Потерянные: жизнь - игра

46 глава

― Я тоже с вами пойду! ― Драко сползает с кровати.

― Ну уж нет, ― свирепо отзывается Снейп, вставая и беря Гарри на руки. ― Ты наказан и будешь делать то, что я скажу…

― Гарри может идти сам, ― замечает Дамблдор.

― Нет! ― еще более свирепо произносит Снейп. ― Не может. Но если вы настаиваете, чтобы мы немедленно отправились любоваться на железного монстра, я не позволю, чтобы ребенок с такой травмой тратил свои силы на эту ерунду!

― Мистер Малфой, вы никуда не идете, ― строго заявляет вернувшаяся мадам Помфри, которая, видимо, услышала конец их разговора.

― Но я хочу домой! ― В голосе Драко звучит отчаяние. ― Я дойду… как-нибудь. Пожалуйста!

Дамблдор переглядывается со Снейпом. Гарри задней мыслью думает, что мадам Помфри, кажется, не в курсе их попаданства.

― Сожалею, но мистер Малфой вас не дождался и уехал, ― сдержанно проговаривает та.

― Думаю, мы сможем его догнать, ― туманно произносит Дамблдор. ― Не волнуйтесь, Поппи, дети под моим присмотром.

― Но ребенок не может идти с таким растяжением! ― возмущается мадам Помфри.

― Думаю, вот это решит проблему. ― Дамблдор взмахивает палочкой, и стакан на тумбе падает на пол, превращаясь по ходу дела в пару симпатичных деревянных костылей.

Драко тут же подхватывет их.

― Спасибо. ― В его голосе звучит что-то не похожее на Драко. Его надменность куда-то улетучилась, словно ее никогда и не было, и он выглядит так, словно готов на все, только чтобы его взяли с собой.

Они выходят из палаты, сопровождаемые недовольным взглядом мадам Помфри, которая, видимо, до конца не понимает, почему пациентов в срочном порядке забрали из-под ее наблюдения и поволокли в какую-то пещеру.

Гарри тоже не понимает, к чему такая спешка. Хотя он с удобством сидит на руках у Снейпа и чувствует себя неплохо, все же он мог спокойно подождать до завтра. Или до послезавтра. Что там такого особенного хочет им показать Дамблдор?

Портал?..

Гарри не хочет никуда идти, даже если его при этом будут нести. Снейп, кажется, разделяет его мнение. Он рывками дышит и все чаще нервно прочищает горло. А когда они вчетвером подходят к расщелине в подземельях, и Дамблдор взмахивает палочкой, чтобы увеличить проход, Снейп весь каменеет: его руки становятся, словно деревянные.

― Вы уверены, что это так необходимо, Альбус? ― цедит он сквозь зубы. Гарри видит искоса его недовольное лицо.

― Да. Мы должны решить этот вопрос как можно скорее, ― непреклонным тоном отвечает Дамблдор. Он быстрым движением прокладывает что-то вроде плотного линолеума, чтобы не идти по грязи. Еще миг ― и пропадают все затхлые запахи.

― Ребенок болен, ― говорит Снейп ровным безэмоциональным голосом. ― Он не готов сегодня перемещаться в другой мир.

― Но должна переместиться только душа…

― И слышать ничего не хочу! ― отметает тот.

У Гарри что-то екает в груди. Ну почему мой папа и вполовину не дорожит мной, как он? Эта мысль причиняет почти физическую боль. А еще он не может понять, о чем думает Снейп. Если он так ненавидел Поттера, то неужели когда он смотрит в его лицо, то совсем не вспоминает того, другого, которого он видеть даже не хотел? Как в нем это умещается ― любовь и ненависть?

И как воспримет он Поттера, когда Гарри вернется домой? Если вернется.

Все это слишком сложно.

Чтобы не думать о том, что он все равно не в силах изменить, Гарри плотнее обхватывает его за шею, представляя, что это отец. Самый родной и настоящий. Который никогда не издевался над ним, не изводил молчанием, не делал вид, что Гарри прозрачный. Который слышит его, хочет быть рядом и участвовать в его жизни всеми возможными способами.

Немного впереди них ковыляет на костылях Драко. Ковыляет и не жалуется. Он идет следом за Дамблдором, который идет первым и освещает всем дорогу.

Вообще, если по-честному, то Снейп должен нести на руках Драко, у которого больная нога. А Гарри спокойно бы пошел на своих двоих, не такая уж у него серьезная травма.

Он старается не думать и об этом тоже.

Наверное, стоит порадоваться, что брат получил по заслугам. Что на него теперь не обращают никакого внимания, как это было раньше с Гарри.

Но радоваться почему-то не выходит. Наверное, с ним что-то не так.

― Ого, какая огромная! ― не выдерживает Гарри, оглядывая то самое место, где они с Драко сражались с роботом. А вон та самая змея, лежит распластанная у стены. Кажется, у нее оторвалась голова, так ей и надо! Но пещера… это даже не пещера, а целый зал со сводчатыми потолками. А что вон то такое в стене отсвечивает от Люмоса? Алмазы?

Кажется, это настоящая пещера с алмазами, прямо как в сказке про разбойников. Не их ли охраняла змея?

― Нам туда, ― говорит Дамблдор, отметая все идеи Гарри по поводу драгоценных камней. Чуть поодаль ― дверь. Влево от нее ведет длинный черный тоннель, но там что-то… белеет.

― Не смотрите туда, ― тут же приказывает директор.

― А что там такое, сэр? ― Драко роняет костыль, наверное, от волнения.

― Мертвый василиск. Точнее ― его скелет. Не самое приятное зрелище.

― Ух, а я бы посмотрел… ― выдает Драко, на что Снейп тут же шипит:

― Я тебе посмотрю!

― А кто такой василиск? ― спрашивает Гарри, которому совсем не хочется видеть никакой скелет, но все же… лучше знать и быть готовым ко всему.

Дамблдор становится так, что закрывает собой проход в тот самый темный тоннель.

― Вчера вечером ты познакомился с его… копией. ― Он кивает на груду металла у стены.

― Как? Это изначально было… живым? Настоящим? ― не может поверить Гарри. ― А это всего лишь…