Повелитель Смерти I

Акт 1. Глава 17. Идеальный отец.

Леонхард сидел в тени белоснежной беседки, утопающей в вьющемся винограде и благоухающих цветах. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, туда, где тонкой линией сливались небо и земля. Он сидел почти неподвижно, закинув одну ногу на другую, опершись подбородком на руку - всё в нём выдавало сосредоточенность, но не над внешним миром, а над мыслями, терзающими изнутри.

Перед ним на столике стоял тонкий фарфоровый чайный сервиз. Чашка, наполненная янтарной жидкостью, оставалась нетронутой. Тонкие клубы пара давно рассеялись, как и тепло, которое она могла дарить.

Рядом стоял Айзек, как всегда безупречно прямой и молчаливый. Он держал поднос с идеальной осанкой, но глаза его невольно скользнули по чашке. Он, как и двое других, знал, почему Повелитель не прикоснулся к чаю. Сердце Леонхарда было сжато новостью, которую они подслушали вечером у его комнаты.

Гао и Рюо стояли по обе стороны за спиной господина. Оба были напряжены, как струны, хоть и скрывали это под привычной маской спокойствия.

Тишина, повисшая в беседке, казалась почти священной. Даже ветер не решался шевелить листву. Никто не осмеливался заговорить первым.

Айзек слегка придвинул чашку, надеясь пробудить господина из раздумий.

Леонхард лишь чуть заметно качнул головой.

- Он остывает, - тихо произнёс раб.

Леонхард медленно моргнул.

- Я знаю, - наконец ответил он. Голос был тихим, почти безжизненным.

- Вы не желаете…? - мягко осведомился Айзек, кивнув на чашку с остывшим чаем.

- Не желаю, - так же тихо откликнулся Владыка.

- Унести?

- Унеси.

Айзек безмолвно кивнул и начал неспешно собирать сервиз. Движения его были отточены до беззвучия - он знал, что каждый лишний звук сейчас способен раздражать. Владыка явно был не в духе, и чай с закусками лишь подчеркивали его отрешённость.

Когда поднос был собран и раб уже собирался удалиться, Леонхард неожиданно поднял руку - лёгкий, почти неуловимый жест.

- Приведи моего отца, - коротко приказал он, даже не обернувшись.

- Как прикажете.

Айзек слегка склонил голову в поклоне и молча покинул беседку, растворившись в садовых аллеях, чтобы выполнить волю Повелителя.

Леонхард остался сидеть неподвижно, словно и не замечая, как Айзек покидает беседку. Его взгляд всё так же был устремлён вдаль, а мысли продолжали кружиться в голове тяжёлым вихрем, не давая покоя.

***

- Леонхард, мой Повелитель….

- Розочка, цветок мой, что-то случилось? Как твоё здоровье? Тебе стало лучше?

- Не совсем…. Мне нужно поговорить. Это очень важно, Леонхард.

- Да, конечно, я слушаю тебя, - в голосе Владыки слышалась настороженность.

- Во мне зародилась новая жизнь….

Леонхард застыл, позволяя словам улечься в сознании. Он медленно закрыл книгу, не сводя взгляда с девушки, и отложил её в сторону.

- Что…? - прошептал он, не в силах поверить в услышанное.

- Я жду ребёнка… - выговорила она, с трудом подбирая слова. - Только… я не знаю, от кого.

Губы её задрожали, и в следующую секунду Розария зарыдала, уткнувшись лицом в ладони, словно желая спрятаться от мира - и от него. Тяжёлое пятно прошлого, тайные связи, ночи, о которых хотелось забыть, страх перед осуждением, гнев отца - всё это сжалось вокруг неё удушающим кольцом. Она ненавидела себя за совершённое и теперь лишь молилась, чтобы расплата не настигла того, кто меньше всего заслуживал страданий. Её ребёнка.

Повелитель Смерти поднялся с ложа и уверенным шагом направился к жене. Его движения были твёрдыми, в них чувствовалась сила, сдержанная ярость и что-то ещё, сокрытое глубже. Розария бросилась к его ногам и срывающимся голосом взмолилась:

- Прошу тебя! Молю… Это может быть и твой ребёнок… Я… я…

Слова предательски застряли в горле. Она не знала, как продолжить. Вспоминались клятвы, данные им в день их союза - тогда они растопили её сердце, но сейчас…. Оставшись с ним наедине, Розария не знала, чего ждать. И то, что он сделал дальше, полностью выбило почву из-под ног.

Подойдя ближе, Леонхард внезапно опустился на колени рядом с ней. Он заключил её в объятия, крепко, бережно, прижимая к себе, к своему сердцу. Его ладонь скользнула по её волосам, а голос зазвучал тихо, почти шёпотом:

- Всё хорошо. Это прекрасная новость. Всё хорошо, Розочка… Не плачь.

Но она плакала. Задыхаясь от рыданий, уткнулась в его плечо, прижимаясь к нему с такой силой, будто хотела исчезнуть внутри этих объятий, спрятаться от всего мира.

Леонхард закрыл глаза.

- Я люблю тебя. И не накажу за то, что случилось в прошлом. Обещаю. Я уже простил. Всё хорошо.

- А ребёнок? - выдохнула она сквозь слёзы.

Он мягко улыбнулся, не отпуская её.