Повесть Темных Времен.

Глава 1. Предвестие

Глава 1. Предвестие.

«И некий из вельмож рязанских по имени Евпатий Коловрат был в то время в Чернигове с князем Ингварем Ингваревичем, и услышал о нашествии зловерного царя Батыя, и выступил из Чернигова с малою дружиною, и помчался быстро».
Повесть о разорении Рязани Батыем.

      Недавно выпавший и ещё рыхлый снег чуть слышно хрустел под копытами коней. Проторенная дорога петляла между кривых и старых берёз, стоявших со сброшенной листвой, но покрытых легким инеем. И по ней растянулась колонна тяжёловооружённых рыцарей в доспехах, также припорошенных снегом. Сильные боевые кони в тёплых попонах и с расчёсанными гривами, фыркая и встряхивая головами, медленно, но спокойно несли своих всадников, переставляя копыта и стараясь идти вслед друг за другом.

      Вся конная колонна двигалась в полном боевом снаряжении, в тяжелых доспехах и длинными копьями в руках. Закованные в броню всадники покачивались в сёдлах при каждом новом шаге коня, и на щитах у них можно было увидеть восьмиконечную утреннюю звезду своего сюзерена. Три сотни копий вместе с оруженосцами, прислугой и с шестью сотнями йоменов вчерашним ранним утром выехали из ворот Кадомского замка, как только получили тревожные вести из Приграничья. И теперь, в любой момент готовые пустить коней в галоп и броситься в атаку, они неспешно двигались к одному из местных поселений, расположившемуся в этих диких и неприветливых местах.

      Фактически, здесь и проходила граница Великого Графства Рязанского, и тут уже начиналось Приграничье, отделявшее русские земли от Великой Степи, откуда снова и снова приходили кочевники, поклонявшиеся тёмным богам и жаждавшие войны, крови и разрушений. Графство стояло одним из первых у них на пути, и рязанские рыцари, благословленные самим понтификом на эту нелегкую службу, стойко несли свой дозор на самой окраине цивилизации, отбивая налеты кочевников и дикарей.

      А здесь, за границей рек, на которых стояли рыцарские замки, жили вольные и независимые люди, достаточно смелые или безумные, чтобы пытаться колонизировать эти ничейные земли. Небольшие, но хорошо укрепленные поселки охотников и землепашцев загорались новыми огоньками жизни на окраинах Великой Степи, где цивилизация пыталась продвинуться вперед. Однако, кичась своей независимостью ото всех законов, божьих и человеческих, поселенцы вряд ли бы выжили, когда половцы или печенеги собрались бы в очередной налет.

      Колонисты Приграничья и рыцари Степного Дозора заключили военный союз, по которому обещались помогать друг другу в этой бесконечной войне. И сейчас, когда у ворот Кадома появился запыхавшийся гонец на взмыленном коне, три сотни рыцарей поднялись в тот же час, отправившись навстречу угрозе, о которой говорилось в письме. Одно из поселений Приграничья сообщало о появлении половецкой орды на берегах Выши, и просило помощи, боясь нового набега. Рыцари торопились как могли, но здесь, приближаясь к городку, медлили, давая коням и людям отдохнуть перед возможным боем. Многие войны задирали голову вверх, пытаясь разглядеть в белом зимнем небе поднимавшиеся столбы пожарищ, боясь опоздать... но небосклон оставался таким же чистым, как и над самим Кадомом.

      Ехавший первым на своём закованном в боевую броню коне рыцарь поднял вверх правую руку, приказывая всем остановиться, скорее даже не услышав, а почувствовав присутствие ещё кого-то между деревьев. Пока кони стояли ровно, ожидая нового удара шпор, всадники, оглядываясь по сторонам, приторочили копья к седлам и достали мечи, тихо лязгавшие, когда их вытаскивали из ножен. В бою в лесу от копий толку будет мало, а от хорошего удара рыцарского меча не спасал ни деревянный щит, ни половецкий кожаный доспех.

      — Кем бы вы ни были, другом или врагом, стойте и дайте себя сосчитать! — неожиданно раздался громкий, несколько визгливый голос, доносившийся откуда-то из-за деревьев. Вполне обычное приветствие для Приграничья, но командир отряда только поднял мешавшееся сейчас забрало, пытаясь высмотреть сторожа.

      — С тобой говорит сэр Евпатий Моргштейн! Вассал Великого графа Рязанского и рыцарь Степного Дозора! Я и мои люди пришли на зов о помощи из этих мест, как и было указано под печатью Серебряного Договора! — крикнул он в ответ, так и не разглядев ни одного движения среди покрытых инеем ветвей.

      Лес ответил не сразу, и только через несколько секунд томительного ожидания из-за ветвей вышел человек в белом меховом костюме и широком капюшоне, почти полностью закрывавшем лицо. Подняв в приветственном жесте левую руку, правой он демонстративно положил лук со стрелой на снег. И лишь после этого откинул капюшон, открывая обветренное бородатое лицо с яркими зелёными глазами.

      — Хвала Деве Марии! Мы уж думали, что не дождемся рыцарей, и придется помирать так, с дрекольем в руках, — продолжал он улыбаться, но потом, словно вспомнив, помахал рукой, маня следом за собой. — Да что же это я! Надо домой ехать, пока еще ничего не произошло. Давайте, я покажу короткую дорогу.

      Евпатий с лязгом убрал меч обратно в ножны и жестом велел повторить своим воинам то же самое. Этого человека он помнил еще с последнего своего приезда сюда, а люди в Приграничье всегда отличались честностью и верностью своему слову, поэтому засады можно было и не опасаться.

      Дозорный тем временем вывел из леса ещё двух своих товарищей с тремя лошадями и, взобравшись на одну из них, дал отмашку. Отряд снова тронулся вперёд под руководством нового проводника. В этот раз они свернули с проторенного пути, большим кольцом обходившего лесной массив, и, растянувшись в узкую колонну по двое всадников, пошли прямо через заросли, где кони, недовольно фырча, проваливались в снег на всё копыто.



комиссар

Отредактировано: 19.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться