Поварёнок на всю голову

34.2 Сижу за решёткой в темнице сырой

Эрман

После приёма у Софи в честь её совершеннолетия я направился со своими родными домой.
– Эрман, ты вёл себя непозволительно! – начала Натали, – Эти взгляды и реплики, обращённые к юной графине!
– Нат, перестань! – остановил её устало.
– Как я могу перестать! Ты не понимаешь что ли? – пуще прежнего распалялась сестра, – Ты не можешь ухаживать за ней!
– Да? И почему же? Просвети меня.
– Эрман! Она тебе не ровня! Раззорившийся граф, который бросил свою дочь на произвол судьбы! Ни воспитания, ни репутации, а в приданное куча долгов! Да еще, по-видимому, она ещё и шашни крутит с императором, – запричитала Натали, – Ты разве не слышал и не видел, что было на приёме! Да она вела себя не как графиня, а как рыночная торговка!
А вот тут ей надо было остановиться, но сестра никогда не отличалась тем, что могла бы считывать эмоции и настроение собеседника. Иначе она бы уже давно свернула этот неприятный для меня разговор. Но нет, ей нужен скандал, здесь и сейчас.
– Стоп! – скомандовал я.
– А ещё ... – не услышала, точнее не захотела услышать меня, начала сестра.
– Натали! Рот закрой! – опередил её я.
Услыша злость в моём голосе она остановилась.
– Ещё хоть слово, и ты пожалеешь о том, что вообще начала этот неуместный разговор, – разговаривая как со своими провинившимися подчиненными сказал я.
– Эрман..
– Я сказал, хоть слово! Ты вообще меня слышишь?! Ты забыла, с кем говоришь? Или возомнила себя всемогущей, раз являешься моей родной сестрой? – разозлился я. – Ты больше при мне ни слова не скажешь о Софи! Я решу сам с кем мне общаться и кому мне посылать двусмысленные взгляды. Это не твоего ума дело. Занимайся своей семьёй! Ты живёшь под моей крышей лишь потому, что я это разрешил, так как мы родня. Если не хочешь уехать в Северные земли к своему мужу, – многозначительно посмотрел на Геворга, – то будешь сидеть тихо и не отсвечивать. Я понятно говорю? – вернул ледяной взгляд на сестру.
– Я поняла. Прости, – потупив взгляд отстранилась от меня сестра и уткнулась в плечо своего мужа.
– Если всем всё понятно, то надеюсь дальнейший путь мы продолжим в тишине, – потерев переносицу, устало проговорил я.
– А мне она понравилась, – тихо сказала Ада, улыбнувшись мне своей ещё детской улыбкой.
Я улыбнулся ей в ответ.
Дальше мы ехали молча.
Засветло довезя семью до нашего дома, я отправился обратно в поместье ласточкиных, но уже на своём коне.
К обеду я был уже на месте. Но вот Софи в поместье уже не было. Как выяснилось, она отправилась на аудиенцию к Авелию. Что ж, давно я не был во дворце. Навещу-ка я старого друга.
К ночи я был уже в столице. Но во дворец решил отправиться утром. Поэтому сначала отправился к себе в управление.
Подчиненные отраппортовали о проделанной ими работе в столице и других землях. О любиных ничего нового не поступало. Сидят у себя после бала у Софи под невыездом. Это немного настораживало. Вот так просто взяли, нарушили запрет, приехали на бал, а потом просто вернулись домой. Зачем стоило вообще нарушать запрет? Я думал, что этого Димитора прямо там, на вечере, арестую и посажу далеко и надолго.
Проведя ночь и утро на работе я даже не заметил, что настало время обеда. Пора бы и во дворец зайти, поздороваться с другом.
Но не успел я выехать, как мне пришло уведомление из дворца о срочной явке всвязи с покушением на императора.
Софи!

Ноги несли меня во дворец с немыслемой скоростью. Нутром я чувствовал: что-то произошло..
Меня встретили на входе и сразу же проводили в зал советов. Там уже все были в сборе и атмосфера была угнетающая. Авелий сидел на своём троне мрачнее тучи. По взгляду было не понятно, зол он или разочарован.
– Ваше Величество, по Вашему приказу прибыл глава сыскного ведомства - герцог Эрман Николаевич Каспиев, – словно на торжественном приеме меня объявил управляющий.
Авелий поднял измученный взгляд, но тут же надел на лицо безразличную маску.
– Здравствуйте, Ваше Величество! – поклонился я, как того требовали правила при посторонних.
– Проходи, – безучастно сказал император, приглашающе махнув рукой.
Я подошёл.
– Что случилось? Мне доложили, что было совершено покушение, но могу ли я узнать подробности?
– Это Софи, – тихо, словно это причиняло ему боль проговорил император.
– Ч-что?– впервые в жизни начав заикаться, переспросил я.
– Ты всё верно услышал. Во время дегустации умер один из людей, пробовавших еду. Софи под стражей в темнице. В одном из блюд был яд. Чудом я не успел его попробовать. – Вымученно проговорил Авелий.
– Н-не м-может быть.. – тихо ответил я, чувствуя, как тревога разрастается внутри. – В-ваше Высочество, я м-могу с ней поговорить?
– Нет, – твёрдо заявил император, – Сейчас ты там не нужен. Я сам хочу первый с ней поговорить. Твоё дело найти доказательства её вины или невиновности. Работай! Найдёшь хоть что-то - будет возможность допросить её.
– Но она главная подозреваемая! Как я могу что-то искать, не опросив сначала её? – Начал было возмущаться я. Это и в самом деле нелогично!
– Ты будешь со мной спорить?
– Нет. Могу я идти?
– Иди.

Несколькими часами ранее
София

"Сижу за решеткой в темнице сырой,
Вскормлённый в неволе орёл молодой..."¹
М-да, кому сказать, что за такое короткое время я успела побывать студенткой академии, графиней и заключённой - никто не поверит.
После происшествия на дегустации меня отвели в темницу. Местечко не лакшери, конечно, но где наша не пропадала. Камера тёмная, с маленьким окошком под потолком. На полу в углу лежал мешок, набитый сеном и повидавший виды, в другом углу была огромная дырка, аналог нашего деревенского друга, куда нужно было, по всей видимости, справлять нужду. Запах был незабываемый: смесь сырости, затхлости, запахов человеческой жизнидеятельности - в общем вонь несусветная. Да и отсутствие нормального освещения тоже напрягало.
Рядом с моей камерой стояли пара стражников.
Какое то время я ходила по своей новой комнате и думала, как же такое могло произойти. Но в голову ничего не лезло. Хотя...
Джулия!
Она же не просто так тут была? Не может же быть это обычным совпадением? Она однозначно как-то к этому причастна!
– Тук-тук-тук!
Этот голос я узнаю из тысячи.
– Привет, подружка, – мило выдавила я.
– Хм, я думала ты бьёшься в истерике, – ядовито прошипела она.
А куда охрана делась?
– Знаешь, а ты и правда изменилась, – продолжила Джулия, не дождавшись от меня ответа, – А я не верила Димитору.
– Ты никогда не отличалась умом и сообразительностью, – пожала я плечами.
Она разразилась смехом, да таким, что кровь в жилах стынет, так даже Джокер не смеялся.
– У меня мало времени, – продолжила она, – Ты должна сдаться.
– Кому?
– Что кому? – не поняла она.
– Кому сдаться? Ну знаешь, обычно сдаются кому-то, а не для чего-то или зачем-то, ну если верить нормам языка.
– Закрой рот и слушай! – Крикнула она, – Не упирайся, выходи замуж за Димитора, а потом можешь быть свободна, как ветер. От тебя больше ничего не требуется.
– Какой мне в этом прок? Выйти за него чтобы что? Вы продолжали за моей спиной красоваться у всех на виду, пока я изображаю блаженную жену? Чтобы вы потом придумали способ устранить неугодную графиню и прикарманить все мои деньги?
– Это тоже. Но ты либо сгниёшь тут и не сделаешь ровным счётом ничего для тех людей, которые на тебя надеются, либо дашь им шанс на жизнь, – ухмильнулась она.
Зараза, знает на что давить!
– Мне нужно время подумать, – с трудом выдавила я, хотя понимаю, что думать тут не о чем, ситуация - сюр, там наверху должны найти виновных.
– Как знаешь, но время имеет свойство: у него есть конец. Не затягивай. скажи охране и они свяжутся со мной. И даже не смей пытаться воззвать к императору, тут не те люди, с которыми можно договориться.– Одарив меня высокомерной улыбкой ответила она, затем развернулась и ушла прочь.
Вскоре у моей камеры вновь появились охранники, стоявшие тут ранее. У-у-у, продажные черти!
Какое то время я еще походила по камере, но силы кончились и я устало плюхнулась на тот самый мешок, стоявший в углу.
Спустя время в камеру вошёл человек в форме и поставил на пол разнос с булкой хлеба и едой.
Ну да, самое время поесть!
Издеваются, в самом деле.
Я не торопилась вставать с нагретого места, тем более, что за окном уже стемнело, а в камере стало заметно холоднее. В моменте начала замечать, как изо рта выходит пар. Весело. Замерзну нафиг и до суда не доживу.
С лестницы послышался шум. Я приподнялась.
– Софи!
Эрман...
– Софи! Я вытащу тебя, слышишь!
– Ваша Светлось, у нас приказ никого не пускать, покиньте темницы! – строгим голосом попыталась остановить его охрана.
– Софи! Верь мне! Я найду тех, кто подставил тебя!
– Эрман! – уже кричала я, осипшим от холода голосом. – Работай, у меня всё хорошо!
Шум охраны и крики Эрмана удалялись, а потом снова наступила гробовая тишина.
Ладно, попить, думаю можно. Голос и правда пропадает.
Подойдя на озябших конечностях к решетке, где стояла еда, я взяла кувшин с водой.
Отпила немного. Странный вкус, немного сладковатый.
Села на уже ставший лучшим другом мешок и стала думать. Но почему то не думалось. Мозги будто поплыли, мысли затуманились, словно бы я стала облачком.
– Софи, ты слышишь меня? – раздался сквозь туман голос Джули.
– Ага, –улыбнувшись ответила я.
– Дай мне руку, дорогая, – ласково твердил мне голос.
И я без задней мысли потянулась рукой на звук.
Мою ладонь мягко взяли и потянули на себя.
– Пойдём, дорогая, я тебя вытащу, – так же ласково продолжила Джули.
– А куда мы идём? – по-дестки спросила я.
– Туда, где тебя никто не тронет, – ответила она, и я ей поверила.
Дальше мы шли, шли, снова шли, а потом наступила темнота. Словно это всё был какой то непонятный сон, но сквозь него я услышала еще один голос:
– Она скоро придёт в себя?– раздражённо спросил он.
Смутно знакомый тембр.
– Скоро, потерпи, любимый, – так же ласково ответила девушка.
– У нас мало времени, граф перерыл половину дворца и скоро докопается до правды! – закипал второй голос, – Мы должны всё успеть!
Димитор, точно, это он! Но для чего у нас мало времени? Куда нам торопиться, ведь мне так хорошо.
Эта мысль стала для меня рычагом, который сработал на отключение моего сознания. Дальше была лишь глухая темнота.