Повесть о черном, белом и красных

Глава седьмая

- Две пули. Одна в шее, другая в руке, - рассказывал Альф, перемешивая вилкой маленькие белые трубочки, называвшиеся почему-то "рожками". - Было задето легкое - это хуже всего. Пришлось повозиться.

Чьи это были рожки, я даже гадать не стал. Вкус у них был неплохой, но было их на тарелке удручающе мало. "Ну да, они тут в еде не купаются!" - подумал я и мне захотелось обратно в Царицын.

- Пули, такое ощущение, не простые. Что-то с ними сделать пытались. То-ли отравить, то-ли заклятие наложить.

- Если что-то из черной магии, то я мог бы посмотреть, - предложил я.

Альф отрицательно покачал головой, уныло глядя на опустевшую тарелку.

- Уже не посмотришь, там всё разрушено. Сами пули я не стал извлекать, оставил на месте. С человеком проще так. Несколько дней еще полежать придется, но главные неприятности позади.

- Что с книгами? Выяснил что-нибудь?

- Да. У них здесь есть "университет". Это место, где люди изучают разные науки. Отличное изобретение.

- Только читать сначала нужно научиться. 

- Научимся. Всё предусмотрено. Я уже говорил с этим Бонч-Бруевичем. Он знает, кто мы, ему передали пакет от Сталина. Для всех остальных мы с тобой - специалисты по черной и белой магии, приглашенные Советской властью из Южной Америки.

Ну да! Я видел, что у Иваныча был большой опечатанный мешок с почтой. В вагоне отдельный часовой над этим мешком стоял… 

- Южная Америка? - переспросил я. - Это еще что?

- Континент такой. Я тебе его потом покажу на карте их мира.

Мы замолчали, потому что к нам подошел Приходько. Хотя… Разговор-то шел на всеобщем. Могли и продолжать.

- Присяду? - спросил он.

Альф кивнул.

- Конечно. Извини, всё уже съели.

- Да, Ильич живет скромно… 

- А тот… как его?.. Петерс - он голодным не выглядел. 

- Не обижайся на него. Он так-то смелый мужик. В кабинетах не сидит, сам на аресты ездит… Но я как раз по этому поводу. Владимир сказал, чтобы я с вами оставался, чтобы такой ерунды, как утром, сегодня не было. В город если надо, то только со мной. Будет что-то нужно - обращайтесь сразу. Я у Бонч-Бруевича порученец, а раньше у его брата был, у Михаила. Миша, кстати, генерал бывший.

Генерал? Что-то новенькое… После царицынской истории с предательством бывших офицеров я не очень-то доверял военспецам. Приходько угадал мои мысли.

- Ты не думай! Он правильный генерал, с самого начала с Советской властью. Когда октябрьский переворот случился, войска с фронта уже разбегались. Немцы начали наступление, чуть было Петроград не взяли. Тогда Михаила лично Ильич, ну то есть Ленин, вызвал в Питер телеграммой, чтобы оборону организовать. Я в то время был в охране Крыленко, вместе с другими моими корешами с Балтийского флота.  Сели мы с Мишей, почесали в затылках и стали думать, как ему до столицы добраться. Понятное дело, что не пешком, а на паровозе. Но только страшное это было дело. Дезертиров толпы, бандиты осмелели, немцы наступают… В общем, опасно! Если ехать, то надо с собой роту брать, не меньше. А у нас - один паровоз и один вагон.

Я подумал, что с тех пор ничего особо не изменилось. Хлеб-то мы сюда тоже везли под охраной и с двумя пулеметами.

- И я тогда говорю: "Смелого пуля боится. Погнали!" Погрузились мы в вагон и рванули в Питер. Михаил, я и еще пятеро ребят из моей команды. Сколько раз у нас паровоз забрать хотели - я считать устал. Глотку тогда чуть не сорвал - посылать всех, куда подальше. Но всё-таки стрелять по революционным матросам солдатики побоялись и мы проскочили. А еще больше помогло, что у нас у каждого по три гранаты было на ремне. В общем, успели и Петроград отстояли. Ну а потом правительство в Москву из Петрограда переезжало, я охрану обеспечивал. Вот тогда с Владимиром и познакомился.

Вряд-ли охрану обеспечивал только он. Любит революционный матрос приврать, ничего не скажешь! У нас поговорка есть: "Если ты такой умный, то где твои деньги?" А если ты такой крутой вояка, то что ты делал, когда у вас вождя подстрелили?

Кстати! А в самом деле, как это вышло? Куда смотрел этот Петерс и его чекисты? Ведь ничего не мешает и повторить покушение позже. Не вечно же Ленину в Кремле прятаться. Какие меры охраны будут предприняты?

- Кремль тоже ЧК охраняет? - спросил я.

- Нет, - ответил Приходько. - Тут своя охрана. Латышские стрелки, подчиняются коменданту. Муха не пролетит! Ленина потому и привезли сюда, а не в больницу.

Значит сейчас мы по сути находились под охраной Красной Армии. А Петерс сболтнул, что прошлой ночью я прикончил одного сотрудника ЧК и двух военспецов… Ну, последние - понятно: прибыли с южного фронта. А вот то, что с ними был чекист, наводило на вполне определенные мысли.

- Ваня, а кто стрелял в Ленина? - спросил я у Приходько. - Поговорить с ним можно?

- Зачем? - удивился тот.

- В глаза ему посмотреть хочу.

- Не получится. Ее уже расстреляли.

- “Её”? Это что, женщина была?

- Ага. Фанни Каплан. Здесь, в Кремле и шлепнули два дня назад. Мальков исполнял, комендант здешний. Приговор прислали из ВЧК, ну и… Чего было тянуть?