не было никого: ни Мииры, ни мамы, ни Ворсера. Я не помнила, кто я и… Как там оказалась… Пустота… снег… Дни тянулись бесконечной белой нитью… Лишь иногда на одной из полян цвели кусты керрии… Это было… Не один прилив… Кажется, даже не один период… Я бродила по снегу, видела, как он таял и падал вновь, и не могла покинуть тот мир. В голове мелькали образы, выцветшие и стёртые временем, что когда-то тот мир наполняла жизнь… Но какой она была? С кем я общалась? Чьи голоса хотела услышать вновь? Что хотела попробовать и какой вкус ощутить, кроме пыльного, закостенелого, смешанного с мертвой землёй льда? И почему я не пожалела о том, что не могу встретиться со смертью даже тогда, когда погиб последний куст керрии… Там не осталось больше жизни… Но осталась я. Для чего-то. Зачем? Кажется, я не помнила того, что жила здесь. Это был… очень долгий сон.

— Поздравляю, — с нервным смешком ответила на это Грэйс. — Кажется, ты теперь знаешь, как выглядит для тебя то, что находится после смерти.

— Смерти?

— Ты умерла. Не самый приятный процесс, да? Рана на груди не болит?

— Не знаю… Я её не чувствую…

— Плохо. Она теперь долго не сможет зажить. Как минимум до тех пор, пока ты не окрепнешь в качестве демона.

— Я… Я стала демоном? Но они же… Они же питаются кровью… Убивают и затем съедают сердца…

— Глупость. Демоны поглощают лишь чёрную энергию, которая, в отличие от белой, не возникает самостоятельно. Она появляется только в телах, откуда ушла душа. И тебе придется хорошенько подпитаться, прежде чем мы отправимся в рейс, если не хочешь вернуться в свой длинный сон. Тяжело будет… Мы в плавании от прилива до двух. Но зато теперь мы сможем наловить какой-нибудь дичи, ты заберёшь из неё энергию смерти и мясо в разы дольше удержится от растворения…

— Мне придется… убивать? — бледный голос Кэр сорвался до сиплого, дрожащего шёпота.

— Не обязательно убивать много и постоянно. Ты судишь о демонах только по тем личностям, что на слуху. Даже хаоситы… Говорят о них только то, что они устраивают массовые казни во имя своих разрозненных целей. Но на деле многие из них контролируют распространение тварей, устраняют зарвавшиеся империи, агрессивные ордена, уничтожают гильдии убийц… Мы все одинаковые: люди, демоны, древние, ликры. Мы дышим, живём, любим и умираем. Нас ставят в начало истории и разница лишь в том, какую дорогу мы выберем. И дело здесь не в дороге, а именно в выборе. Предпочтёшь убивать ради силы? Этим занимаются не только демоны, но и обычные маги. Предпочтёшь убивать ради выживания? У твоей сестры ни разу не дрогнула рука. Предпочтёшь убивать ради какой-то возвышенной цели? В итоге смерть по цвету у всех будет единой. Или, можешь никого не убивать… Но стоят ли другие того, чтобы ты жертвовала собой и ушла в сумеречный мир без подпитки? Да и пока ты маленькая, можно обойтись животными.

— А я…? Разве я стою чужих жизней?

— Задай попозже этот вопрос своей сестре, — ответила Грэйс и продолжила мягко убеждать Кэррию, что быть демоном не так страшно, как кажется. Что в сути ничего не меняется, лишь закрепляющая мана в её ауре и теле сменила полярность. Убивать часто, если она не решит стать сильнейшим демоном, не нужно. Достаточно раза в прилив, или чуть чаще, если на теле появятся раны, потому что теперь магия целителей на ней не сработает и помогут только некроманты. И что, кроме некоторых побочных эффектов: таких как тяжесть в организме при недостатке смерти, — Кэр ничем не отличается от обычного человека.

Мари подслушивала разговор, стоя под дверью вместе со стыдливо-красной Ми, по лицу которой опять катились слёзы. Тяжело было видеть такое отчаянное облегчение и счастье, из-за которой девочку била мелкая дрожь — лиса не смогла удержаться на ногах, медленно опустившись на пол. Кажется, она даже не особо вслушивалась в тот смысл, что прятался в разговоре Кэррии и Грэйс, — лишь жадно глотала звуки голоса сестры, пытаясь увериться, что та жива.

А к Мари мёртвые ни разу не возвращались.

Не выдержав боль, что разрослась внутри, Гротэр развернулась и, вместо того, чтобы вернуться в комнату, шатко прошла по коридору и спустилась по лестнице. Голова казалась шаром, грозящимся лопнуть. Из-за шумной атмосферы таверны напряжение лишь усилилось. Какие-то пираты спорили, едва ли не кидаясь друг на друга с кулаками, а толпа вокруг, — особенно громко кричали женщины, — раззадоривала их. Мари вышла на улицу до того, как завязалась драка. Кажется, за её спиной грохнул перевернувшийся стол.