Повесть о черном, белом и красных

Глава двенадцатая

Что было на самом деле хорошо, так это то, что на дне мешка оказался маленький луженый котелок. На пару кружек, не больше. Я прошелся по лесу, набрал нужных трав и заварил их в нем, а отвар заставил выпить Ларису. Как раз вовремя. Выпив горячего, она сразу начала кашлять и сильно вспотела, значит уже простыла. Ничего! К утру будет в порядке.

Саам вернулся на следующий день. Весело поздоровался и внес в сруб еще два мешка. В одном были вяленое мясо и рыба, в другом - странного вида обувь. Кожаная, мехом наружу, с высоким верхом.

- Он говорит: жена тебе в подарок прислала, - перевела Лариса. - Просит еще этой волшебной воды.

Я осмотрел подаренные мне… Кажется, он назвал это “пимы”? Неплохо! Подшиты плотным войлоком и очевидно очень теплые. Как раз по размеру, даже немного велики. Однако, абориген был глазастый. Сразу заметил, что я босиком, а сапог  рядом нет.

Я посмотрел на Ларису.

- Поблагодари его. Скажи, что нам проводник нужен. Заплатим русскими деньгами и я дам ему бутылку этого зелья. Вот такую.

Я показал руками, какую. У саама опять округлились глаза. Он быстро закивал головой и выпалил длинную фразу.

- Он согласен. Только есть места, куда ходить нельзя. Тебе можно, ты шаман, но у нас не все шаманы, поэтому нельзя.

- Вот он и покажет, куда здесь нельзя.

- Просит, чтобы ты налил ему еще стаканчик.

Я усмехнулся. Бедный олень! Опять бежать… 

- Нельзя часто. Раз в неделю можно. Иначе совсем стоять перестанет. Спроси, не видел ли он костра на другом берегу озера?

Снова обмен фразами. Лариса перевела:

- Говорит, что видел костер и понял, что это наши друзья. Про нас тут уже знают, что приехали русские, платят деньгами и будут искать в горах железо. Он сразу догадался, что мы с лодки упали. Буря скоро стихнет и лодка сюда приплывет. А он будет ждать нас в русском поселке, пойдет туда прямо сейчас.

- Вот и хорошо, пусть идет. Барченко с ним посоветуется насчет маршрута и стоянок, когда назад вернемся.

- А мы? Может быть, с ним пойти?

- Не стоит. Здесь трудно ходить. Даже если местность знаешь, пару дней придется ноги ломать. А Барченко, если нас не найдет, волноваться будет.

Лариса кивнула. Саам (свое имя он назвал, но оно было таким, что я даже не стал пытаться повторить его) вышел и снаружи послышался тихие шаги его оленя. Я тоже решил прогуляться и запастись дровами. Надо было приготовить костер на берегу, чтобы в сумерках подать сигнал. Ночи в этих местах летом практически не бывает, мы на границе полярного круга, но огонь все равно должен быть виден с другого берега.

Выбрав место под небольшим обрывом, который должен был прикрыть костер от ветра, я начал стаскивать туда сухой хворост. Вскоре все было готово. Под кучей веток лежала сухая береста, оставалось дождаться сумерек. Я сел на ближайший камень.

Короткий, резкий свист! С обрыва, с того места, где только что была моя голова и куда ударила пуля, посыпался песок, а секунду спустя, когда я сломя голову бежал к деревьям, долетел и звук выстрела. Еще одна пуля свистнула рядом, когда я уже скрылся за кустами.

Стреляли из-за каменистого ложа ручья, в котором я вчера добывал рыбу, причем залпом, из двух винтовок сразу, залпом - это было понятно по звуку выстрелов. Скорее всего местные "охотники за золотом" и можно было не гадать, что им нужно. Убить, или ранить меня и допросить Ларису. А как же "волос не должен упасть"? Видимо, мы с ней оказались где-то поблизости от того места, где были найдены останки чешского отряда и как только нас заметили, перемирие закончилось.

До стрелков примерно шагов пятьсот. Мой "маузер" на таком расстоянии конечно же бесполезен. Так… Что будет делать противники? Начнут ли преследование? Скорее всего начнут. Если уж они решились напасть, то отпускать нас глупо. Меня они считают обычным чекистом, посланным присматривать за безопасностью экспедиции. Вряд-ли они думают, что я в лесу, как говорят людишки, “у себя дома”. Неопытный человек сейчас кинулся бы со всех ног прочь отсюда. Значит им нужно немного выждать, потом не спеша выследить нас с Ларисой и… Если я ошибаюсь, то что я теряю? Ничего. Только немного времени.

Лариса вопросительно посмотрела на меня, когда я вбежал внутрь и приказал ей собираться.

- Что случилось? - спросила она. - Я слышала выстрелы.

- Давай быстрее. Это в меня палили.

- Кто!?

- Возможно, бандиты.

Если хочешь, чтобы человек все понял, надо говорить знакомыми ему словами. Сейчас это тоже сработало. Слово “бандиты” сразу разбудило в женщине питерские страхи. Она быстро надела шинель, а я тем временем завязал мешок с едой, который саам наотрез отказался забрать обратно. Как выяснилось, нельзя было ничего забирать у шамана обратно из того, что ему сам отдал.

Схватив Ларису за руку, я потащил ее в сторону ручья. Мы добежали до берега и там свалились на траву под кустами.

- Что ты хочешь делать? - прошептала женщина.

- Тихо. Ни слова. Вообще отползи немного назад, за деревья.

Она послушалась, а я пристегнул “маузер” к кобуре, прижал ее к плечу, как приклад и положил ствол на толстый древесный корень. Здесь было самое узкое место каменного русла ручья. Сотня шагов ширины, может быть, чуть больше. Сейчас ручеек был - переплюнуть можно, но в дождь разливался широко и это было мне на руку.