Повелители драконов

40 Аеста

Изучение книг по обряду драконов мало к чему привели. Видимо, Острозубые предпочитали хранить всё в своей голове, не разглашая то, что и так всем известно. Но не клану Ничтожных. Книги, сохранившиеся в нашей библиотеки после войны, лишь описывали возможности драконов и ритуал пробуждения детёныша. В них ни намёка не было про укрепление связи и даже про первый бой. Про него мы узнали от моей матери, чья младшая сестра пробудила дракона. Возможно, мать знала много различные обряды, но почему не рассказала их все, когда у Има пробудился дракон? Не хотела подвергать их обоих опасности?

Что–то дёрнуло меня за юбку, и отвлёкшись от исписанных страниц книги, я взглянула под ноги. У стула, глядя на меня своими рыжими глазами, сидели мои драконы. Меридием сжимал в пасти ткань юбки, а Нокт выразительно поглядывал на дверь, издавая еле слышное урчание.

– Вам нельзя выходить, – напомнила я, тут же ощутив разочарование малышей. – После того, как кое–кто заключил сделку на ваши жизни, нам следует сидеть и не высовывать нос.

Меридием неодобрительно щёлкнул, возмущённо пискнув. Ему вторил Нокт, приподняв голубоватые гребни.

Драконам не нравилось сидеть в одной комнате. Я чувствовала их нежелание, их неохоту и скуку, но вряд ли бы сама решилась выйти без чужого сопровождения. Я как–то согласилась прогуляться с Валтом в первый же день моего возвращения в Дом, так встретившиеся нам на пути женщины клана Острозубых упали в обморок от одного вида моих драконов. Так что мы сошлись на том, что прогулки пока что лучше исключить, и теперь мне приходилось каждое утро и вечер слышать стук в дверь и видеть на пороге Повелителя с подносом еды. Я каждый раз ощущала себя ничтожной и жалкой, словно у меня связаны ноги и руки, а единственное, на что я способна, так это говорить.

Закрыв книгу, которая так ничего и не прояснила, я поднялась на ноги. Драконы тут же в надежде вскинули головы, и я ощутила их нетерпение. Странно, но связь, которая наладилась между мной и малышами, разительно отличалась от той, которую описал Валт. Он чувствовал присутствие Оюна, слышал его голос на расстоянии, как и наоборот. Я же… я же словно была одним целым с Меридиемом и Ноктом. Я ощущала их эмоции, как и они мои, порой мне даже казалось, что они едины со мной – я не успевала подумать, как они уже делали то, что я только собиралась сказать.

Подойдя к зеркалу, я пристально взглянула на себя, пытаясь найти в отражение изменения. Обычно в первые дни Повелитель менялся, становясь под стать своему дракону – его глаза обретали такой же оттенок, но мои как были чёрными, так такими и оставались. Я ни капли не изменилась за эти четыре дня, а вот драконы, кажется, даже подросли. Впрочем, когда дни напролёт видишь их, не можешь сказать точно.

Комнату огласил тихий стук, и драконы тут же зашипели, приподняв гребни на затылке. Я едва успела выпрямиться, как дверь открылась, и знакомый голос прервал шипение драконов:

– Надеюсь, ты ещё не сошла с ума в этих четырёх стенах?

Привалив плечом к дверному косяку, с усмешкой поинтересовался Валт.

– Надо же, ещё даже вечера нет, – прохладно заметила я, выразительно бросив взгляд на светила, которые ещё не успели пересечься на небе. – Что же привело тебя сюда?

– Простое любопытство насчёт твоих драконов. Вижу, пока живы, – не скрывая удовольствия в голосе, заметил он.

Сощурив глаза, Валт необычайно пристально оглядел комнату, особенно ножки тумбочек и кровати, прежде чем приподнять брови. Я недоумённо следила за ним, пытаясь понять, что он пытается найти и что так удивляет его.

– Необычно… мебель в идеальном состоянии.

– А должна быть сломанной? – не удержалась от усмешки я, но поймав взгляд Повелителя, тут же нахмурилась.

– Твои драконы… спать тебе по ночам не мешают?

– Нет. Если бы мешали, ты бы сам слышал, – заметила я, на что тот кивнул, смахнув с лица светлые волосы. – А что?

Валт плотно прикрыл за собой дверь, облокотившись об неё спиной и не сводя пристального взгляда с драконов. Те даже занервничали, попытавшись спрятаться за моими ногами в складках юбки.

– В первые недели драконы очень любознательны – пытаются попробовать всё, до чего дотянутся, а по ночам орут как резанные, потому что их тела начинают меняться и очень быстро расти. Я как–то прошёл вечером мимо покоев Флос, так едва слуха не лишился. Оюн тоже меня своими «пениями» радовал, и погрыз всю мебель, в том числе и камин. Твои же…

Он не договорил, впрочем, и так было ясно. Подцепив пальцами ткань юбки, я осторожно приподняла её, являя жавшихся к моим ногам драконов. Меридием тут же зашипел на Валта, оскалив многочисленные клыки, когда Нокт приветственно заурчал, потянувшись вперёд.

– Им не нравится сидеть здесь всё время, – негромко произнесла я. – Они уже изучили здесь всё и хотят увидеть что–то новое. Почувствовать новые запахи, увидеть новые краски, услышать новые звуки…

– Ты чувствуешь то, что они хотят? – поинтересовался Валт.

– Я чувствую их эмоции и ощущения… словно сама в первый раз их испытываю, – призналась я, осторожно подняв на руки Меридием и Нокта. Первый тут же взобрался на плечо, а второй устроился на руке, с наслаждением урча. – Они совершенно разные, как и их эмоции… если я скажу им наброситься на тебя, то Меридием тут же это сделает, а Нокт ещё подумает.