Так получилось, что Марина была первой, кому я позвонил и рассказал о том, что Аня ушла. Я уже не работал на старшего Катасонова, но продолжал поддерживать общение и с Игорем, и с его сестрой. Мне нравилось гостить у них.
- Ты же знаешь, что она вернётся?
Марина часто говорила мне это. Иногда спрашивала, но чаще говорила в утвердительной форме.
- Да. Но прошло уже два месяца.
Между мной и Мариной ничего не было. Мы испытывали друг к другу симпатию, но не могли переступить черту. Она была в отношениях, а я всё ещё ждал, когда вернётся Аня. Взаимное ненападение.
- Я переписал для неё пьесу, - поделился я с Мариной.
Если бы рядом была моя Аня, я бы поделился с ней. Мне просто нужно было этим с кем-то поделиться.
- Так хотела Анна, - пояснил я. - Она сказала, что нельзя быть счастливой и на сцене, и в жизни.
Марина не ответила. Ей приходилось подбирать слова, если нужно было что-то сказать про наши с Аней отношения. Или просто сказать что-то про Анну. Я очень ревностно относился ко всему сказанному. Она это знала. Она уважала меня за это.
- Она вернётся, - Марина не нашла других слов.
Я слышал это вот уже на протяжении двух месяцев. Сперва это говорил мне мой разум. Месяц назад я рассказал об уходе Анны Марине, и теперь к голосу разума присоединились её редкие уверения в этом.
- Я не хочу сдавать пьесу в театр, пока она не придёт.
По лицу Марины я заметил, что она хочет меня переубедить в этом. Мне это было не нужно. Я просто ушёл, даже не попрощавшись.
За окном уже шёл снег.
Отредактировано: 05.06.2023