Повести Драганы. Врата святого Сифа

Глава 2

Ему не хотелось здесь находиться. Она читала его как открытую книгу и видела все: закатывающиеся глаза, когда бабушка в очередной раз просила перестать томно вздыхать; неизменяющуюся позу, кричащую всем об отстраненности и усталости эльфа; и главное – полное отсутствие понимания, зачем им всем плыть в эту змеем забытую деревню.

Ей самой это не нравилось, но противиться воле бабушки было бесполезно. Она как настоящая гадюка, схватившая свою жертву. Впивается зубами, впрыскивает в тебя весь яд и наслаждается трапезой. Только вот бабушка вместо яда имела цепкие клыки, которые если схватят – никогда не отпустят.

На корабле «Песнь ветра» было не так уж и много людей для судна, идущего по морю быстрее всех существующих предшественников. Тут, в отличие от остальных кораблей каравана, царила полная тишина. По палубе не мельтешили матросы, судно не драили каждую свободную минуту юнги, а капитан не доставал рассказами о своих приключениях в водах Гильдмаар.

Так было везде, где бывала ее семья ранее, но сейчас с ними их бабушка – Мавра Гарсиэль. Эта древняя, как сам мир, эльфийка ненавидела шум и бардак, но больше всего она не любила выдуманные истории, которые так любили рассказывать в дороге моряки.

Поэтому было решено: на борт «Песни ветра» поднимутся лишь приближенные старой герцогини из личного состава ее морской группы. А поплывет она только на личном корабле. И в правильности этого решения убедились все, включая юных внуков герцогини, которых та взяла с собой в качестве сопровождения.

Под взмахами опахало старая эльфийка тяжело вздыхала, прикрывая разноцветные глаза от знойного солнца. Сейчас было самое утро, воздух не успел еще прогреться, но герцогине все равно было душно. Глаза, один серебристый, другой алый, как густая кровь, впились в юного эльфа, так похожего на нее в юности. Тот сидел напротив нее в мягком лежаке с книгой в рука. Как и вокруг женщины, около эльфа умиротворенно стояла служанка с длинной пальмовой ветвью и пыталась укрыть своего господина от солнца.

Поправив мешковатые дорожные одежды, расшитые рубинами и алым кружевом, женщина сжала губы и напрягла все тело – кушетка, которую для нее вытащили из покоев капитана, оказалась уж слишком твердой для чувствительного тела эльфийки. Однако та не подала вида, лишь бросила недовольный взгляд на высокого эльфа за штурвалом. По его словам, лучшего места для отдыха на этом судне не найти.

– Сколько нам осталось? – Впервые за несколько дней подал голос эльф, сидячий напротив женщины.

Герцогиня вновь посмотрела на внука. Немного удивившись, Мавра снисходительно окинула горизонт за спиной. Ни намека на сушу.

– Годрик ставил срок на сегодняшнее утро, – безучастно ответила женщина, перебирая на морщинистых руках рубиновые кольца, – если не прибудем в срок, его казнят. Он это прекрасно знает.

В ответ она ничего не услышала. Продолжив читать книгу, старший из ее внуков вновь надел маску безразличия и некой брезгливости. Перед отплытием им назвали лишь место, куда отправится их семья. И, скажем мягко, парень был не в восторге от новости. Его же сестра, младшая из рода Гарсиэлей, отреагировала спокойно, даже выразив заинтересованность в незапланированном путешествии. Но Эйдрис знал точно: сестра просто сделала вид, на самом деле, она также была не в восторге от предстоящего путешествия.

Эйдрис и Сиф стали сиротами почти двести лет назад, когда в кровавом восстании против короны погибли оба их родителя. Поддержав действующую власть, они первые оказались под ударом, оставив двух детей на бабушке – главе семьи. Не зная иного воспитания, Сиф выросла копией матери. Целеустремленной, честной и справедливой. А вот Эйдрис, который помнил рассказы и истории отца, воспротивился бабушкиным методам воспитания.

И сейчас, когда оба наследника были втянуты в дела короны, каждый из них реагировал по-разному. Юный эльф с глазами луны и солнца хранил молчание все три дня. С того момента, как его насильно посадили в трюм и заперли на целую ночь.

После этого Эйдрис не говорил даже с Сиф. Настолько сильна была его внутренняя обида.

– Вам с сестрой нужно подготовиться, – не обращая внимания на отстраненность внука, произнесла твердо Мавра. – Я не знаю, как отреагируют на нас местные. Нужно быть готовыми к различным развитиям событий.

Как она и предполагала, Эйдрис даже не повел бровью. Он был еще упрямее отца, а характер матери и тут принес плоды. Бедная Синия, если бы она сейчас видела своего мальчика, то сошла бы с ума. Ей было тяжело воспитывать точную копию мужа, только в столь ужасном возрасте, когда дети идут на поводу у чувств и не хотят никого слушать. Сиф же не такая, эта девушка выросла достойной эльфийкой, настоящей опорой герцогини и будущей наследницей дома Гарсиэль.

– Там живут дикие люди и существа, Эйдрис, – продолжила твердо Мавра, не оставляя попыток разговорить внука, – старайся держаться ближе к солдатам. Если местные позволят себе лишнего… я дам разрешение вам с Сиф носить оружие. Не бойся, мой мальчик, их жизни ничто в сравнении с вашими.

Но он молчал. Мавра, пожирая взглядом внука, давила морально не хуже тренера, обучающего стрельбе молодого господина. Ей не привыкать справляться с упрямством Эйдриса, но всякому терпению приходит конец.

– Эйдрис, – уже более строго произнесла герцогиня, – я говорю о серьезных вещах. Ты можешь хоть на минуту убрать эту проклятую книгу!

Выведенная на эмоции, Мавра схватилась за высокое горлышко платья и принялась оттягивать его в сторону. Духота и высокая влажность добивали не хуже несносного мальчишки, еще и служанки, мельтешащие перед глазами опахалом, начинали раздражать женщину.

– Да что это такое, – эльфийка подняла руку и взмахнула пальцами, – пошли прочь!

Поклонившись, эльфийки удалились и оставили их вдвоем. На лбу Эйдриса проступила капелька пота, и Мавра была уверена, что это из-за жары.

– От них не было никакого толка, – герцогиня вновь принялась рассматривать молодого эльфа, – только мешали. Бесполезные девки. Давно нужно было поменять прислугу. Говорят, что нынче популярны демоны. Лишенные воли, они выполняют любые поручения безоговорочно.