Повесть эпохи раздора

Глава седьмая

Уже три дня Каин находился в Верхнем Урене, занимаясь двумя делами: собирал информацию о цели и упивался всевозможным алкоголем.

Ни один из информаторов не видел в городе приезжего бледного юношу со светлыми волосами в сопровождении бородатого мужчины с дубинкой в ножнах. Это не могло не огорчать. Но почему-то Каин был уверен, что уезжать из города рано, убийца точно знал, что они появятся здесь рано или поздно. Пока было время, он решил навестить одну важную персону города:

— Каин! Як ж я тебя рад видеть! Проходи-проходи!

— Казимир, и я тебя рад видеть. Что с твоей речью? К чему акцент? Разговаривай нормально.

— Тебя спросить забыл! Присаживайся, давай выпьем да пообщаемся! — Казимир обнял своего старого товарища и, не выпуская из рук, дотащил его до стола. — Ну, Каин, рассказывай, какими судьбами?

— Помощь твоя требуется, мой дорогой Казимир. Очень требуется.

— Ну… я слушаю!

— Рано или поздно в Верхний Урень приедет Авель вместе с мальчишкой, и он явно обратится к тебе за помощью. Наш общий знакомый попросит у тебя отряд для сопровождения.

— Так, и? Я не особо понимаю, к чему ты клонишь!

— К тому, что его свита будет состоять из моих людей. Более того, ты выстроишь ему маршрут, который я тебе скажу.

— Теперь я понимаю, понимаю. А какая мне с этого выгода? Что ты можешь мне предложить взамен?

— Ты ведь мне должен услугу. Но просто заставить я тебя не могу. Не мой профиль, потому вдобавок я расскажу тебе твоё любимое — геополитическую информацию о резне в Солнцеграде и то, что было после. И то, что будет!

— По рукам! А теперь — рассказывай!

Поделившись всей информацией о происходящем в столице и в её округе, а также политическом плане царя, Каин направился к дому своего второго друга. Хоть он жил и почти на окраине, путь до его порога был непростительно долгим.

— Святобор, рад тебя видеть, — от убийцы исходил лёгкий запах хмеля, который объяснял причину долгой дороги. Каин не мог пройти мимо корчмы, где угощали знаменитой уреньской брагой. — Я зайду?

Святобор заспанными глазами выжигал своего давнего товарища, за то что последний разбудил его слишком рано. Протерев красные и опухшие глаза, он выдавил из себя: «Чего надо?»

Друг рассказал ему дальнейший план и какую роль он будет в нем играть. Без лишних слов сонный великан согласился, чему Каин был удивлён. Раньше он задавал наводящие вопросы, или увеличивал свою цену, или просто отказывался, так как работу «Может выполнить любой уродец из канавы, его и возьми». А тут сразу согласен! Организатор сослался на невменяемое, после крепкого сна, состояние, но решил переспросить. Ответ был всё тот же:

— Мои накопления скоро подойдут к концу, потому и согласился. К тому же цена вполне себе хорошая… А теперь ступай, пожалуйста, я хочу спать. Приходи только тогда, как всё начнётся, хорошо?

Товарищ кивнул.

Дальнейшие мероприятия были подобными: обход его маргинальных знакомых и подопечных, которые будут участвовать в этой операции, благо Верхний Урень был кладезем таких ценных кадров. Оно и не удивительно — городок находился на стыке между Южным и Восточным Пределами. Хоть и де-юре он принадлежал Югу, но менталитет, порядок и обычаи преобладали восточные, а именно: превыше всего торговля, накопление собственного капитала и равенство в борьбе за его накопления как в миру, так и у господ. Иначе говоря, это была маленькая, молодая и независимая торговая республика с номинальным князем во главе (который был таковым только на бумагах). Из-за своих особенностей он привлекал все больше людей разных сословий. А где народ — там и деньги.

В конечном итоге вербовка была успешной. Отряд из шести человек был готов. Он не стал их собирать для повтора плана в своей избе, и на то была у него веская причина — Каин до последнего желал, чтобы они остались друг для друга просто абстрактными лицами, с которыми они отправятся в путь. Помимо этого он всем строго-настрого запретил показывать своё лицо другим участникам отряда: «Всегда носите шлем с забралом». Ведь так они не смогут раскрыть личность своих напарников, если их поймают.

Хоть цель убийства считался варваром, безбожником и предателем, его нельзя было вот так убивать, так как он является князем — лицом благородным, и его смерть должна быть только на поле битвы или на плахе по закону. В иных случаях это порицалось всеми.

Каин не спал — сидел в сторожевой башне у ворот и смотрел вдаль, вдруг на тракте появятся два очень важных ему силуэта.

Распивая брагу, он смотрел в чащу леса, наслаждался шелестом листвы. Сильный ветер заглушал остальные звуки природы, менее громкие, но такие же прекрасные. Заглушал всем, но не ему: хмельной «стражник заставы» улавливал звук реки, из которой то и дело выпрыгивала какая-нибудь рыба, создавая маленькие волны, разбивающиеся о каменный берег, как полевая мышка, озираясь по сторонам, бежала обратно в свою норку с добычей в виде дикой земляники. Он слышал даже пикирующую с небес сову, желающую тоже обзавестись добычей этой ночью.

После был только писк.

Тишину нарушил бешеный топот маленьких лапок. Ночному охотнику удалось скрыться от смертельной атаки птицы. Он был в безопасности.

Каин усмехнулся.

Мгновенно отогнав от себя мысли экзистенциального характера, он продолжил наслаждаться природой и смотреть на дорогу. Ночью так никто и не объявился. Под рассвет он покинул свою смотровую площадку и направился по улицам города, размять свои затёкшие ноги.

Ближе к вечеру, обойдя уже все возможные заведения, он направился на рынок. Купив маленький пирожок со свининой, он продолжил бродить среди прилавков. Вот только аппетит тут же улетучился, когда его взгляд уловил те самые два силуэта!

Пара шла прямиком через рынок в сторону дома Казимира. Они выглядели весьма уставшими, будто вот-вот упадут. Исчезнув среди народа, Каин преследовал их взглядом. Первый этап плана был выполнен — начинается второй.