Потерянный нектар: Сага о Жоре и Компоте

Глава 2: Рассвет без компота

Утро следующего дня принесло с собой не только прохладу и влажный туман, но и ощущение странной, непривычной свободы. Жора Пидорасик, обычно начинавший день с ритуального глотка компота, теперь чувствовал его отсутствие не как невыносимую пытку, а как вызов. Он проснулся рано, еще до того, как первые лучи солнца пробились сквозь узкие бойницы замка. В голове не было привычного тумана, а разум был на удивление ясен. Он ощущал в себе новую, необычную энергию, которая не зависела от сладкого нектара. Это была энергия ярости, но не той слепой, разрушительной ярости, что привела к падению Чеха. Это была холодная, расчетливая злость, направленная на одну цель – Майор.

Жора не мог просто так пойти и атаковать Майора. Это было бы безрассудно. Безумие Майора было его щитом и его мечом. Он не сражался физически, он сражался на уровне идей, иллюзий, убеждений. Чтобы победить его, нужно было подорвать саму основу его власти – веру других в его всемогущество. И Жора понимал, что для этого ему понадобятся союзники, пусть даже самые неожиданные.

Первым делом он направился к Кудре Криптониту. Менестрель, скорее всего, еще спал, свернувшись клубком в одной из башен, но Жора знал, что Кудря – идеальный источник информации. Он слышал все сплетни, все слухи, знал все тайные уголки замка и все слабые места его обитателей. И, самое главное, Кудря был труслив. Его легко было запугать, но еще легче – убедить, если предложить ему выгодную сделку.

Когда Жора вошел в башню, Кудря действительно спал, его лютня валялась рядом, словно брошенная игрушка. Воздух был пропитан запахом старых пергаментов и чего-то сладковатого – вероятно, остатков какого-то забродившего напитка, который Кудря, вероятно, принял за компот в своем опьянении. Жора не стал его будить, а сел напротив, дожидаясь пробуждения. Он наблюдал за мирным сном менестреля, и в его голове созревал план.

Через некоторое время Кудря застонал и открыл глаза. Его взгляд, мутный от сна и, возможно, от вчерашнего "вдохновения", наткнулся на Жору. Кудря резко сел, его лицо выражало смесь страха и замешательства.

> Жора! Ты... ты здесь давно? – его голос был осипшим.

> Достаточно давно, чтобы понять, что твой репертуар не изменился, – безразлично ответил Жора. – И что твоя голова, по-прежнему, наковальня.

Кудря нервно поерзал.

> Я... я не виноват в том, что произошло с твоим компотом, клянусь! Я же сказал, это Чех...

> Чеха больше нет, – прервал его Жора, и в его голосе не было ни капли сожаления. – Он поплатился за свою фанатичную глупость.

Кудря вздрогнул.

> Мертв? Но... как?

> Это не твое дело, – отрезал Жора. – Мое дело сейчас – Майор. И мне нужна твоя помощь.

Кудря смотрел на него с опаской.

> Моя помощь? Но я... я всего лишь менестрель. Я пою песни. Я не воин.

> Ты – уши и глаза этого замка, Кудря, – голос Жоры был ровным, но в нем звучала скрытая сила. – Ты знаешь все. Ты слышал, как Майор хвастался своей властью, не так ли? Как он говорил, что он управляет всем, даже тем, что Чех вылил мой компот?

Кудря медленно кивнул.

> Да... он часто бормотал что-то подобное. Он считает себя королем мира, повелителем судеб. Это пугает.

> Он не король, Кудря. Он – безумец. И я собираюсь показать ему это. Но мне нужна твоя помощь. Я знаю, что ты боишься. Но подумай вот о чем: если Майор продолжит править, он будет контролировать все. Твои песни, твою свободу, даже твой забродивший напиток. Разве ты хочешь, чтобы твоя муза плясала под его дудку?

В глазах Кудри промелькнуло что-то похожее на страх, смешанный с возмущением. Идея того, что кто-то будет контролировать его творчество, была для него оскорблением.

> Но что я могу сделать? Он всемогущ...

> Нет, он не всемогущ, – сказал Жора, подавшись вперед. – Он силен только своей иллюзией. И мы можем разрушить эту иллюзию. Ты – менестрель. Ты умеешь рассказывать истории. Ты умеешь влиять на умы людей.

Кудря нахмурился, обдумывая слова Жоры. Он, конечно, был трусом, но в глубине души, под вороньим гнездом волос, таилась гордость за свое искусство.

> Что ты предлагаешь?

> Ты будешь распространять слухи, Кудря. Слухи, которые подорвут его власть. Ты будешь петь песни, которые будут высмеивать его притязания. Ты будешь шептать людям, что Майор – не властелин, а всего лишь несчастный безумец, который потерял рассудок.

Кудря вздрогнул.

> Это опасно, Жора. Майор может...

> Майор ничего не сможет сделать, если в него перестанут верить, – перебил его Жора. – Его власть основана на страхе и на вере. Если мы уберем страх, он рухнет. А чтобы убрать страх, нужно показать его истинное лицо – лицо жалкого, сумасшедшего старика.

На лице Кудри мелькнула нерешительность, но Жора продолжал.

> Ты ведь не хочешь всю жизнь дрожать от каждого шороха, боясь, что Майор "повелит" тебе замолчать? Разве это жизнь для менестреля? Для человека, который, как ты сам говоришь, носит в себе музу?

Кудря медленно поднял лютню, перебирая струны. Его пальцы, казалось, обрели новую уверенность.

> Какие слухи? Какие песни?

> Начни с того, что Майор не всемогущ, – Жора начал объяснять свой план. – Расскажи, как он, якобы, "управляет" стихиями, но при этом спотыкается на ровном месте. Как он "повелевает" ветру, а сам не может удержать свои штаны. Высмеивай его "всеведение", говоря, что он не может найти свой собственный мундир, если его кто-то спрячет. Создай образ комичного, нелепого тирана, а не устрашающего владыки. А самое главное – расскажи, как он, Майор, не смог *предотвратить* то, что Чех вылил мой компот. Ведь если он всемогущ, почему он этого не сделал? Почему он допустил такое святотатство? Это подорвет его авторитет. Он же сам хвастался, что это часть его плана. А значит, он признался в своей слабости.

Кудря, который сначала казался испуганным, постепенно воодушевился. Идея создать пародию на Майора, высмеять его, была очень привлекательной для него, как для творческой натуры. Его глаза заблестели, а на губах появилась легкая улыбка.