Повенчанные войной

5. Отступление

Отступление продолжалось не первый день. Немцы буквально в спину дышали, уверенно наступая. Территория Западной Украины, относящаяся к СССР, стремительно захватывалась врагом.

Однажды вечером, привал в одной глухой деревушке сделали. Отдых после очередного длительного перехода требовался. Немец сюда еще дойти не успел. Тихо, спокойно. Тревожно только немного. Но тревожно сейчас везде было. Замерли все в ожидании страшного. Непонимание происходящего этот страх только усиливало. Никто понять не мог, почему свои войска отступают, от врага бегут.

Димка на улицу вышел. Снова небо. Чистое. Звездное. Словно и не было войны. Как быть такое могло? Природа летом наслаждалась. А люди… Люди – гибли.

- Не спишь чего? – оглянувшись на шаги и Машу увидев, поинтересовался.

С ними путь продолжала. В никуда. Второй раз маршрут меняли. Там, куда шли, едва в лапы фашистов не угодили. Благодаря местным жителям, в лес ушедшим, информацию вовремя получили. Захвачен тот район оказался. Кольцо медленно сжималось. Командир же надеялся успеть свое подразделение, основательно хоть и потрёпанное, к своим без еще больших потерь вывести.

- Идем куда? – тихо спросила Маша, рядом с Димкой останавливаясь. Вообще тихо разговаривала. Манера такая? Или от шока происходящего? Вопрос в никуда…

- К Киеву отступаем, - честно ответил, на девчонку глянув.

Тяжело слова давались. До сих пор не верилось, что красная Армия не в силах оказалась решительный отпор дать врагу. Защитить себя, свои семьи, близких. С разрозненных участков воинские формирования к своим пробивались, в бои вступая, потери неся. И просвета творящемуся кошмару не видно было.

- Отступаете? – переспросила девчонка, а глаза, и без того большие, еще больше стали. - А как же…

Страшное слово «отступление», не спорил. И среди бойцов ропот нет-нет, да проходил. На бое настаивали некоторые. Объяснять приходилось, что не время. Силы сберечь необходимо. Впереди – решающие бои за крупные города, за Киев.

- Иногда отступить важнее, чем напролом идти, - вслух произнес Димка, руки девчонки коснувшись. - И людей сберечь можно, и время выиграть, чтобы с силами собраться. Обязательно в наступление пойдем, Маша. Потерпеть надо только немного. За нами будет победа.

Уверенно голос звучал. О главном на сегодняшний день говорил. И, главное, верил в собственные слова. Быть по-другому не могло.

- А цена какая? – снова тихо её вопрос прозвучал.

Действовала на него, как магнит. Тянуло. К губам. Обнять желание появилось. Испугался. Права не имел. Доверяет ему девчонка. Защиты ждет. Отступил решительно. Кажется, в растерянность ту приведя.

- Страшная, Маша, цена, - согласился, наверно, впервые откровенно заговорив. – Много уже людей полегло. Еще больше поляжет. Но если в бой вступим, полягут все, - добавил пугающе уверенно. – Нельзя. Вас защищать некому станет.

- Вас не станет, мы в руки оружие возьмем, - заверила девчонка.

А он вдруг понял, что ведь так и сделает. Не смотря на свою женскую сущность. Думает о том, значит. Для себя какие-то решения принимает.

- Неправильно это, Маша, - возразил, головой отрицательно качнув. – Ваше бабское дело детей рожать, матерями быть, а не врага бить. Испокон веков так было.

- Детям мирное небо над головой надо, Дим, - возразила, задумываясь над чем-то. – Если потребуется, рядом с вами с оружием в руках встанем. Общее у нас сейчас дело. Враг на нашу землю пришел, не спросясь. Людей убивает, свои порядки наводит.

Говорила спокойно, словно о чем-то обыденном. Страшно от этого становилось. Девчонка молоденькая о другом думать должна. Любимой должна быть. О детишках мечтать, о семье крепкой, о муже надежном. Об объятиях и поцелуях…

Стоп. Приказал самому себе остановиться. Не ко времени мысли полезли. Не до любви сейчас. И не только им, а вообще всем.

- До Киева дойдем, там разберемся, - голос слегка сел, прокашляться заставив. Только еще не хватало девчонку испугать. - Обратно врага погоним, - продолжал, к дереву прислонившись, что во дворе дома, где на ночлег остановились, росло. – А сейчас, Маш, иди спать. Иди, - повторил настойчиво, заметив, как замешкалась.

Еще поговорить хотела? Возможно. Только… Опасности слишком много кругом. Ночь и тишина голоса не скрывают, а эхом тихим по округе разносят. Тихо, вроде, в деревушке, куда вечером вошли. Жители приветливо встретили. Но, в свете всего происходящего точно знал, доверять теперь никому нельзя. И себе – в том числе.

Вслед девчонке долго смотрел. Решение принимал. В юбке перед мужиками скачет. И перед ним – в том числе. Вот и появляются мысли шальные. Не ко времени. Он – остановиться может. И сможет, себя знал. Уверен в себе был. А вот кто другой решит… Мужики на нервах, хоть и не показывают того. Сорваться могут. Понимал теперь командира, почему не очень рад был появлению в их составе дамочки…

Утром принес ей брюки.

- В них дальше пойдешь, переодевайся. - обронил коротко, из комнатки, что ей для сна выделили, направившись.

- Дима, но…

Что сказать хотела? А кто ж его знает. Может претило ей брюки носить. Не распространена данная часть одежды как-то в женском гардеробе была.