Поварёнок на всю голову

11 глава. И снова о наших баранах

«Добрый день, Софья Алексеевна.
Я не представляю, что произошло между вами и моим сыном, чтобы вы решили отменить бракосочетание. Я должен уведомить вас, что в случае отказа от союза вы должны отдать долг с процентами за то время, что вы не платили. А это немалая сумма. Либо вы всё ещё можете изменить своё решение, и я, будучи мудрым человеком, так и быть, прощу вам вашу глупость, ведь вы так молоды и столь взбалмошное решение является следствием вашего юношеского максимализма. Предлагаю вам ещё отсрочку от свадьбы — неделю, может, за это время вы всё обдумаете и придёте к верному решению.

С уважением к вам, граф Александр Петрович Любин».

Ну вот, что и требовалось доказать. Они что там, вообще все помешались на этой свадьбе? Зачем она им? Если я согласна обговорить вопрос по долгу, разве это уже не говорит о моих твёрдых намерениях?

Закрыв лицо руками, я откинулась на спинку кресла и громко выдохнула.

– Что с вами, вам плохо, Софья? – мягко проговорил глубокий мужской голос.

Я и забыла, что в кабинете не одна. Это письмо напрочь выбило меня из колеи. Конечно! Я уже наметила планы и хотела четко им соответствовать, как нарисовалась новая проблема. Мне срочно нужно обговорить этот вопрос лично с Александром Петровичем. Может, ему что-то наплёл его сынок?

Может, выслушав меня лично, он все-таки изменит своё решение. Я же не отказываюсь от долга, я готова искать выход из сложившейся ситуации, точнее, я нашла его и готова начинать реализовывать свой план.

– Софья? – тихо продолжил Эрман.

– Да, простите, все в порядке, просто задумалась, – постаралась отмахнуться я.

– Слабо в это верится. Не поделитесь? – продолжал он.

– Мой несостоявшийся свёкор решил добить меня с этой свадьбой, вот что случилось, – нахмурилась я, – почему-то никто не хочет поверить в то, что мне их сын даром не сдался!

– А это действительно так? – приподнял одну бровь следователь.

– А вы меня за идиотку держите? Не говорите, что тоже считаете его святошей, какая дура вообще захочет себе в женихи подобного мерзкого типа?

- Извините, конечно, но крайней такой девушкой были вы, - закрывши рот кулаком, со смешком выплюнул Эрман эту колкость.

Надо научиться делать больно взглядом. Хотя, наверное, это и так уже начало у меня неплохо получаться. Потому как после моего взора следователю как-то резко перехотелось отпускать шуточки и смеяться.

– Простите, мне казалось, у вас идилия в отношениях…

– Когда кажется — креститься надо! – фыркнула я.

– Что, простите? – непонимающе проговорил он.

Точно, тут же навряд ли крестятся, у них тут какое-то своё божество. Не мешало бы и в этом вопросе поднатореть.

– Ничего, не берите в голову. Вам пора идти в покои, – вынесла я вердикт в виде толстого намёка, что мне нужно побыть одной.

– Да, конечно. Если я буду вам нужен, то просто позовите, – встав со стула, учтиво поклонился Эрман и вышел из кабинета.

Как же мне хотелось в этот момент плакать. Зачем я только начала всё это, это не моя жизнь, зачем я лезу сюда со своими порядками. Ну и жила бы себе преспокойненько, делала бы вид дурочки, не понимающей, что ей изменяет жених. Зато не парилась бы сейчас. Подумаешь, через месяц из меня бы вышел дух полностью с этими отравами и поместье досталось бы Любиным, всего-то.

Как же я устала за эти пару дней, и главное, что никому не могу об этом рассказать. Должна быть какая-то информация о таких случаях, как у меня. Должна же, верно?

За всеми своими стенаниями не заметила, как по щеке покатилась слеза. Потом ещё одна, и ещё. И вот я уже лежу лицом в стол, обнимая себя и рыдая во весь голос. Хотелось рвать всё, что попалось бы под руки, бить тарелки, выбрасывать из себя весь этот негатив, но я просто лежала и плакала.

Спустя некоторое время я все же смогла взять себя в руки и решила пойти на кухню, обычно там я нахожу своё успокоение, когда готовлю. Как мне не хватает моей маленькой квартирки, где я сама себе хозяйка, где я могла делать всё, что захочу. Ключевое слово «могла». Но теперь уже я здесь. Надо привыкать к этому миру, изучать его правила и следовать им. Ну ничего, я сильная и не с таким справлялась.
На обед я решила приготовить свой любимый салат цезарь и картофельное пюре с куриными отбивными.

Бедная курица, вот на ней-то я и отыграюсь молотком. Пока готовила обед, на кухню незаметно пробралась Аля.

– Софья Алексеевна, вам помочь? - поинтересовалась она очень тихо, немного заинтересованно. Она так хотела мне помочь или моя ярость по отношению к курице не осталась незамеченной?

– Если не занята, то я буду рада, – отозвалась я, продолжая мутузить филе, натужно сдувая выбившуюся прядь из-под платка, которым обвязала голову, чтоб не мешали волосы, – нарежь, пожалуйста, томаты маленькими кусочками, а также найди, пожалуйста, твёрдый сыр и натри его в отдельную миску.

– Хорошо, – проговорила она.

Мы готовили, а я заметила, что Аля каждый раз косится на меня, будто хочет что-то сказать.

– Я вижу, что у тебя есть ко мне разговор? – поинтересовалась я.

– Ничего особенного, просто хотела узнать, надолго ли герцог Каспиев остановился у нас? – ответила она и тут же проложила: – Софья Алексеевна, вы ведь знаете, он самый завидный холостяк в королевстве. И вот вдруг ни с того ни с сего остался у нас на неопределенный срок. Переживаю, что слухи поползут о ваших с ним отношениях. Вы ведь еще не разорвали помолвку с графом Любиным.

– Какая мне до этих слухов разница? – возразила я. – Эрман Николаевич лишь выполняет свою работу, а об отношениях и подавно говорить нечего. Я только из одной кабалы вылезла, как общество тут же услужливо решило мне навязать следующую?