Повесть о черном, белом и красных

Глава восьмая

Пол маленькой комнаты, на пороге которой я стоял, был залит кровью. Хорошо, что сейчас было начало мая, а весна выдалась довольно холодной и почти не было мух.

- Нужно что-то положить на пол, - сказал я, оглядываясь.

Светлана, которая сегодня была в форме и "при исполнении" молча показала на покосившийся деревянный забор. Да, то что надо! Оторвав пару досок, я положил их под ноги, чтобы не испачкать подошвы и не наследить. Вошел. Наклонился над телом.

Корреспондент Иван Онегин, а по совместительству английский шпион, сидел на стуле уронив голову на стол, который тоже был залит его кровью. Горло у него было перерезано от уха до уха, а нож, которым это скорее всего и было сделано, валялся здесь же, на столе, в красной луже, расплывавшейся рядом с рукой убитого. Обычный хозяйственный ножик, с изрядно сточенным лезвием. Кровь была еще свежей, даже подсохнуть не успела.

Обойдя стол, я заглянул мертвецу в лицо. Тот улыбался и это выглядело дико. От такой раны не умирают мгновенно. Человек успевает понять, что происходит и испугаться, но нет! Он весело скалился с открытыми глазами, как будто с ним произошло лучшее, что могло случиться в жизни.

- Печень не тронута, - сказала Светлана. - Кровь тоже на месте. Вернее: на полу.

- Да, - согласился я. - Есть предположения, кто его убил?

- Никаких. Вчера, когда вы с Ларисой ушли, он почти сразу куда-то убежал. Я осталась в ресторане. Ушла, когда закончил играть оркестр.

- А это, значит, его жилье?.. Не слишком роскошно.

- Зато отдельное.

Домик Ивана стоял, как тут говорили, “в частном секторе”, на окраине Ленинграда. Удобства во дворе, вода из колодца. Дачный поселок

- "Отдельное" - ни о чем не говорит. У него могла быть квартира в городе.

- Милиция выяснит. Может быть это все-таки самоубийство?

Я осторожно, чтобы не испачкаться в крови, обшаривал карманы убитого. Блокнота, в котором корреспондент вчера что-то записывал карандашиком, не было. Но ведь он его мог и попросту где-то потерять? Вчера он был пьян… Стоп! Запах спиртного от него шел и сейчас, но это была не та водка, которая стояла в графинчике на нашем столе. Та была чистой, заводского розлива, а из перерезанного горла воняло какой-то сивухой. Можете мне доверять в таких вопросах. Преподаватель курсов “Выстрел” в водке разбирается, как никто.

Где-то он “добавил”... Ничего странного. Захотелось человеку по дороге домой выпить для вдохновения - он и выпил в какой-нибудь рюмочной. Пришел домой, загрустил, достал ножик и… Ладно, не будем торопиться с выводами. Как говорит наш завхоз, когда его просят выдать новый матрас: “Кто понял жизнь, тот не спешит!”

Бросив на пол еще пару досок, я обошел комнату, заглядывая в ящики немногочисленной мебели. Ну да! В кухонном шкафчике обнаружилось то, что я и искал: заткнутая пробкой бутылка с остатками мутной жидкости на дне. Самогон. Как раз тот самый запах. Рядом с бутылкой стояли стакан и две разномастных рюмки.

Допустим, корреспондент решил выпить перед смертью. Посуда чистая. Стал бы он мыть стакан и аккуратно ставить бутылку на место? Вряд-ли… Может быть, он пил из горла? Тогда выпил бы всё, что было. Зачем оставлять? А в бутылке еще на пару пальцев мутной жидкости. Не вяжется одно с другим! Что же тут произошло?

Версий у меня конечно были. Во-первых: Илью могли убить англичане. Навели его на меня, чтобы узнать, что это там за колдун приехал в СССР, а когда я выцепил Андерсена в посольстве решили на всякий случай обрубить концы. Конечно о разговоре с ним я пока никому не рассказывал, но… на всякий случай. Эта версия могла показаться наиболее вероятной, если бы не одно “но”: крови на полу было очень мало и ее почти не было на одежде. Перерезать горло так, чтобы убитый не испачкался - это волшебником надо быть. Даже мертвецки пьяный человек схватился бы за шею руками, а у жертвы руки были чистыми, без следов крови.

Во-вторых: это и в самом деле могло быть самоубийством. Но обычно люди не убивают себя с такой улыбкой на лице.

И в-третьих: наш призрак. Светлана показывала мне фотографию убитого в Англии дипломата. Выражение лица у него было бы точно таким же, как у корреспондента, если бы он не висел вверх ногами. Но тогда почему столь странный выбор жертвы? Не идейный большевик, скорее наоборот… Если такие твари не умеют думать, но могут ощущать исходящую от человека опасность, то возможно, причина в этом?

- Зови следователей, - сказал я Светлане и вышел из домика.

Осматривавшие участок милиционеры как по команде уставились на меня. Я с преувеличенным почтением приподнял шляпу и пошел к калитке, решив дождаться Светлану в машине. Уселся на заднее сидение и уставился в небо.

"У всех убитых, о которых я знаю, есть кое что общее. В Англии погибли два агента и дипломат. Шпионы. Онегин тоже был шпионом. Я уверен, что его вчерашним заданием было выяснить, кто я на самом деле, а заодно отвлечь меня, задержать в ресторане. Может быть, призрака привлекает именно это? Тогда зачем было его “хозяину” из Англии уезжать? Чтобы убить именно этого человека?

Крови очень мало и он улыбался, умирая…

Способ убийства один и тот же…

Призраков может быть и несколько…