Повесть о черном, белом и красных

Глава девятая

С новыми советскими дензнаками проблемы нанять лодку не существовало. Вопрос решился сразу же. На ней даже имелась мачта, однако вниз по реке (поселок стоял на берегу реки, впадавшей в озеро) пришлось левый борт и скорее тормозил, чем помогал. Сидевший на руле Иван, приходившийся Андрейке дядей, обещал, что когда выйдем в озеро пойдем под парусом, но до тех пор придется попотеть. Александр, севший на весла это и делал, потел то есть. Грёб он на удивление умело и лодка быстро шла вниз по течению. Я и Лариса, расположившись на дне лодки, вместе с нашими мешками, смотрели на проплывающие мимо берега.

- Пристань-то у нас в устье, - вещал с кормы сидевший на руле хозяин лодки. - Я там обычно ее и оставляю, а нынче просмолить домой пригнал. Удачно получилось! Сейчас на озеро сплаваем, осмотримся, а потом я до поселка вернусь. Остальные ваши вещи заберем и отвезем, куда скажете.

- Тут кругом озера, - сказал я. - Можно ли отсюда по воде до Мурманска дойти?

- До Мурома? Нет, нельзя. Можно до моря, если на север плыть, но потом по морю в лодочке - это надо совсем с ума спрыгнуть.

- Перевернёт?

- Конечно! У нас тут север. Да и кому надо плыть-то туда? Там ни людей, ни зверей. Тундра. Рыбы, правда, много, но ее и здесь наловить можно.

Река вдруг повернула, ее берега разошлись и мы увидели озеро. Не слишком широкое, может быть с километр.

- Это Попово озеро, - сказал лодочник. - Тут на берегу семья жила, Поповы. Давно уже, лет сто назад… Его пройдем - за ним Ловозеро будет. Сейчас парус поставлю. Посматривайте, может реем зацепить.

Под парусом лодка пошла немного быстрее и уже через полчаса мы через узкий пролив выплыли в другое озеро, гораздо большее по размерам. Лодка повернула к югу. 

- Егор, что-то не так? - спросила Лариса. - На что ты злишься?

Все-таки она неплохо угадывает мое настроение. Ну конечно не так! Никому из орков не нравится плавать. Мне тоже. Нет, я умею конечно, но не обязательно любить то, что умеешь. Вода для питья, а не для купания и людишки сами говорят: “Моется тот, кому лень чесаться”.

- Так, ничего… - коротко ответил я. - Не люблю открытого пространства.

- Почему?

- Потому что кто первый увидел врага, тот выиграл бой.

Лодочник покосился на меня с уважением и сказал:

- Известное дело! Ежели зверь тебя первым заметил, то нипочем тебе его не добыть. Уйдет. Ты и знать не будешь, что он тут был. А вот, смотрите! Вон он, тот заливчик, который мы на карте смотрели. Причаливать будем?

Береговую линию и правда разрывал небольшой залив с заросшими камышом берегами. Удобное место для лагеря, если Барченко решит исследовать северную часть горного массива. Александр, привстав, посмотрел в ту сторону. Ответил:

- Это - потом, если время останется. В первую очередь - Сейдозеро.

- Хозяин - барин! Но вы там осторожней. Туда лопари, бывает, молиться ходят. Если увидите дерево с лентами на нем, или кости на земле - лучше уйти подальше. И из этого озера туда по воде пути нет. От Сейдозера речка течет, но она мелкая. Вам надо будет высадиться в устье и ее по течению вверх идти. Туда плывем?

- Да, правь туда.

Еще несколько часов лодка шла на юг. Потом ветер ослабел, скорость снизилась. За весла браться было еще рано, но я приготовился к этому, снял шинель и снова застегнул ремень. Как очень скоро выяснилось, сделано это было очень вовремя.

Рябь на воде я заметил, но не придал ей значения, а зря! Нельзя было доверять воде. В борт ударил ветер, лодку накренило на левый борт и развернуло почти на месте. Александр распластался на дне, а Лариса, которая в это время как раз поднималась на ноги, с криком полетела за борт. Коротко обозначив в самых изысканных эльфийских выражениях мое отношение ко всему этому, я прыгнул за ней и в два гребка подплыл к бестолково размахивавшей руками женщине, схватив ее за воротник шинели.

- Веревку!

Это я крикнул в сторону лодки. Бесполезно, конечно. Ее быстро относило ветром и между нами было уже шагов двадцать. Рябь на воде быстро усиливалась, ветер тоже и понятно было, что мне их вплавь не догнать. Ну а если они попробуют развернуться, то против ветра не выгребут, если их вообще не опрокинет.

- Держись за мою шею! - рявкнул я на Ларису.

Она обхватила меня руками и я поплыл в сторону берега, прочь от лодки.

* * *

Повезло, что последние двадцать шагов глубина была небольшой. Удалось нащупать дно ногами и уже не плыть, а идти, загребая воду замерзшими руками. Когда вода стала мне по пояс, я расцепил руки Ларисы, снял ее с шеи и молча толкнул ее в сторону берега.

Лодка уже почти скрылась из виду за пеленой дождя (да, пока я плыл, для полного удовольствия пошел дождь) но я все равно помахал руками. На всякий случай. Вдруг увидят?

- В лес! Бегом!

Ага, бегом… Она-то побежала, а на мне сапог не было! Сбросил, пока плыл. Берег в этом месте представлял собой россыпь мелких каменных осколков и мне пришлось тщательно выбирать места, куда можно поставить ногу.  К лесу  я добрался в гораздо более противном настроении, чем вы можете себе представить.