Повести минувших лет

Двое и весло

О том, что согласилась перевезти незнакомца на другой берег Великой, Ольга пожалела почти сразу. Как только ладонь сидевшего напротив нее мужчины легла на ее бедро и попыталась по-хозяйски ощупать его сквозь намокшую от брызг ткань платья.

— Руки-то убери, — сердито потребовала она, мысленно коря себя за внезапное легкомыслие: это надо же было оказаться такой дурой, чтоб ничтоже сумняшеся пустить в лодку постороннего мужчину! Еще и вооруженного. Покосилась на короткий тяжелый меч, висевший у него на поясе, и рукоять засапожника, выглядывающую из-за высокого голенища. И мало ли, что места вокруг — владения ее отца, с детства знакомые до последнего камня на перекатах!

— Да ладно тебе, — усмехнулся незнакомец, представившийся отбившимся от своих, охранником отдыхавшего тут недалече ладейного каравана. — Что ты как маленькая? Девка вон, какая видная! — он вальяжно откинулся назад, облокотившись о нос лодчонки и откровенно любуясь подсвечиваемой утренним солнцем фигуркой девушки, короткими быстрыми взмахами единственного весла направлявшей суденышко к противоположному берегу. — Только не говори, что просто так меня подобрала, — его улыбка стала заметно шире. — Вижу ведь, что глянулся я тебе! А, девка? — незнакомец вновь подался вперед, положив обе ладони на колени вздрогнувшей от этого напора девушки. Стиснул их сильными пальцами. — Часто тут пробавляешься по истомившимся путникам да охотникам, навроде меня?

Уши Ольги вспыхнули алой краской.

— Сейчас к берегу пристанем и сойдешь, — буркнула она, тщетно пытаясь свести колени вместе.

— Сколько? — незнакомец пахнул ей в лицо сыромятной кожей, железом и чем-то еще, терпким, незнакомым.

— За перевоз платы не беру, — Ольга с тоскою смотрела на слишком медленно приближающийся берег Великой — сильное течение, как назло, мешало поскорее поставить точку в этом малоприятном знакомстве.

Парень громко расхохотался. И, рывком подтянув вверх подол платья, заскользил шершавой ладонью по ноге девушки от лодыжки к колену и дальше, выше, туда, где никогда раньше не бывало руки мужчины. Если только отца, отвешивавшего порою звонкие шлепки по заднице своевольной дочурки. Да, видать, мало. Ой, мало, коль ума так и не нажила!

— А за любовь, красавица? — выдохнул незнакомец едва ли не в губы Ольге.

Та негромко пискнула и чуть было не выпустила из рук весло.

— Стой! Стой... Ладно, погодь, погодь, я сказала... Лодку же перевернешь, дурак!

Старательно пряча глаза, она опустила весло рядом с собою, соскользнула со скамьи к ногам незнакомца, коснулась пальчиками голенищ его сапог. Тот снисходительно улыбнулся, сверху вниз глядя на склонившуюся перед ним в позе жены перед мужем в первую брачную ночь девушку, потянулся к ней, чуть сдвигая в сторону плечико платья...

А в следующий миг земля и небо для него разом поменялись местами, и растерянно вскрикнувший парень ухнул в воду в фонтане брызг. Отчаянно забил руками и ногами, всплывая на поверхность, замотал башкою, фырча и отплевываясь, в полнейшем недоумении уставившись на выпрямившуюся во весь рост в своей лодчонке девушку. Со спущенным с одного плеча платьем, отчего взгляду мужчины предстала маленькая остроконечная грудка, и с веслом в руках.

— Ты чего, девка? — ошарашенно поинтересовался он. — Совсем уже, что ли?

— А ну, выдыбай дальше на берег сам! — грозно распорядилась та в ответ.

— Белены объелась? — фыркнул парень и попытался уцепиться за край лодки.

— Сейчас как дам! — Ольга замахнулась веслом. — Плыви отсюда, я сказала! Ишь, нашелся тут!

— Да ты знаешь, на кого ты... — вскипел незнакомец, но попыток приблизиться к лодчонке больше не предпринимал.

— Видали мы таких! — вызывающе ответствовала девушка, не замечая, что стоит перед ним практически полуобнаженной. — Потом только налимы в омуте жирнее были! Плыви, давай, пока весло о хребтину не переломила!

— Ну, сучка... — сплюнул в воду парень, но, понимая, что в сапогах да с мечом на поясе, он на плаву долго не продержится, развернулся и погреб в сторону берега. — Погоди у меня! — выкрикнул, на миг обернувшись назад. — Еще свидимся!

— Ой, напужал! — насмешливо фыркнула Ольга, опуская весло и подбочениваясь, окинула себя сверху вниз горделивым взглядом... и только тут заметила сползшее с плеча платье. – Ой!

***

Два дня спустя

Девка тоненько взвизгнула, когда Игорь в очередной раз вошел в нее до упора, натягивая на себя за стиснутые в ладони спутанные волосы да за болезненно заломленную назад руку. Свободной та тщетно упиралась в стену сарая, в которую ее упрямо вколачивал мужчина. Медленно потянул свое орудие назад из ее лона. Девушка всхлипнула, вжимаясь щекою в растянутую на стене рыбацкую сеть, и Игорь, словно только того и ждавший, вновь быстро толкнулся вперед. Писк. Назад — облегченный шмыг носом. Толчок и жалобный скрип досок, в которые впечатывается девка. Назад — скрюченные пальчики рабы скользят по мелкой ячее сети. Толчок. Еще один, еще, и еще, нарастающие, накатывающие, словно волны на берег в ветреный день.