Повелитель и его Тьма

Глава 7

Когда мы, наконец, добрались домой, я едва сдержалась, чтобы не повалиться в кровать прямо в одежде. Но и выспаться так не выйдет, и платье жаль, и вообще я не привыкла настолько расслабляться. Вначале обязательный минимум по гигиене, потом отдых. Так было, есть и будет, пока еще могу себя обслуживать.

Проблема в том, что я не могла дотянуться до завязок на спине. Вызывать служанку не хотелось: пусть и дальше занимается уборкой в комнате и не лезет ко мне. Без того устала от ее любопытства и подозрительности. А будить Шайлу или Прию – не слишком-то вежливо. Но не резать же мне платье? Пусть тому и досталось сегодня, все равно рука не поднималась. Страшно подумать, сколько времени и сил в него вложено! Я бы небольшой участок узора месяц ковыряла, а низ платья и рукава были сплошь покрыты вышивкой. Это не привычные мне джинсы с футболками, которые партиями шили на фабриках, а настоящее произведение искусства.

Так что, покрутившись немного по комнате, я вздохнула и отправилась на балкон.

— Решила навестить мужа? – тут же возник рядом шаас.

— По делу, — ответила я. – Слушай, а ты не можешь аккуратно заглянуть к нему в окошко? Стыдно будет оторвать от наложницы.

И неприятно, чего уж там. С одной стороны – какое мне дело до чужого мужа? С другой – он уже вроде как мой и…

— Только если ты привяжешь меня. Сам не могу проникнуть во дворец.

Я покачала головой и все же переступила невидимую черту, отделявшую мою часть балкона от той, что принадлежала Сандеру. В конце концов, пусть ему будет неловко за досуг с наложницами при живой жене.

— Правильно, не стоит ему расслабляться, — улыбка шааса растянулась во всю ширь. – Хе-хе. А то, ходит, наверное, по комнате, переживает от того, как прошла встреча с Зейном. Они же с детства знакомы, только Сандер рано стал главой Дома, а Зейну пришлось долго учиться и пробиваться, чтобы стать Председателем.

— Он поэтому недолюбливает Сандера?

— Скорее – мечтает переманить на свою сторону. Уговорить уничтожить всю магию, заменив ее технологиями. Только Темная Матерь не похожа на смирных богов Вестрийской империи, она не станет тихо умирать от забвения. Потому во всем нужен баланс, а ты, как ее верная дочь, поможешь его соблюсти.

— А у тебя в этом всем какой интерес?

— Шаасы – духи, не заслужившие покой. Если угодно, то я бы хотел отдать свои долги до конца и уйти на перерождение. И раз уж ты единственная меня слышишь, то можешь в этом помочь. Ну и я гожусь не только в окна заглядывать.

Я вздохнула и замерла у черты, отделявшей балкон от покоев Сандера. Также, как у меня в спальне, здесь не было стекол, только невесомые занавеси из ткани и бусин, так что даже постучать некуда. Но и торчать тут глупо, поэтому я все же подцепила их рукой и вошла.

— Сандер! – негромко позвала я, попутно разглядывая комнату.

Та была размером с мою и обставлена похоже: та же огромная кровать, письменный стол для работы и диванчик для отдыха, несколько уходящих куда-то дверей и клетка, в которой чирикали золотистые птички.

— Киара? – Сандер медленно поднялся с кровати, где лежал, раскинув руки в стороны.

— Не помешаю?

Я все еще не отходила от балкона, наблюдала со стороны, как муж неспешно и плавно поднимается, как набрасывает на плечи тонкую рубашку, чтобы не разговаривать со мной в одних брюках, как медленно идет навстречу…

— Нет, заходи, — мягко улыбнулся он.

Птички затихли и расселись по жердочкам, наблюдая за мной. А я заметила, что они куда меньше промежутков между прутьями, так что могут свободно улететь, но не делают этого.

— Они тоже механические?

— Мои телохранители. Держать при себе живых не всегда удобно, а после смерти отца мама настояла, чтобы я озаботился своей безопасностью. А с ней проще согласиться, чем спорить. Тем более здесь она действительно права.

— Мама тебя любит, — произнесла я, подходя ближе. И добавила: — Сандерчик.

— Она и тебя любит, как родную доченьку, — он весело блеснул глазами, хотя старался выглядеть серьезным. – Особенно в последние дни. Порадуй меня и скажи, что пришла поделиться причинами вашей внезапной дружбы.

— Не понимаю, о чем ты. Я пришла из-за платья, самой мне никак не распутать застежки, а звать служанку не хочу, она в последнее время странно себя ведет.

На этом я повернулась к нему спиной и оглянулась из-за плеча:

— Поможешь?

Его руки тут же легли на платье, а я почувствовала ненавязчивые прикосновения. Сразу стало легче дышать, а платье поползло с плеч, пришлось придерживать его у груди. Но когда завязки закончились, я все еще чувствовала руки мужа на своей талии.

— Эй, — произнесла я и обернулась, одновременно отстраняясь от него. – Это был не намек на то, что можно меня лапать, а просьба о помощи.

— Да? – он приподнял одну бровь. – Кого же мне еще трогать, как не свою жену?

— У тебя для того есть наложницы, — ответила я, но не отошла, продолжила стоять напротив и смотреть ему в глаза.

— Неужели ревнуешь? А сама кричала, что могу хоть всю столицу уложить в постель, тебя это не коснется.

— Не ревную, просто напоминаю. И вообще… Сегодня был тяжелый день, — призналась я. – Не надо было тебя тревожить, лучше бы в самом деле растолкала служанку. Извини.

— Ерунда. Не то усилие, от которого я рассыплюсь. К тому же ладить со своей женой куда интереснее, чем враждовать.

— Вот думай об этом, — я поправила платье, чтобы не сползало вниз. – Мирной ночи тебе.

— Мирной ночи, Киара, — ответил он и проводил меня до границ своей комнаты.

***

Утром, едва я успела разлепить глаза, в комнату ворвалась Прия. Идеально причесанная, с легким макияжем и в шикарном платье.

Я только застонала и потянула на себя одеяло. Раньше всегда считала себя жаворонком, но, оказалось, вскакивать на рассвете и для меня слишком. Тем более вчера долго не могла уснуть, несмотря на усталость. Так и лежала в кровати, перебирая в уме все случившее за день. Механических тигров, детей из трущоб и лампы, которые отпугивают шаасов. И еще – руки Сандера на моей талии, как будто те были важнее всего прочего!