Повелитель Тумана: Легенда о Пастер Лоу.

Глава 1. Жизнь семьи Уэно

🌺🌺🌺

В маленьком заведении со странным названием "Кафе, в котором всё начинается", сидело всего четыре посетителя. Они доедали свой скудный завтрак, когда с верхнего этажа, что принадлежал персоналу, начали доноситься крики хозяйки, которая в очередной раз ругалась на рабочих. Мария Николаевна - то была хозяйка, являлась уже немолодой женщиной лет сорока, давно разачаровавшейся в жизни. Бизнес, который она открыла в юности, рискнув бросить учебу, не приносил ей почти никакого дохода. Семья отказалась от неё ещё в самом начале пути к мечте, не поняв, почему девушка забросила карьеру врача, а теперь уже их всех давно не было в живых - они умерли, так и не успев с ней помириться. К тому же, в её жизни никогда не было мужчины, а все попытки его завести кончались провалом. Кафе, которое сперва сулило большие надежды, теперь стало самым большим разочарованием и ошибкой. Мария мечтала в старости видеть свой процветающий бизнес, приходить в удобный кабинет, наслаждаться своим величием, давать различные указания рабочим, при этом попивая теплый кофе, что принес секретарь, и думая о своих детках, которые будут ждать маму дома. В представлении бедняги точно не входило, что ей придется работать в своем же заведении и поваром, и уборщицей, и администратором. Из персонала были только две оффициантки - её племянницы Аня и Лиза, дочери погибшей сестры, которых она терпеть не могла и которым даже не выдавала зарплату, но была слишком зависимой от общественного мнения, чтобы просто выгнать их из дома и прослыть бессерднчной. Тогда бы её сомнительная мечта точно разбилась бы вдребезги, а так от двух обуз хотя бы была польза. Каждый день Марии начинался одинаково - с агрессией и ненавистью, ведь денег не хватало, все раздражало, а посетителей, кроме старых постояльцев, проживающих рядом, не было.

- Сэкера, живо сюда! - закричала Мария Николаевна, гневно оскалив зубы. Её неприятный голос, напоминаюший жалобный скрип ржавых ворот, ведущие на кладбище, эхом пронёсся по коридору. Очередной противный день. Однажды она точно больше не захочет просыпаться, лишь бы всё это не видеть.

Как только на крик прибежала хорошенькая маленькая девочка - недавно приобретённая работница, она выместила на неё всю накопившуюся за утро злость:

- Да сколько тебе надо повторять, жалкое ты создание?! Почему туалет ещё не блестит? За что я тебе плачу?!

Густо покраснев, девочка начала виновато оправдываться перед своей начальницей, объясняя оплошность тем, что была занята другим делом - видити ли, она протирала окна.

- Знаешь, милочка, - злобно ухмыляясь, проговорила женщина. - Я, конечно, не знаю, для чего ты вообще пришла работать сюда, но это не изменяет того, что в любой момент я могу тебя уволить, если не будешь выполнять все свои обязанности хорошо. Это последний раз, когда тебе что-то спускают с рук!

Закончив злобную тираду, Мария Николаевна напоследок с презрением скривилась и ушла в кухню, чтобы там накинуться уже на Лизу, которая по её мнению неправильно мыла посуду. Оказывается, и у такого легкого дела с точки зрения женщины тоже были свои правила.

Девочка, которую до этого Мария назвала Сэкерой, обессиленно оперлась головой об стенку и глубоко вздохнула. Сегодня ей сделали замечания целых три раза. Если всё будет продолжаться в том же духе, то она рискует потерять свою с трудом найденную работу.

"Мне надо прибраться ещё в кухне" - вспомнила девочка, и быстро схватив свою швабру с ведром, побежала вниз по лестнице на первый этаж, где её уже звала неугомонная начальница.

～ ～

Когда Мария Николаевна впервые увидела Сэкеру - она протирала плинтус у входа в кафе и при этом громко ругалась по поводу своей несчастной жизни и недостатка рабочих рук, когда мимо проходящая незнакомая девочка неожиданно наклонилась к ней и сказала, что с удовольствием могла бы стать уборщицей, если больше быть некому. Тогда Мария подумала - что это за сердобольный ребенок, которому нечем заняться? - и попыталась её прогнать, ссылаясь на то, что родители малявки окажутся против её идеи.

- У меня нету родителей, - спокойно ответила незнакомка. - Я живу с тётей и ей плевать, чем я занимаюсь. Мне просто очень нужны карманные деньги.

- Правда? - удивилась Мария, у которой в голове уже созревал злодейский план о том, как можно легко кинуть ребенка на небольшие деньги. - Как тебя зовут?

- Сэкера.

- Странное имя. Твоя мама была дурой, если осмелилась дать тебе такое дурацкое прозвище.

- Моя мама была японкой, а не дурой. - обиженно отозвалась Сэкера. - У меня кстати и фамилия - Уэно.

Мария недоверчиво оглядела девочку. Она была невысокого роста с неуклюжей фигурой. Похоже, её тело несвоевременно начало обретать женственные формы. Блондинистые волосы были небрежно завязваны в резинку перекинуты через плечо, а небесно-синие глаза напоминали ясное небо.

- Ты не похожа на японку. Кажется, твоему отцу при жизни стоило сделать тест ДНК на отцовство или это и является причиной их с твоей мамашей смерти? - издевательски рассмеялась Мария. - Не смог перенести измену и грохнулся вместе с нею?

Когда Сэкера злобно нахмурилась, женщина поняла, что переборщила и виновато добавила:

- Или они тебя просто кинули? Развелись что ли и оставили тёте?

- Мой отец был русским. Внешность я унаследовала от него и было бы несправедливо, если бы во мне отсутствовало хоть что-то японское.

От внимания Марии не ускользнуло, что девочка сильно сжала кулаки, словно намереваясь ударить, но что-то её удержало.

- Сколько тебе лет?

- Тринадцать.

- Готова приходить сюда с восьми, работать до шести за 300 рублей в день? Без выходных.

Сэкера замешкалась, но всего лишь на секунду.

- Да. Когда приступать?

- Завтра. Просто делай все, что я говорю.

Сэкера кивнула и развернулась. Стоило Марии Николаевне подумать, что она уходит, как светлые глаза девочки вновь устремились на неё. Она стояла в полуобороте, в лице её, как показалось женщине, была и злоба и радость, что заставило вздрогнуть. Впервые ей приходилось видеть настолько странное выражение, которое никак не сочиталось с ангельской внешностью ребёнка.