Потерянные: жизнь - игра

58 глава

Тот самый ослепительный белый свет, который поглотил его, больше не пугает.

Гарри не кажется, что это конец света или смерть. Он не боится. Почти. И не выпускает рук брата из своих.

Куда бы их не забросило, они будут вместе.

Удар, толчок ― свет исчезает, словно огромный, палящий прямо в глаза прожектор резко выключили, или в нем перегорела лампочка.

Его тело, сжатое и скрученное до невозможности, распрямляется. Он дышит полной грудью и… открывает глаза.

Плотный серый линолеум, незнакомая комната. Сначала Гарри видит все размыто, как одно сплошное пятно, но постепенно начинают вырисовываться детали.

― Драко! ― облегченно выдыхает он, видя рядом с собой на полу брата, который возится, пытаясь встать. Дрожащей рукой нащупывает очки, которые даже не свалились с носа. Оглядывает себя: он в домашних брюках и в любимом теплом свитере в синюю полосочку.

Вернулись?.. Они правда вернулись?

Гарри тревожно осматривается, по-прежнему ничего не узнавая вокруг, и вдруг видит… отца.

Тот сидит в крутящемся кресле за компьютерным столом, где… не может быть, запущена та самая роковая игра.

А почему не может быть? Гарри тут же одергивает сам себя. Ведь все вполне логично.

Кроме комнаты, которую он раньше не видел.

Он что, забыл уже, как выглядит его собственный дом?

Или… это новая отцовская работа? Просторный кабинет с большим рабочим столом, несколько шкафами, этажерками, кучей папок, книг и бумаг. Диван с серой бархатной накидкой стоит у самой стены, а рядом с ним ― маленький чайный столик…

От вялотекущих раздумий Гарри отрывает Драко, который с воплем бросается к отцу и плюхается к нему на колени, обхватывая за шею.

Отец ошеломленно обнимает его в ответ, потом отстраняет немного и смотрит так, словно не узнает.

Гарри не знает, как оказывается там же. Ноги у него подкашиваются, но он изо всех сил держится, не желая смещать Драко с места, которое тот занял. Он просто хочет быть рядом с отцом. Он льнет к нему, ощущая родной запах, который совсем не представляет собой смесь зелий и трав. Это запах кофе, какого-то средства для бритья, какое уж точно не используют в том средневековом мире, и просто чего-то родного, по чему он, как оказалось, очень сильно скучал. Даже того не осознавая.

― Я не верю… ― вдруг всхлипывает отец и заливается слезами. Он словно проснулся и осознал, что произошло, и теперь обнимает Драко уже крепко, расцеловывает его. Гарри прижимается к нему теснее, зная, что тот не станет его тискать по понятной причине: он боится вызвать очередной нервный приступ или истерику.

Но этого больше не повторится, пусть отец знает.

― Мы с тобой, папа, мы больше не исчезнем. ― Он утешающе проводит рукой по его вздрагивающим плечам и спине, ощущая, как тот мелко дрожит.

Отец, наконец, смотрит на него ― пораженно, словно пытается понять, Гарри это или нет.

Неужели он так сильно изменился?

― Я так виноват… ― начинает тот.

― Нет, ты ни в чем не виноват, ― в один голос перебивают его Гарри и Драко. Брат снова начинает плакать, зарывшись лицом в грудь отца. Тот целует его в макушку, а мягко и осторожно привлекает Гарри к себе. Кажется, проходит целая вечность, и они сливаются в одно целое. По крайней мере, Гарри так ощущает свое прочное единение с теми, кого он словно полюбил заново.

***

Когда первый шок прошел, и все они немного успокоились, Гарри отклоняется и разглядывает отца, его черные глаза, смотрящие на него с любовью, такие же черные прямые волосы до плеч… каждая черточка его лица совпадает с тем, с кем он расстался несколько минут назад.

И этот незнакомый кабинет. Где они? Они точно дома?

Вернулись ли они на самом деле?

В голове начинает двоиться. Гарри пугается этого состояния, не желая, чтобы болезнь вернулась и снова все испортила.

― А ты не профессор Снейп случайно? ― спрашивает он, может быть глупость, но чтобы удостовериться и не надумывать больше.

Во взгляде отца мелькает удивление, которое сменяется пониманием, после чего глаза его начинают блестеть.

― А разве это не одно и то же?

― Ну… почти. ― Гарри продолжает разглядывать его, пытаясь найти хоть одно отличие.

― Ты можешь называть меня, как хочешь, ― вносит ясность тот. ― Если тебе удобно…

― Ой, нет. ― Он переводит взгляд чуть ниже. ― Где твоя мантия? Ты, наверное, оставил ее в Хогвартсе. А эта ужасная растянутая кофта, вот какой у нее цвет, скажи? И ты все еще ее носишь! ― восклицает он, теперь с полным ощущением того, что он дома.

― А что это за место? ― шумно втянув носом воздух, спрашивает Драко.

― Это наша новая квартира.

― Да? ― Брат, морща лоб, осматривается. ― А где…

― У вас с Гарри теперь по отдельной комнате, ― говорит отец.

― Ты занимался этим все это время? ― Гарри чувствует, как внутри растет гордость за отца. Раньше он считал, что того вообще ничего в этой жизни не интересует, кроме работы и липовой диссертации.

― Да много чем занимался, ― уклончиво отвечает тот, глядя на него с опаской, будто ожидая, что Гарри сейчас выкинет очередной фортель.

― И да… у меня есть для вас подарки… за тот прошлый день рождения. ― Отец встает, ссаживая Драко с колен. Гарри кажется, что тот очень старается казаться крутым, ужасно стесняясь своей слабости. Вон отводит взгляд, отворачивается, украдкой вытирая рукавом лицо. Гарри хочет сказать, что и без подарков он уже самый крутой на свете, но не знает, как. В горле образовывается комок, который начинает еще больше душить, пока не выливается слезами, когда он видит новенький ноутбук в коробке ― для Драко.