Повенчанные небесами, или Моя маленькая тайна

Глава 6

Юлиана

Господи, ну что за люди? С самого утра и уже музыку включают. Переворачиваюсь на другой бок и накрываю голову подушкой. Мелодия уже не так раздражает, и я снова засыпаю. Но ненадолго. Опять эта музыка. Одна и та же… Такая знакомая… Похожая на мелодию в моём телефоне. Боже! Резко распахиваю глаза. Где я? Приподнимаюсь на локтях. Моргаю, и память подробно восстанавливает хронологию вчерашних событий. Откидываюсь на подушку и блаженно пялюсь в белоснежный потолок, на котором бликом мерцает радужный осколок, отражающийся от круглой стеклянной вазы. Ваза стоит на низком столике и наполнена на треть мелкими гладкими камушками и ракушками. На стене, над этим столиком висит плазма, рядом небольшой складной диванчик. Я лежу на огромной кровати, занимающей большую часть комнаты, в углу свечкой стоит шкаф-пенал, и больше в комнате ничего нет. И мой взгляд снова возвращается к радужному блику.

Именно с радугой у меня ассоциируется Богдан.

«Повенчанные небесами», – всплывает в памяти.

Наверное, именно эта случайная фраза сыграла свою роль во всём вчерашнем сумасшествии и привело к такой безумной, но самой волшебной ночи, воспоминания о которой тут же отдаются томлением в низу живота. Я никогда не была такой… раскрепощённой. И мне никогда не было так хорошо, как вчера.

Но стоит только пошевелиться, как моё тело мгновенно напоминает, какую встряску я ему устроила. Сначала бешеный марафон днём. Насколько я помнила, шагомер на смарт-часах четыре раза фиксировал рекорд по шагам, а потом ещё и ночью. Ночью… Её образы отдаются в памяти сладкой истомой. Но, как это и бывает в природе, радуга существует недолго. Вот и моя «радуга» уже исчезла, растворилась с приходом нового дня. В квартире я абсолютна одна. Но о том, что так и будет, я знала с самого начала.

Жалела ли я о случившемся? Нисколько. И если бы у меня была возможность вернуться в прошлое и заново пережить этот день, я бы повторила его в точности.

Торопиться мне некуда, и я даю себе время понежиться в постели. Не засыпаю, но витаю между сном и реальностью, не желая окончательно возвращаться из такой короткой сказки. Мой смартфон истерично разрывает тишину громкой мелодией и резко замолкает. Видимо, разрядилась батарея. Со вздохом заставляю себя встать с кровати и реанимировать телефон, так безжалостно разбудивший меня. Подключаю шнур к питанию и включаю гаджет. Мама дорогая! Сколько пропущенных?! Мама, Дана, папа… Пока я решаю с кого начать, на экране высвечивается входящий вызов.

Мама.

Ну, здравствуй, реальность.

– Да, мам. Доброе утро.

– Юлиана! – голосисто восклицает родительница, заставив резко убрать телефон от уха. Зачем так громко-то? – Слава богу, живая! Ты почему не отвечала? Я уже что только передумать не успела!

В этом можно даже не сомневаться. Мама у меня спец по выдумыванию ужастиков. Ей бы сценарии писать…

– Мам, я спала.

– Сколько можно спать?!

– Мам, спать можно столько, сколько есть возможность, – отвечаю не совсем логично выстроив предложение, но главное – его суть.

– Юлиана, я переволновалась, когда ты не ответила.

– Всё хорошо, мам. Я просто устала и крепко спала. День был очень насыщенным.

– Юлиана, но ведь так нельзя…

– Ой, мам, папа звонит! Всё, пока! Да-да, я потом тебе перезвоню. – Поспешно сбрасываю мамин звонок, так и не узнав, как именно нельзя, ведь вчера я нарушила все «нельзя», какие только можно. Хмыкаю от игры слов и принимаю входящий на другой линии. – Да, пап. Привет.

– Юлиана, бог мой, ты где?! – Голос папы звучит настолько обеспокоенно, что я даже через телефон чувствую, как он волнуется.

– Я… – тяну, оглядывая снова комнату. Очень хочется ответить: «Я тут», так как ничего более умного мне не приходит в голову. – Пап, я сняла квартиру, но адрес не запомнила…

Точнее, я даже его не смотрела, но папе об этом знать не стоит.

– Господи, дочка, прости меня!

– Да, пап, всё хорошо, – стараюсь успокоить его. Я даже рада, что он не смог меня встретить. – Всё, правда, хорошо.

«Даже лучше, чем могло бы быть». – Улыбаюсь про себя.

– Я так переволновался, когда ехал тебя встречать, что мне стало плохо… – Доносится из трубки, а у меня внутри всё холодеет. – Не помню, как свернул на обочину, и даже не знаю, кто вызвал скорую. Врачи поставили какой-то гипертонический криз, и у меня весь день как в тумане…

– Пап, – произношу испуганно. – Ты как?

– Нормально. Сейчас нормально. Проснулся, и не мог понять, почему я не дома. А потом вспомнил, что должен был тебя встретить. Скинь геолокацию – я сейчас приеду.

– Пап! Тебя что, уже отпустили из больницы?

– Я сам ушёл.

– Папа! – бросаю укоризненно. – С давлением нельзя шутить! Ты что, собираешься сесть за руль?

– Юлиана, я чувствую себя хорошо. Всё, вижу, где ты. Дай мне полчасика и я тебя заберу…

Полчасика?! Я в ужасе распахиваю глаза. Какие полчасика?! Я в ванной только часик отмокать собиралась!

– Папа, стой! Подожди. Не надо так быстро. Я только что проснулась… Мне… Мне нужно помыться, и… – Я замолкаю, осторожно подбирая слова. – Привести себя в порядок… Собрать всё… Я загрузила в стирку кое-какие вещи. Всё равно придётся ждать… – Сочиняю на ходу, хотя стирку, действительно, нужно загрузить. – Не торопись, пожалуйста, и не волнуйся. Я к обеду буду готова.

– К обеду? – Я слышу, что папа расстроен, но оставлять хозяйке, предоставившей мне жильё, после себя такой хаос, я не могу. – Я так мечтаю, наконец, тебя увидеть.

– Пап… – прошу виновато. – Всего лишь пару часиков…

– Хорошо. Тогда до обеда, Юлиана. Я за тобой заеду.

– Тебе точно можно за руль?

– Да, дорогая. Чувствую себя прекрасно, словно помолодел. И если бы не…

– Пап, – перебиваю его самобичевания. – Всё хорошо. Я чудесно провела день…

… И ночь. Я провела самую волшебную ночь в своей жизни, открыла в себе невероятный мир чувственности и узнала, сколько наслаждения и восторга может дарить близость с мужчиной.