Потеряться чтобы найти себя

Спасти ее, чтобы спасти себя

Бертран фон Эрлион

Глава 32

«И поэтому ты меня поцеловал?»

Ее голос был тихим. Словно она боялась услышать ответ.

Я хотел сказать ей правду. Хотел, чтобы она знала, как много значит. Но слова застревали. Всегда так: я мог читать древние тексты, расшифровывать скрытые заклинания, но не мог найти нужные слова, когда дело касалось собственного сердца.

Мне нравилось смотреть на нее. Не издалека, как раньше. Не сдержано, как положено придворному советнику. Просто смотреть. Наблюдать, как она думает, как сомневается. Я видел, как она учится. Как каждый день становится чуть другим человеком.

В парке, поздним вечером, я первый раз почувствовал, что она не просто гостья столицы. Она была светом среди теней. Каплей воды в мире, в котором слишком долго была засуха. Даже тогда. Даже если старался этого не показывать.

Потом наша прогулка по городу. Ее голос. То, как она задавала вопросы, не боясь последствий. То, как я ловил ее, когда она падала с дерева, мне показалось тогда, что если не успею - она исчезнет. И я не смогу этого вынести.

А потом наш совместный обед после «вероломного нападения». Тот момент, когда я протянул ей тарелку с маленькими пирожными. Как я подумал тогда: «Пусть она поймет то, что я не могу сказать».

Но она не сказала ничего. Только улыбнулась и эта улыбка, светлая, немного смущенная, запала мне глубоко в душу.

Я всегда считал, что любовь – это слабость. Что она мешает принимать решения. Но теперь, здесь, в холодных горах, после всего, через что мы прошли, я понял: любовь – это опора. Та самая, без которой ты теряешь себя.

Поэтому я поцеловал ее. Просто потому что хотел. И потому что знал, что если не сделаю этого, буду жалеть об этом каждый день и каждую ночь.

Алина покраснела. Я увидел это. И это было очень трогательно.

Леди Алина Ким была другой. Не как те, кто играл в игры, пряча истину за масками. Она была настоящей. И именно это делало ее опасной. Для моего спокойствия. Для моего одиночества.

Я позволил себе улыбнуться. Не насмешливо, а по-настоящему. Потому что впервые за долгое время мне казалось, что я выбрал верный путь. Что не ошибся.

- Я поцеловал тебя, потому что давно этого хотел.

Эти слова были не всем. Но это было началом. Тем, что я не собирался скрывать. И пусть Алина еще не знает, как глубоко это чувство. Пусть она еще не называет его тем словом. Но я знаю. Я чувствую.

Потому что любовь – это не слабость. Это защита, сила. И дом, который я нашел в ней.

Путь был долгим. Камни скользили под ногами. Ветер играл прядями волос. А горы вокруг будто наблюдали за нами. Но, не смотря на все это, я чувствовал внутри странное спокойствие. Не потому что опасность миновала. Нет. Просто рядом шла Алина. И пока она дышала, пока ее шаги были уверенными, я мог позволить себе немного расслабиться.

Я ловил себя на мысли, что мне приятно быть рядом. Не просто как магу, которому нужно защищать союзника. А как человеку, который сам хочет быть рядом. Хочет помогать, заботиться. Даже если она сама может многое. Даже если она не просит об этом.

Когда тропа стала слишком узкой, я протянул ей руку. Без слов. Просто так, чтобы она знала – я рядом. Она взяла мою ладонь без колебаний. И эта уверенность, это доверие согревало больше, чем пламя, которое я мог создать.

- Осторожнее, - сказал я, когда она чуть запнулась на камне.

Она кивнула, бросив короткий взгляд на меня. В ее глазах промелькнуло что-то теплое. Почти благодарное. То о чем пока не стоит говорить вслух.

Мне нравилось это. Нравилось, что она принимает мою помощь. Что не отстраняется, не говорит: «Я справлюсь сама».

Потому что даже самые сильные люди иногда нуждаются в опоре. И я хотел быть этой опорой.

По пути мы почти не разговаривали. Только изредка обменивались короткими фразами – о направлении, о следах, которые заметили на скале, о том, что воздух стал чище и прозрачнее. Но даже в этих простых фразах я чувствовал, как между нами зарождается что-то большее.

И вот тут нашей идиллии пришел конец. Лоренц стоял в тени скал, будто сам был частью гор – высокий, неподвижный, но не спокойный.

Его взгляд был прикован к нам, особенно к Алине. Я видел это, он не просто злился. Он был раздавлен. И в этом раздавленном состоянии готов был сделать что-то глупое.

- Лоренц, - произнес я, почти беззвучно.

Я не хотел крови. Не сейчас. Особенно потому, что чувствовал – он уже проиграл. Все что ему осталось – это месть. Жалкая и бессмысленная.

Алина выглянула из-за моего плеча. Ее дыхание было рядом, чуть тревожное, но не паническое. Она не до конца понимала, кто перед нами. Но интуиция подсказывала ей, что этот человек опасен.

- Вы все сломали. Ритуал. План. Всё, ради чего я работал.

Я чуть расслабил плечи. Он говорил слишком много. Это значило, что не решится на атаку. Не сразу. Но я ошибся.

- Ты не принадлежишь этому миру! – выкрикнул он, переводя взгляд на Алину. – Убирайся туда, откуда пришла! Тебе здесь не место!