Поварёнок на всю голову

33 глава. Ну вот и всё, девочка стала взрослой

Софья

Ну какое же доброе утро!

Потянувшись, я взглянула на окна, занавешенные тяжёлой портьерой. Кое-где пробивались лучики света, возвещая о наступлении нового дня.

Приподнявшись на кровати, я вспомнила, как провела вечер. Жаль, конечно, что не удалось посидеть в спокойной атмосфере с книжечкой по истории... Хотя кого я обманываю! Ничего не жаль. Альтернативное времяпрепровождение с Эрманом меня более чем устраивало.

Сидя на кровати, я увидела своё отражение в зеркале напротив. «Ну и дурёха! Поплыла так поплыла...».

Стук в дверь прервал моих тараканов.

— Софья Алексеевна, вы проснулись? — послышался голос Нэлл из-за двери.

— Да, входи.

Не успела я до конца ответить, как в комнату вихрем ворвалась Нэлл, а за ней — таким же вихрем, но уже с разносом, полным еды, — влетела Алессинья.

— Вот уж как хорошо, что вы так рано встали, — начала Нэлла. — У вас сегодня так много дел, нужно успеть всё до обеда, потому как потом вас будут собирать на праздник. Приедут мастерицы из самой столицы. — Она сделала вид заговорщицы и продолжила тише, будто раскрывала мне самую тайную тайну в мире: — Это настоял Его Величество.

О как. Миленько, однако. Я вот не припомню, чтобы как-то попала в разряд содержанок императора. Ну ладно, посмотрим, что дальше будет. Но «это ж-ж-ж — неспроста»¹.

За всем утренним туалетом и завтраком в покоях время пролетело быстро. Одевшись, я быстро полетела на кухню, пока Нэлл не успела припахать меня к аттракциону под названием «Салон красоты».

В кухне уже парили ароматы предстоящего ужина. Аля, видимо, уже с самого раннего утра начала делать заготовки по мясу и другие мелочи, чтобы потом это не отнимало время. Это хорошо. Кухонный тайм-менеджмент никто не отменял. Проверив кухню и дав Але ещё несколько указаний касательно ужина, я быстро проследовала в гостиную, чтобы посмотреть, как идут основные приготовления к приёму. От вчерашнего домашнего уюта тут не осталось ровным счётом ничего. Весь зал был увешан светлыми портьерами, люстры натирали до блеска, всю мебель вынесли, оставив лишь мягкие зоны по краям зала.

В саду тоже велась работа. Кто-то занимался освещением, кто-то приносил и устанавливал скамьи, кто-то — декором. В общем, работа кипела. Ко мне лишь несколько раз подошёл Син, чтобы отчитаться о проделанной работе. В остальном я тут была не нужна.

Поэтому оставшееся время я предпочла провести с пользой, а именно — с учебником истории и справочником семей нашего королевства.

Попав в кабинет, я сразу же приступила к задуманному. Сказать, что всё очень запутанно — не сказать ничего. Смутное время и дворцовые перевороты нервно курят в сторонке. Я уже задавалась вопросом: как же так вышло, что у нас есть император, но вот правит этот император королевством? Оказывается, давным-давно один из предков Авелия решил, что после объединения нескольких княжеств в одно материковое королевство под властью одного лица уже считается достаточным поводом для того, чтобы провозгласить себя императором. Ну вот так ему захотелось: быть всего лишь королём — не солидно. Поэтому пра-прадед Авелия Симон Первый решил великодушно сделать себя императором. Ну так этот статус и закрепился за правителем и его последующими преемниками.

Что до остального, то наша страна делится на пять герцогств: Южное, Северное, Западное, Центральное и Восточное. Да уж, креативность в то время куда-то отходила. А уже в герцогства входят графства. Наше графство входит в Восточное герцогство, главой которого является кто, как вы думаете? Ну конечно же, всем знакомый Эрман Николаевич.

Такие вот пирожки! Так к чему это я? На сегодняшнем приёме будут главы всех герцогств, а также некоторые графы — главы своих родов. Они должны увидеть того, кто теперь будет главным в нашем графстве, лично поздороваться, познакомиться и благословить на грядущее благопрмятное правление своим уделом. Как-то так. Ещё я поняла, от кого нужно держаться подальше: кто-то точно приедет со своим наследником — ну мало ли что, а тут вроде бы графиня почти что снова на выданье.

Короче, вечер обещает быть весёлым.

Изучение истории прерывает стук в дверь. В кабинет заглядывает Эрман.

— Вот ты где, птичка! — ласково улыбнувшись, он проходит в комнату. — Я тебя обыскался.

— Да я и не терялась, — улыбаюсь в ответ и откладываю книгу. — Почему птичка?

— Ласточкина София не может быть птичкой?

— Ну да, логично, — пробубнила я. — Так зачем ты меня искал?

— Хотел убедиться, что у тебя всё хорошо. — Оглядев мой стол и книги на нём, Эрман прищурился: — Нужна помощь?

— Да в общем-то нет... — начала я, но увидев грустнеющий взгляд герцога передумала: — А хотя... Помоги с этикетом. Я вся на нервах и боюсь перепутать что-нибудь с правилами приёма гостей. Напомни, в каком порядке мы приветствуем людей? А также по правилам поведения за столом? Мне кажется, что я забыла напрочь всё!

Вообще-то я знаю всё об этикете за столом: нас этому учили. Даже был экзамен, который я с лёгкостью сдала, но мало ли — вдруг здесь свои правила?

Взгляд Эрмана после моей просьбы стал немного подозрительным.

— Ну ладно, без проблем.

И Его Светлость без лишних вопросов начал объяснять, кого и в каком порядке мы представляем и приветствуем. Кому нужно кланяться едва ли не в пояс. А кому нужно отвесить такой поклон, что чуть ли не в лепёшку надо расшибиться у ног этих особ. Далее мы быстро пробежались по столовому этикету. Но там, на моё счастье, не было ничего из того, чего бы я уже не знала.

— Софья! Я вообще-то хотел кое-что обговорить с тобой и предупредить.

— Да? Слушаю тебя...

— Я немного переживаю за тебя и опасаюсь: как бы не вышло какого-нибудь несчастного случая на празднике? — немного нервно проговорил Эрман.

— А что со мной может случиться в моём же доме на глазах у десятков свидетелей? — скептически произнесла я.

— Димитор загнан в угол; боюсь, он начнёт действовать наобум. Поэтому тебе нужно быть осторожнее и при любом подозрительном случае сразу же — слышишь? сразу же! — обращайся ко мне. Хорошо? — захватив мою ладонь в свои руки, проговорил спокойно герцог, - и если они объявятся, то нужно подумать, что делать с лицом, ведь по оегенде оно должно уже быть не в самом приятном виде, да и ты сама не должна благоухать и радоваться этой жизни, а наоборот быть очень измождённой.